Он помолчал, обдумывая ее предложение, затем покачал головой и пошел вперед. Полуэльфийка посмотрела через плечо: Риг все еще копал могилу. Тогда она, не раздумывая больше, помчалась догонять Грозного Волка.
Подниматься по скользкой тропе было трудно. Дамону и Рикали приходилось то и дело цепляться за камни и изредка попадающиеся верстовые столбы, чтобы удержаться и не покатиться вниз. Продвигались они медленно, и полуэльфийка то и дело поглядывала вниз, на Рига, который продолжал целеустремленно копать.
— Сначала я хочу дружески поболтать с Доннагом. Объяснюсь с этим глупцом. Ничего себе поручение! Потом расскажу ему о маленькой девочке, которую нам показал магический глаз как возможную причину постоянных дождей. Может быть, он знает, кто это, — объяснял Грозный Волк девушке. — Конечно, эта информация дорого ему обойдется.
— Очень дорого, — уточнила Рикали.
— Думаю, дождь идет потому, что солдаты Вождя перебили часть потомков черной драконицы. Очень многих, как он сказал за обедом. Может быть, дождь — своего рода возмездие. Только я не понимаю, при чем здесь маленькая девочка.
— Милый, будь ты посерьезнее! Это было видением, волшебным сном, который вызвал Несун из этого странного бассейна. Ты даже не знаешь, реально ли это.
— Не знаю? Первое видение показало нам выход, не так ли? Следовательно, и все остальное, что показывал магический глаз, реально. Особенно Шрентак — реальнее некуда.
— А девочка, которая вызывает этот дождь? Ха! Держу пари, что Несун задал совсем другой вопрос, вовсе не о дожде. Вот глаз и показал маленькую девочку. Голову прозакладываю, что он думал о каком-нибудь теплом, сухом и уютном местечке, где бы он мог найти приятную компанию и…
Дамон резко помотал головой:
— Нет. Девочка и есть причина. Это из-за нее затапливает деревни, одна из которых лежала у подножия горы, где теперь водопад и озеро. Облачный Холм тоже могло смыть. Это не совсем нормальный дождь.
Рикали вскинула голову и нахмурила брови:
— Кому понадобилось вызывать такой долгий дождь? Кому приспичило затопить деревни пастухов и фермеров? В этом нет никакого смысла!
— Ты будешь это делать, если ты — черная драконица, которая хочет сделать свое болото еще больше и к тому же пылает жаждой мести.
Они продолжали пробираться по тропе, которая с каждым шагом все больше напоминала бурную реку, то и дело падая и цепляясь за что придется, лишь бы не отдать ни фута преодоленного пути. Рикали снова оглянулась, но Рига нигде не было видно.
— Но ведь это была маленькая девочка, а не черная драконица, — продолжала она.
— Драконы очень могущественны, Рики. Драконица могла принять облик девочки, или девочка могла быть ее приспешницей.
— Маленькая девочка — драконица? Откуда ты столько знаешь о драконах, милый? Должно быть, ты много читал про них. Ты ведь умеешь. Ты обязательно должен научить и меня читать. Впрочем, я думала, что ты давно покончил с драконами.
Дамон коротко хохотнул:
— Да, я покончил с ними, Рики, дорогуша.
Рикали просияла и заторопилась, чтобы не отстать от Грозного Волка.
— Я больше не хочу иметь к ним отношения. Но то, что мы знаем об этой девочке, действительно может чего-то стоить. Надеюсь, что людоед неплохо заплатит мне за нее, в придачу к мечу, который я хочу от него получить.
Полуэльфийка улыбнулась и протянула руку, чтобы взять Дамона за локоть, но в этот момент ступила на покрытый мхом скользкий камень, потеряла равновесие и упала. Она приземлилась в середине дороги-ручья, взметнув целый столб брызг и извалявшись в грязи с ног до головы. Грозный Волк рванулся к девушке, чтобы подхватить ее, но было поздно — Рикали вместе с водой и потоками грязи поехала вниз по склону горы.
Риг тем временем закончил свою печальную работу и начал подниматься вслед за ними. Увидев, что Рикали катится вниз, он рванулся наперерез и попытался поймать ее, но сумел только ухватить за рукав, который с треском оторвался, и девушка, не сбавляя скорости, влетела в озеро. Мореход бросил алебарду и ласточкой нырнул вслед. Через мгновение он снова показался на поверхности и замахал Дамону.
На щеке Рикали была большая рваная рана, лоб был разбит, нос тоже — девушка обливалась кровью. Полуэльфийка тихо стонала, сжимая кулачки. Ее губы дрожали. Мореход аккуратно приоткрыл ей рот, чтобы посмотреть, что случилось, и увидел, что она выбила себе два зуба, один из которых впился в щеку изнутри. Риг Осторожно вытащил его и ощупал ребра полуэльфийки.
— Ничего не сломано, — шепнул он ей успокаивающе и снова заорал: — Дамон!
Но Грозный Волк и не думал спускаться. Он стоял в нескольких дюжинах футов от подножия горы и смотрел на них.
Мореход продолжал кричать:
— Слышишь?! Ты говорил, что в Ордене Рыцарей Такхизис тебя учили врачевать раненых! Как насчет небольшой помощи? Все-таки она твоя подруга!
— Она только так думает, — тихо сказал Дамон, так что Риг при всем желании не мог его услышать, постоял еще минуту и скатился по тропе, чтобы присоединиться к мореходу. — У нас нет времени, чтобы… задерживаться, — В голосе Грозного Волка прорезалось плохо скрытое раздражение.
Он опустился на колени и убрал мокрые волосы со лба Рикали. Сейчас, без обычной яркой косметики, она казалась очень хорошенькой, а странное в такой ситуации безмятежное выражение придавало ее лицу какую-то детскую мягкость. Дамон обхватил девушку за шею и, приподняв голову, ощупал ее так аккуратно, как только мог.
— С ней все будет хорошо, — сказал он Ригу. — Просто ударилась о скалу. Видишь? — Грозный Волк осторожно повернул голову Рикали и показал мореходу кровь, испачкавшую серебристо-белые локоны девушки. — Ничего серьезного. — Он провел пальцами вокруг раны. — Просто будет большая шишка. Скоро она придет в себя — дождь поможет, — Дамон встал и снова направился к залитой водой тропе.
— Подожди-ка минутку! — сердито сказал мореход. — Она твоя женщина. Ты не можешь оставить ее здесь одну.
— Рики все поймет, — ответил Грозный Волк, — Я должен забрать у Вождя Доннага важную вещь и продать ему ценные знания. Чем скорее он узнает о дожде, тем больше заплатит. И еще я должен разыскать Мэлдреда. Он тоже захочет узнать о дожде побольше. А Рики нас догонит. Думаю, она более самостоятельна, чем ты.
Риг недоверчиво посмотрел на него:
— Сначала Несун, теперь Рики…
Но на лице Дамона снова застыла равнодушная маска, руки свободно висели вдоль тела, губы он поджал так, что они превратились в тонкую линию, в глазах был лед.
Это выражение лица Грозного Волка осталось в памяти морехода на всю оставшуюся жизнь, как пример того, каким жестоким и черствым может стать человек. В каменных шарах у магического бассейна было больше сострадания, чем в этом холодном, черством лице. На лбу Дамона словно было написано красными буквами: ЦЕЛЬ; Риг видел это так же ясно, как если бы буквы были реальны. В глазах Грозного Волка читались хитрость и эгоизм. Ни в одной его черточке мореход не мог найти того человека, которого он знал раньше. Дамон Грозный Волк, который мгновенно откликнулся на призыв Золотой Луны и бесстрашно повел их к плато под названием Окно к Звездам, герой, который посмел противостоять драконам-владыкам, тот, к кому Риг Мер-Крел относился если не дружески, то хотя бы с уважением, — исчез.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
