Читаем без скачивания Между. Эпизод 3 (СИ) - JonniQ "Jonniq"

Скулы Дэймона сводит в жесткой гримасе.

— Так ты намерена сохранить беременность?

Утвердительно киваю, отчаянно цепляясь за его близость, но он порывисто вздыхает и снимает мои руки со своей шеи.

— Я не могу, Мия. Прости, но не хочу видеть, как ты обрекаешь себя на верную смерть.

Он отворачивается и снимает халат, Напряженно наблюдая за его движениями, мысленно молю Бога, чтобы он остался. Однако, наверху меня никто не слышит, как не слышит и мой муж. Дэймон бросает халат на диван и, слегка покачиваясь, идет к двери.

— Дэймон! — окрикиваю его, но он не отвечает, — ты вот так просто уйдешь? Снова?!

Он замирает, все еще стоя ко мне спиной. Меня душат слезы. Слишком много дежавю за последние двадцать четыре часа. Это одно из самых страшных…

— Кого ты обвинишь на этот раз? Снова Шарлотт? Или мою мать? Признайся, что ты просто струсил! Опять!

Он поворачивает голову, и я замечаю блестящие в его глазах слезы.

— Что ж… Признаюсь. Я боюсь тебя потерять. Но в этот раз, я не намерен так просто сдаваться. Я все еще твой муж, Мия. И ты не вправе принимать подобные решения без моего согласия. Если мы не сможем урегулировать этот вопрос мирно, я пойду до конца. Даже не сомневайся.

Не дожидаясь моего ответа, он отворачивается и выходит из палаты.

Меня накрывает волна липкого жгучего страха. Что он имеет ввиду? Почему говорит так, будто я — юридический контракт, требующий судебного урегулирования? Он ведь не может сделать ничего против моей воли? Или может? Я начинаю дрожать. Впервые, чувствую себя совершенно беспомощной и уязвимой. Если раньше я могла быть уверена, что Дэймон — моя защита, то куда мне бежать, если защита потребуется от него?

Глава 30

Нервы сдают, я вздрагиваю от каждого шороха за дверью. До утра мне удается немного вздремнуть, но с наступлением нового дня предательские мысли лезут в голову. Что дальше? Как убедить Дэймона, что я отдаю себе отчет в том, что делаю. Как достучаться до него, если он отказывается слушать? Свой телефон я нахожу в пакете с личными вещами. Сразу же набираю его номер, но в ответ слышу короткие гудки. Он сбрасывает мои звонки.

Вскоре в палату приходит медсестра, мне снова ставят капельницу, и с первыми живительными каплями я чувствую, как мне становится легче и свободнее дышать. Может, так действует лекарство, а может — меня согревают мысли о теплом и светлом, что каждую секунду развивается и растет у меня под сердцем. Я ведь никогда не задумывалась, как это — быть для кого-то целой вселенной, источником жизни и надежды на будущее. Все это время таковым для меня был Дэймон. А теперь я в ответе за два крошечных комочка. Они — плод нашей любви, мы их создали, вопреки всему, вопреки самой судьбе, почему же он не чувствует того же, что и я?

Тихий стук в дверь заставляет меня отвлечься. На глаза наворачиваются предательские слезы, когда я вижу Агнесс. Она выглядит растерянной и испуганной, но при виде меня, ее лицо озаряется светлой улыбкой.

— Здравствуй, милая…

Она торопливо проходит в палату и нерешительно замирает у порога. Это последняя капля. Не знаю, что со мной, но я резко сажусь и протягиваю к ней руки, словно маленькая девочка. Слезы градом прорываются наружу. Мне жизненно необходимо, чтобы кто-то меня поддержал. Я безумно устала. Агнесс поджимает губы. Ее глаза начинают блестеть. Больше ей ничего не надо говорить. Она быстро идет ко мне и садится на край постели. Я тут же порывисто обнимаю ее, горько всхлипывая. Агнесс терпеливо ждет, пока я даю волю эмоциям. Все это время она гладит теплой морщинистой рукой мои волосы и тихо приговаривает мне на ухо.

— Тшшш…поплачь, милая, не держи в себе. Все будет хорошо… вот увидишь.

Спустя несколько невероятно долгих минут, я, наконец, отстраняюсь. Агнесс улыбается своей согревающей материнской улыбкой, и убирает с моего лица упавшие пряди волос.

— Он рассказал, да? — я не собираюсь долго ходить вокруг да около. Если Агнесс здесь, значит, она узнала где, я от Дэймона. Женщина едва заметно кивает.

— Да. И я так рада за тебя, за вас обоих, милая.

Она сжимает мою ладонь.

— Где он, Агнесс? Где Дэймон? Почему он не здесь!

Она виновато потупляет взгляд.

— Не знаю, Мия.

— Он был зол, да, когда пришел? — я догадываюсь, почему она отвечает так неохотно, — что он сказал? Прошу, Агнесс, не надо беречь мои чувства. Я держу себя в руках.

— Мия, тебе необходимо четко понимать, что Дэймону сейчас тоже нелегко. Он растерян не меньше, чем ты. Дай ему немного времени, чтобы принять все это. Он просто очень за тебя боится, страх не дает ему в полной мере осознать, какое чудо с вами произошло.

Она ласково проводит рукой по моему подбородку. Снова накатывают слезы. Я изо всех сил стараюсь их сдержать.

— Агнесс… Он не считает это чудом. Не считает, — качаю головой, поджимая губы.

— Я его хорошо знаю, Мия. Скоро он успокоится.

— Что он сказал? Он наверняка назвал меня сумасшедшей?

Агнесс добродушно отмахивается.

— Нет, что ты. Я готовила завтрак на кухне, когда мистер Рэй вернулся домой. Он был спокоен, даже чересчур, я бы сказала. Это и вызвало у меня опасения.

— Только это? — по нервно бегающим глазам Агнесс понимаю, она что-то не договаривает, — Агнесс, я сейчас меньше всего настроена играть в шарады. Что произошло?

Она тихо вздыхает.

— Он пьет. Принес с собой бутылку виски и опорожнил почти половину буквально за несколько минут. Тогда-то он и рассказал все. У вас правда будут близнецы?

Я понимаю, что она пытается увернуться от разговора о Дэймоне, отвлекая меня на малышей, но я коротко киваю и вновь возвращаю ее обратно. Сейчас мой муж волнует меня не меньше, чем ее — мое положение.

— Агнесс, ты должна вернуться домой! Ты не должна оставлять его одного. Он может натворить глупостей!

Она понимает мое беспокойство и успокаивает меня в ответ.

— Не переживай. Для глупостей он сейчас слишком пьян. А я не могла не приехать. Кстати, — она кивает на стоящую в углу сумку, — я взяла на себя смелость и собрала для тебя кое-какие вещи. Когда тебя отпустят домой?

Я обхватываю себя руками.

— Хотела бы я знать наверняка. Надеюсь, скоро я смогу выйти отсюда. Но думаю, ближайшие несколько месяцев выдадутся очень тяжелыми. Спасибо, Агнесс. За все.

Женщина снова обнимает меня, и в этот момент в палату входит доктор Фитц.

— Кхм, — он откашливается и Агнесс быстро встает.

— Что ж, я, пожалуй, пойду. Тебе надо побольше отдыхать. Я еще приду, милая.

Она уходит, оставляя нас с доктором вдвоем. Я интуитивно напрягаюсь, видя его сосредоточенное лицо.

— Доброе утро, Мия. Как ваше самочувствие? — спрашивает он, снимая с шеи фонендоскоп.

— Спасибо. Мне намного лучше. Скажите, когда я смогу поехать домой?

Доктор Фитц грустно усмехается. Мне не нравится то, как он на меня смотрит. Внутри шевелится тревога. Опять. Кажется, теперь я ищу подвох везде, будто весь мир объявил мне войну, или я ему.

— Миссис Рэй, я должен вас огорчить, но вы еще какое-то время побудете здесь, под наблюдением специалистов… — он неловко медлит, но потом подходит ко мне и мягко просит.

— Поднимите, пожалуйста, рубашку, мне необходимо послушать вас.

Пока он совершает надо мной врачебный осмотр, я внимательно наблюдаю за его хмурым выражением лица. От жизнерадостности, с которой он вчера сообщил, что я беременна, не осталось и следа.

— Миссис Рэй, — доктор Фитц заполняет формуляр, старательно избегая смотреть на меня, — понимаю, что эта тема весьма деликатная, но я должен спросить еще раз — вы поговорили с мужем?

По коже проходит холод.

— Можно сказать и так…

— Значит вы знаете, что он настаивает на аборте?

От этого слова меня передергивает, а легкие сжимаются от нехватки кислорода.

— Это он сказал?

Доктор Фитц снимает очки и сжимает пальцами переносицу.

— Миссис Рэй, буду с вами предельно честен. Я имел весьма неприятный и категоричный разговор с мистером Рэем. Он не рассматривает другого варианта.