двенадцати, у тебя устаревшие данные, – протяжно, на всю ивановскую, зевнул Михаил. – А Зена без двухсот граммов одиннадцать. Только не говори, что это ненормально, без тебя знаю. Зато их, не боясь, можно в лес на охоту отпускать.
– Фазанов вчера не они притащили?
– Они. Видишь, какие полезные котятки выросли. Добытчики! Если бы клещей не цепляли, цены бы им не было. Девять штук вечером выдернул. Им бы обмундировашку типа энцефалитки сшить, чтобы кровососов не цеплять, но тогда колючек нагребут. Вымахали, слоняры… Таким макаром собаки перед Рексом скоро по струнке ходить станут, он и так их чуть что – по морде лапой и по двору гоняет. Так, боец, ты чего базар в сторону уводишь, на чём мы до котов остановились?
– На еде в разрезе теории возрастания процентного содержания кислорода в воздухе. Жрём мы в две сопатки. – Эк завернул, заслушаешься! Растёшь над собой, Антоха, растёшь! Возвращая подколку: а ты, боец, по ночам философией и риторикой под одеялом не занимаешься ненароком? Ладно-ладно, не заводись, шуткую я, а вот то, что мы ложками мечем до бугров на спине, это, друг мой лепший, говорит об ускорении метаболизма.
– Думаешь, он ускорился из-за увеличения кислорода в атмосфере?
– Подозреваю, к тому же мне кажется, что размер насекомых стал больше. Я уже креститься устал, настолько часто оно кажется.
– Палыч, хорош стращать, а то у меня у самого тыл сжиматься и подгорать начинает. Скажи, это хорошо или плохо?
– А хрен его знает. И хорошо и плохо одновременно. Здоровее будем – это хорошо, тараканы станут больше – это плохо. Видел я раз мадагаскарского, упаси боже нашим запечным рыжикам до таких размеров вымахать.
Растения пойдут в рост, совсем хорошо, но вот с весенними палами мы ещё не сталкивались, хоть и май на дворе, гроз как таковых не было – это плохо, Антоха, хреново, можно сказать.
– И чем хреново… – начал парень, но, качнув головой и хмыкнув, остановился. – Да, согласен, огонёк, да на сухую траву. Блин, Палыч!
– Огонёк, всё верно, Антоха. Полыхать будет – мама не горюй. Чем больше кислорода, тем страшнее пламя. Травища в прошлом году вымахала знатная. Осенью палов не было, а надеяться на авось в этом году я не могу себе позволить. К тому же грозы по тем же причинам станут куда страшней ранешних, поверь мне. Не сгорим, так в дыму задохнёмся, если не поработаем. Хрен редьки не слаще. – Палыч, а почему это произошло, как ты думаешь?
– Кто знает… – почесал нос Михаил. – Заводы колом встали, машины почём зря не коптят – вот тебе первая причина. Чем она плоха? Ничем, транспорт, знаешь, как воздух и кислород из атмосферы жрал. А взять заводы и скот…
– При чём здесь скот? Заводы и прочая машинерия, тут я не спорю, знатно атмосферу отравляли, а скотина здесь каким боком?
– Скотина здесь задницей и навозом, боец, метаном и прочими парниковыми газами, что из миллионов тонн навоза попадали в воздух. За год значительная часть домашнего скота передохла, поэтому «пердячий» газ минусуем, заводы и машины туда же. Заметил, какой воздух чистый стал? Любо-дорого! А что ещё послужило причиной, кто его знает? Может быть, планктон и водоросли в океане расплодились или леса резко в рост пошли.
Факторов может быть несколько, и стоит ли гадать над ними, ища ответы в кофейной гуще? Нам дело надо делать, боец.
– Ну, так поделись вековой мудростью, Палыч, к чему руки тянуть и от чего прятать.
– Пахать, боец! Хватать бульдозеры с тракторами, цеплять плуги и опахивать нашу деляну со всех сторон. Вдоль и поперёк болот ниже пасеки весь распадок разбивать на сектора и «резать» минполосы, пока не поздно; часть пустующих дач, чтобы возможный пожар по крышам не перекинулся, придётся снести под корень.
– До фундамента, Палыч.
– А ну цыц мне, грамотей нашёлся. Сказано люминий, и не спорь. Тут, Антон, не до жиру, быть бы живу, нам свой кусочек счастья защитить требуется, а уж под корень или до фундамента, нам до лампочки!
– Так командуй, чего тянуть.
– Поспешать стоит при ловле блох, а со всем остальным необходимо работать строго по плану и чертежу. Остынь, вспомни, давно ли с боксов вылазил? Не ты ли с Владимиром и пацанвой технику готовил? Вот, то-то же! Не беги впереди паровоза, скомандовал уже. Техника, слава богу, готова, опашку начнём завтра с утра. Солнцев с тобой в районе пасеки и болотин, Игорёк и Мирошкин заходят со стороны распадка и режут до военной части и вокруг неё, а я и Витёк пляшем от дороги и старых полей. Кто вперёд закончит, идёт на помощь отстающему.
– А дачи когда сносить?
– А дачи мы после вспашки всей толпой заполируем, чтобы грязь не разводить. Кирпичные домики, я думаю, стоит оставить, а деревяшки снести. Пацаны после рыбалки получили ЦУ заправить водой пожарные машины и проверить помпу возле противопожарной ёмкости, да надо, я думаю, с города пригнать ещё парочку машин.
Мест в боксах хватает, и лишними они не будут. Хлеба есть они не просят, пусть постоят.
– А девчонки?
– Девчонки пусть рассадой и грядками занимаются.
Позже мы на «Беларусике» участок под картоху вспашем да в совхоз наведаемся. Надо, боец, реанимировать сельхозтехнику да попробовать на старых полях что-нибудь зерновое посеять. Там видно будет, рожь или пшеницу. Ты, кстати, внимательно глянь, что и как под плуг для наших сивок-бурок переделать. Трактора не вечные, поэтому зимой займёмся косилками, сеялками-веялками и прочим инвентарём, а на следующий год коней впряжём, хотя я бы в этом году испытал и проверил, что из затеи выйдет. Зря, что ли, мы на них харч переводим.
– Почему зря, Палыч? Пацаны давно на них катаются, сёдла, сбрую и уздечки из старых запасов цепляют.
И девчонок катают.
– Ещё одна проблема, Антон.
– Какая? – приготовившись внимать, прищурился парень.
– Покатушки на лошадках, то спереди, то сзади.
– И что?
– Антон, с тобой и Верой родители чуть ли не с яслей всё решили и между собой сговорились. Ведь не против они были, скажи.
– Ну, мы действительно… ну…
– Подковы гну, а ты подковываешь, только из-за копыт, подков и Веры не замечаешь, что наши жеребятки в возраст вошли и бочком, а где передком ходят, хихикают, шепчутся и взгляды метают. Вы с Верой хотя бы выросли, а у этих в голове горячий ветер приключений в заднице, а дач вокруг пустых – скачи до любой.
– Палыч! – стукнул кулаком по лавке Антон. – Вот ты… куда ни ткни, ты везде проблемы
