приходилось. Да и смысл. Главное, он выполнял свою функцию.
Расплатившись за приобретение чеком, я задумался кому звонить со своей информацией о сливе заграницу передовых военных артефактов. С учётом сферы применения должно поставить в известность Орлова, но с учётом специфики поисков шпионов и предателей Медведев подходил значительно лучше. Подумав немного, всё же вбил номер главы имперской службы безопасности. Благо, память крови с лёгкостью подсказала все необходимые данные.
Дмитрий Фёдорович ответил не сразу, подозреваю, ещё и успев меня обматерить предварительно на чём свет стоит.
— Михаил Юрьевич, надеюсь, вы по делу, ибо прерывать совет безопасности на поболтать больше чем на пар минут я не готов.
Голос Медведева был уставшим и недовольным. В целом, я его даже понимал. Если бы ему каждый граф или барон звонил напрямую, как я, никаких нервов не напасёшься, да и времени. Меня же в этой ситуации выгораживало наличие звания и руководство спецподразделением.
— Дмитрий Фёдорович, мне и двух минут хватит. А если рядом с вами граф Орлов, то ему тоже полезно будет услышать мою информацию, — коротко обозначил я сферы государственных интересов. — Остальным я бы не рекомендовал.
Я слышал, как Медведев, тихо ругаясь себе под нос, позвал Орлова и вышел в отдельный кабинет. Щелчок закрываемой двери подтвердил, что они готовы слушать.
Я кратко пересказал ситуацию с артефактом, упомянув, что известно мне о нём исключительно из слухов моих ветеранов. Но вот его работу пришлось ощутить на себе. Кроме того, я сообщил об усовершенствовании японцами устройства в части подзарядки, честно обозначив собственное мнение о последствиях этого усовершенствования. Одно дело — просто погасить некое площадное мощное заклинание или артефакт, и совсем другое — обнулить источники собственных магов и их макров, артефактов с целью перезарядки. Кто воевать-то тогда будет, если всех выкачают?
Силовики молчали долго.
— Комарин, вот где ты на мою голову взялся-то? — в сердцах выдал Медведев. — Что ж к тебе неприятности-то липнут, как репья к собаке.
— Не могу знать, Дмитрий Фёдорович, — улыбнулся я. — Может, у меня вообще паранойя разыгралась, но вот как-то до переворота у японцев таких артефактов не было, а потом, бац, и появились. То есть сливу месяц-полтора от силы. Ну и стоить это, наверное, должно немало, если кто-то передал прототип.
— То-то и оно, Миша, — включился в беседу Орлов. — Стоит это не просто дорого, а очень дорого. Скажем так, раза этак в три дороже твоего дирижабля. И представь каково нам с Дмитрием Фёдоровичем сейчас узнать, что наше тактическое преимущество, столь тщательно разрабатываемое, вдруг обнаружилось в Японии.
— Надо искать крысу, — ответил я то, что они и так понимали. — Разжиревшую и обнаглевшую крысу. Возможно, успевшую подать в отставку за это время и наслаждающуюся результатами своего предательства.
— Вот что, — Медведев собрался с мыслями, — если сможешь узнать хоть что-то по этой теме, будем премного благодарны. Без шуток. А нет, то и этого уже с лихвой хватает на орден. Комарин, может, тебе контрразведчиком стать? Смотрю, у тебя отлично получается.
Где-то на фоне начал возмущаться Орлов, что ему некем меня заменить, а Медведев пусть радуется, что ему и так смежное ведомство помогает по доброте душевной. Последним, что я услышал в трубке перед разрывом связи, были слова Данилы Андреевича:
— Я же говорил, что он за державу болеет, а ты его эгоистом, засранцем и наглой рожей называл.
Я чуть не рассмеялся, но сдержался. Медведев всё никак не мог мне простить самовольный захват его кабинета для поисков Марии Петровны, но, кажется, начал оттаивать. Так глядишь, скоро и общаться сможем нормально.
* * *
Императорский замок в Осаке не выглядел столь аутентично, как в Киото. Было ощущение, что его не раз достраивали и перестраивали. Единым архитектурным ансамблем и не пахло. Мне он напомнил самый настоящий термитник с сотнями входов и выходов, снующими повсюду людьми и полным ощущением нахождения под присмотром. Казалось, что за тобой следят все, даже крысы из тёмных углов.
Наши делегации уже разместились в гостевом крыле. Все ждали только меня. В период моего отсутствия с Тэймэй находилась усиленная стража. Заходя в покои к невесте, я ожидал чего угодно, кроме увиденного. Посреди низкой деревянной кровати, укрытой тонким матрасом и простынями, верхом на незнакомом самурае скакала Тэймэй. При этом она издавала вполне узнаваемые и приличествующие ситуации стоны.
Как ни странно, но первой мыслью при виде всего этого великолепия была: «Откуда здесь кровать?» Невеста когда-то рассказывала, что у них принято спать на тонких матрасах прямо на татами. И уже второй мыслью стала вполне соответствующая реалиям: «Не верю!»
Между тем девушка ритмично двигала бёдрами, упиралась ладошками в грудь самураю и даже откинула голову назад, позволяя тёмным локонам разметаться по спине.
Я активировал дар и сверил местонахождение Тэймэй. Та как раз находилась в соседних покоях, распоряжаясь распаковкой вещей.
«Дорогая, сможешь узнать почерк?» — я транслировал невесте представление, когда в ответ услышал цветастые ругательства.
«Проведи рукой по девушке, кое-кому всегда плохо давалась проработка иллюзий».
Я тихо подошёл со спины к «невесте» и провёл ладонью между лопаток, ощутив разгорячённую бархатистую кожу.
«Живая, — прокомментировал я. — Пульс, температура, пот — всё на месте».
«Тогда на кого-то нацепили для устойчивости, — прокомментировала Тэймэй. — Попробуй вывести из себя, и иллюзия спадёт».
«Это та, кто я думаю?»
«Да!» — в голосе невесты слышна была искренняя печаль.
Что же, вывод напрашивался только один.
— Исико-сан, я, конечно, предполагал после свадьбы близкое знакомство с роднёй невесты, но что оно будет настолько близким, не надеялся.
Девушка, выглядящая как моя невеста, лишь на секунду запнулась и стала двигаться ещё активней, стоны удовольствия были всё громче, капельки пота стекали по её спине.
— Хм… своеобразный у вас траур по супругу, Исико-сан. Если вам так не хватало мужчины, могли бы сказать дочери. Она с радостью одобрила бы любой ваш выбор для повторного брака.
Вот теперь видение сперва дрогнуло
