жизнь, но по всем признакам именно как в иных клетках организма — на клеточном уровне и не более того, до появления сперматозоида, чего-либо такого, обеспечивающего именно самостоятельное поведение-действие-развитие здесь вроде бы не наблюдается, то есть, это лишь часть из иных частей, созданных телом женщины. О том, что при сексуальном акте оба участвующих тела обычно подвержены бурной эмоциональной специфике чувств, такое утверждение, казалось бы, сомнения не вызывает, но как не рассматривай ситуацию, всё сводится к тому, что только организм мужчины отправляет в путь таких участников, которые способны начинать проявлять при таком движении к столь желанной цели столь отличающую по характеру самостоятельность. При этом в этих описаниях кое-что попадалось любопытное — по мнению описывавших таким образом случается, что мало того, что разные участники таким путём движутся по-разному, среди иного было сказано, что среди прочего случается, что многие мёртвые. И здесь точно есть момент, позволяющий о кое-чём задуматься. Но прежде всего несколько несогласующимся начинает выглядеть образ любого женского организма с таким восприятием образа мира, который выстроился перед этим, и вроде бы на начальной стадии удовлетворял — это когда каждый живой объект выглядит чем-то, высвеченным-освещённым собственным внутренним Светом жизни, а тени-образы, оставшиеся после жившего когда-то, телесно подобного, тянутся (Тёмным пятном? Тёмным отпечатком образа? Шлейфом из образов? Тенью из образов?) вслед такому проявлению Света, полнясь надеждой в столь значительный момент в таком соревнование за право вспыхнуть Светом новой жизни проявиться и включиться. Чтобы всё снова начало соответствовать описанному и придуманному, на данном поприще ещё более серьёзно приходится утвердиться в идее, что мужской организм только лишь производитель того, что способно стать носителем одного из участников, и не более, и пока, пусть самого примитивного, на уровне онанизма, такого, пронизывающего тело и гениталии, акта возбуждения не случится, созданный в мужском организме сперматозоид попросту не получит в качестве ведущего то, что неумолимо, и не считаясь с препятствиями поведёт этот росток будущей жизни к цели. При этом, можно понимать, что раз женщину уж точно при подобном акте соития сверху до низу пронизывают чувства точно уж мужским не уступающие, что и женщина становится при таком контакте сексуальной близости в некотором смысле порождающим источником, и даст возможность некоторой части миллионов форм того, что, благодаря мужчине, отправятся в то удивительное и необычайно важное путешествие, обзавестись индивидуальным образом-путешественником, который до того как тень от такого Света жизни, ждал подобной возможности. Отсюда сразу же намёк формируется, что сам поток подобных образов, стремящихся к свершению процесса, и при этом на всех стадиях, и делает процесс таким манящим и таким поразительным в вопросах чувственности, особенно когда всё завершается таким, к чему стремление столь многих и столь велико. Что же касается того, написанного о так называемых мертвых в сперме, здесь почему-то сразу начинаешь думать, что если и исследовали, то выброс после онанизма, а у мужчины ведь не даром два яичника в мошонке, как надо понимать, каждое творит участников для каждой стороны, задействованной в таком процессе должного соития. Нет женской стороны — некому и энергетикой наполнить, как результат мёртвых при исследовании и получили. Теперь бы ещё потолковее разобраться, где прячется этот шлейф из образов, когда оформляется ориентиром среди прочего, что столь зовёт и манит, в объятьях Тьмы, и сияет как ориентир и как призыв, Свет жизни, в виде перспективной возможности для сознания совокупиться-воплотиться? И как всё подобное оформлено, ну, например, хотя бы та же птаха, что порхает? Тело, в примитивном, в мелочах, построено из самого обычного, материального, но уже уровень клеток, и уже, раз существует необходимость обязательная, чтобы это отличалось жизнью, уже необходимо, чтобы здесь присутствовала, пусть простейшая, но энергетика, организующая в клетке жизнь, а это пусть начальный, но какой-то образ Света, а уже начнёт ваять. При этом главное здесь то, что подобный образ, ваяющий себя, такой птахой ощущается, как надо понимать, до момента смерти, раз получаемый телесный образ этой птицы сразу возникает, клетками отдельными высвечивается в виде того, что такие клетки оживляет, и в целом светится как образ этой птицы, полный жизни. И, любопытно, здесь, когда зачатие дарило первый Свет и начало такую жизни, от будущего тела реальным светом могла радовать только та, начавшая вдруг делиться клетка, лишь огонёк, начало возведения светлого образа будущего, который в виде обличия птицы будет потом порхать, но чтобы именно такое и могло порхать, ощущая себя птицей, духовное обличие, оставшееся после жившей перед этим птицы, на момент начала возведения в будущем построенного тела уже должно присутствовать. Мало того, что появление такого уже само по себе оформляет всплеск зачатия — начала для всего процесса. Генетика построит организм, но именно такому словно проявляющемуся словно ниоткуда гостю необходимо не иначе как в прямую ощутить себя в таком формирующимся теле будто вновь живущим — разная степень развития тела, разная глубина и степень ощущений, но выросшую птицу как летать и как жить с весьма внушительным набором ритуалов-действий, выполняемых по ходу жизни, это уж точно, что такому никакую особь никогда не учат, всё это словно появляется само, и сразу — повзрослеют — сразу знают. Каждый раз проявляется, всё время словно бы присутствует с момента приключившегося до того зачатия, пока по ходу роста и взросления не оформится окончательно, став образом, полным такого Света жизни. Полным до края? Искра от Света этой клетки, начавшей процесс, делящейся вначале, словно наполняет зачинателя процесса, потенциально связанного непосредственно с самим процессом роста благодаря тому, что именно из-за победы именно такого претендента при подобном выборе того, кто лучше прочих, всё и началось? Раз оказался лучшим, стал таким тёмным образом сопровождать искру зачатия, в конце концов, яйцо, полнясь таким ростом будущего тела, ну, в конце концов, птенца, в яйце и вне яйца, по завершению оформился как непосредственно такой, уже именно полный Света жизни образ новой птицы. А те, что в гонке при движении к цели тоже участвовали, но успеха не достигли, как выглядят такие после неудавшегося результата? Как надо полагать, как до начала гонки. Таким своего рода шлейфом от того, что полно Светом и живёт? То есть, присутствием от Тёмной стороны, способным стать в подобном случае фактором концентрирующим-собирающим? Телесное-материальное, используемое при самом примитивном уровне строения того телесного обличия живого, то есть, если, где-либо более иного привлекает Свет эмоций, чувств, порывов, действий, неких побуждений к некому движению, здесь словно бы в обратную сторону развернулось обликом и чертами вглубь
