До дома мы добрались в полной тишине, я упрямо не смотрела на своих спутников, а разглядывала ночной город, украшенный разноцветием магического огня — зеленые, желтые, синие всполохи мелькали и сливались в одну пеструю гирлянду. Не город, а новогодняя елка.
Дома сбежать не вышло: Рина с шипением перехватила меня и отволокла в кабинет Райма. Сопротивляться хватке шиани было бесполезно, хоть я и постаралась для приличия. Теперь на руке синяки, наверное, дюжину дней сходить будут, — подумала я про себя, пока меня волокли к столу Райма, и как-то совсем отстраненно поняла, что уже начала отмерять все на местный манер не неделями, а дюжинами.
Рина тем временем видимо меня что-то спросила, и не дождавшись ответа, тряхнула так, что я чуть язык себе не прикусила.
— Что? — уставилась я на нее, черт, да она в ярости: глаза казалось были покрыты коркой льда, сейчас из меня будут ледяную статую делать.
— Я спросила, каких демонов у тебя на голове это??? — и больно дернула за косы.
— Черррт, да прекрати уже — заорала я в ответ, ну сколько можно это терпеть, — У меня голова от твоего гнезда раскалывалась, вот и распустила.
— Ты не могла сделать это сама! — рычала Рина, странно, что еще стекла не зазвенели, — ты всего лишь человеческая девка, ни магии, ничего, кто посмел?
— Какая разница? — я поняла, что устала ужасно, не на балу как будто была, а вагоны разгружала, хотелось только отползти в комнату и рухнуть в кровать, даже не раздеваясь.
— Ах, какая разница???!!! — Рина бешеным взглядом обшарила комнату и схватила со стола ножницы, и тут я действительно испугалась, решив, что сейчас меня порежут на ленты. Следующим движением она отрезала все, что до этого держала в руке. Я смотрела на нее и недоумевала, мне только что взяли и просто так обкорнали полголовы просто за то, что я не стала весь вечер носить ее идиотскую прическу? Я в дурдоме каком-то, где людей бьют за неверный шаг в танце и режут волосы за неповиновение.
— Ладно, Рина, достаточно, — пресек экзекуцию Раймиир. Интересно, и давно он там наблюдает. Наверняка, мог и раньше вмешаться, но не стал. Надо было довести наказание до конца. — Ты свободна, дальше я сам.
Интересно, он мне вторую половину волос острижет, я даже пощупала их, до сих пор не веря в случившееся, но и правда, правая половина волос была неровно сострижена чуть выше плеча. Пока я ощупывала себя, шиани покинула кабинет, а Райм зачем-то закрыл дверь.
— Ты понимаешь, что опозорила меня сегодня, Александра? — лорд двинулся ко мне, на ходу расстегивая сюртук, а мне вдруг стало очень-очень страшно и я попятилась назад, но довольно быстро уткнулась в его письменный стол. Вид хладнокровно надвигающегося акши внушал куда больший ужас, чем разъяренная девушка с ножницами до этого. Обойти стол мне не дали, стоило дернуться, как Райм стремительным движением оказался уже рядом, и в меня снова смотрела бездна, черные бездонные глаза, в которых сейчас плескалось что-то настолько ужасное, что я севшим от страха голосом пролепетала: Не надо, пожалуйста, Райм, не надо.
Раздался треск материи, и платье ошметками упало к ногам, а меня грубо толкнули вперед, так что я оказалась лежащей не письменном столе этого ублюдка, в спину впивались какие-то карандаши, а на теле расцветали синяки — как от рук, так и от губ лорда. Следующий полчаса своей жизни я постараюсь забыть, забыть как страшный сон, — думала я, когда первые минуты моих мольб и просьб сменились молчаливыми слезами. Мои попытки вырываться и царапаться тоже не принесли результата, с тем же успехом можно было воевать с каменной скалой.
Я, казалось, раздвоилась — тело и голова существовали по отдельности. Райм хорошо знал, как обращаться с женщинами, а контролировать свое тело на сто процентов я не умела, поэтому он злорадно усмехался, комментируя, как я реагирую на его ласки и поцелуи, а я старалась не смотреть на него, молча сглатывая слезы обиды и боли, лишь уговаривая себе перетерпеть, не сломаться, подождать, надо подождать только дюжину дней. Такую невыносимо долгую дюжину дней. И тогда, возможно, в моей неправильной истории дракон спасет принцессу от принца. Если только принцесса доживет до этого момента.
После того, как меня отпустили, я как-то на автопилоте доползла до комнаты, перед уходом выплюнув в лицо Райму свой главный козырь, что никаких детей он от меня не получит. Может сколько угодно меня насиловать, но наследников это не даст.
— Терра защитила нас, слышишь, урод ты моральный, — по-моему я уже ничего не боялась в тот момент, стоя у дверей, в ошметках платья и в синяках, — пока я сама не захочу, не будет никаких детей.
Райм усмехнулся, но что-то мне подсказывало, что он поверил моим словам.
Следующие несколько часов я провела, сидя в ванной с давно остывшей водой, но я все терла и терла себя мочалкой, кожу уже саднило от моего усердия, но я смотрела куда-то глубоко в себя и молча клялась самой себе, что никогда от меня этот урод не дождется так нужного ему наследника. Никогда и ни за что. Костьми лягу, но не будет этого.
Из комнаты я не выходила три дня. Еда появлялась у меня на туалетном столике, о моем пропитании не забывали, хранитель даже сподобился подавать не остывшую каппу и черствое печенье, а вполне себе горячие супы и что-то посытнее, но их я игнорировала, съедая от силы кусок хлеба и запивая его водой. На третий день моего добровольного заточения я испугалась своего отражения в зеркале: оттуда на меня смотрела городская сумасшедшая, не иначе. Безумные глаза в пол-лица, впавшие щеки, нездорового цвета кожа и в довершении всего лохматые волосы, с одной стороны короткие, с другой — длинные.
Это зрелище меня моментально отрезвило. Мысленно встряхнув себя за плечи, я вздернула подбородок и решительно отправилась в ванную приводить себя в порядок. Только сойти с ума и не хватало для полного счастья. Не время раскисать, Александра, да, ничего хорошего не произошло, но ты жива и здорова, а значит война не проиграна. Она не проиграна, пока ты в это веришь. Вымыв волосы и одевшись в простое закрытое коричневое платье, аккуратно высунулась из комнаты. В доме царила тишина, впрочем как и все дни после бала. Я подозревала, что Райм с Риной куда-то укатили, но мне это было на руку. Спустившись вниз, все так же нервным сусликом замирая от каждого шороха, оказалась в том самом кабинете. Ножницы я обнаружила лежащими все там же на столе и, быстро схватив их, вернулась к себе в комнату.
Ну вот теперь ты сама себе стилист, дожили и до этих дней. И с каким-то странным удовлетворением срезала остатки длинных волос. Теперь у меня было столь привычное мне удлиненное каре. Ладно, на каре это вообще было мало похоже, разве что длиной. В общем-то без разницы, все равно они сейчас высохнут и начнут слегка виться, и будет уже не так сильно заметно, что стригла я себя сама, и вышло криво-косо. Посмотрела на себя еще раз и решила попросить Терру-Ши или Варда что-нибудь мне наколдовать поприличнее на голове.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
