быстро вернула его на место, тут же краснея. Кувалда притворился, что ничего не заметил.
— Ну… Да… И от тебя подальше. Думала, не найдёшь. Да и искать не станешь, — уставившись в кружку с чаем, произнесла баронесса.
Краснослав только хмыкнул.
— Кто ещё организует стачку? — спросил он.
— Я не имею права тебе это говорить, — отчеканила Исидора, вдруг посмотрев ему прямо в глаза.
Майор пожал плечами.
— А вот этот адрес тебе о чём-нибудь говорит? — спросил он, протягивая Исидоре письмо рептилоида и внимательно наблюдая за её реакцией.
Но она спокойно пробежала взглядом по ровным печатным строчкам, после чего вернула письмо Кувалде. Никакого волнения, паники или настороженности, похоже, революционерка даже понятия не имела о том, что это за адрес, и что там происходит. Краснослав сложил письмо вчетверо и убрал во внутренний карман.
— Нашёл у одного, так скажем, иностранца, — объяснил Краснослав. — Помнишь, я тебе рассказывал про тайную ложу?
Баронесса Остерман покосилась на него, но перебивать не стала.
— Я их нашёл. Потом нашёл логово одного из них. А в нём — несколько очень интересных документов. И это письмо, — пояснил Кувалда.
— А причём тут я? — хмыкнула Исидора и пододвинула блюдо поближе к Краснославу. — Бери бутерброды.
Возражать майор не стал, хоть его паранойя всё равно вопила о безрассудной неосторожности. Он взял бутерброд с сыром и продолжил.
— Подпись в письме. Ставлю что угодно, что это Левский. Полагаю, ты бы хотела у него спросить, какими методами делается революция, — сказал он. — Эта ложа… Она использует любые методы. И социалистов тоже. Тебя просто используют втёмную. Снова.
Девушка нахмурилась.
— Ты что, думаешь, я хочу мести? — фыркнула она.
Кувалда пожал плечами. Он бы на её месте определённо этого хотел.
— Революция всё равно нужна. А методы… Не я их определяю. Товарищ Левский поступил так, как ему позволила совесть, — произнесла Исидора.
Кувалда хотел ответить, что у рептилоидов не бывает совести, но не стал.
— А что скажет твоя совесть, когда он взорвёт демонстрацию рабочих, за которых вы боретесь? Тех рабочих, которых ты сама туда позвала, — сказал он.
Она закусила нижнюю губу, словно боролась с искушением сказать что-то.
— Это будет… Неправильно, — наконец выдавила она.
— Ну так помоги мне, — сказал Кувалда. — Их нужно остановить.
Глава 42
Они шли по набережной вдвоём, стараясь не обращать внимания на неловкое молчание. Исидора, одетая теперь в брюки и рабочую куртку, засунула руки глубоко в карманы, всем своим видом подчёркивая, что не желает находиться рядом с Кувалдой дольше необходимого. Будто отбывает какое-то наказание. Хотя Краснослав всё равно замечал порой её взгляды, бросаемые украдкой, словно революционерка боролась внутри сама с собой, и одна её половина страстно хотела броситься к нему в объятия, а вторая половина хотела его придушить на месте.
— У тебя оружие есть? — тихо спросил Кувалда, чтобы завязать разговор.
— Есть, — буркнула Исидора.
Снова повисла гнетущая тишина, и только шорох шагов по брусчатке отбивал секунды, будто таймер активированной бомбы.
Тайное логово рептилоидов находилось буквально на другом конце города. Кувалда настоял на том, что стоит отправиться пешком, так они привлекут меньше внимания, но теперь, глядя на раздражённую Исидору, думал, что лучше бы они взяли извозчика. С ним, возможно, не было бы этой гнетущей тишины, заставляющей его раз за разом прокручивать в голове все события, которые могли служить этомупричиной.
Но извозчика они не взяли, хотя варианты были. Так что они, можно сказать, снова гуляли по Петрограду, хотя в этот раз прогулка казалась Кувалде гораздо менее приятной. И пусть даже сегодня на улицах не ходили демонстранты, и витрины никто не громил, ощущение грядущей бури преследовало его по пятам. Сильнее, чем когда бы то ни было.
— Ты тоже это чувствуешь? — спросил он, когда ощущение тишины доконало его окончательно.
— Ты о чём? — бросила через плечо баронесса, даже не оборачиваясь.
— Затишье, как перед бурей, — произнёс Кувалда.
На улицах города и в самом деле было пустовато, хотя время близилось к полудню. Будто все разъехались из города, предчувствуя беду.
— Хм. И правда, — сказала Исидора.
Кувалде на мгновение подумалось, что они остались одни в целом городе, и ему стало не по себе. Он помнил доклады о некоторых экспериментальных видах оружия рептилоидов, когда они с помощью химических и биологических бомб уничтожали население непокорных планет, а вся инфраструктура оставалась нетронутой. Но тут из подворотни вывалились два подвыпивших босяка, и наваждение схлынуло.
На всякий случай Краснослав сунул руку в карман, схватился за револьвер, готовый в любой момент его применить, но мужики прошли мимо, громко обсуждая, в каком из кабаков водка крепче. Его жест заметила Исидора.
— Ты параноик, — хмыкнула она.
— Я знаю, — сказал Кувалда.
Руку из кармана он всё же достал. Весьма неохотно. С револьвером в руке он ощущал себя гораздо спокойнее.
Они вышли к центру города, к Исаакиевской площади, прошли мимо гигантского собора, вышли к Медному Всаднику и набережной. Краснослав заметил вдруг, как помрачнела баронесса, но спросить, в чём дело, не решался, понимая, что она всё равно не ответит. Но Исидора вдруг резко остановилась, разворачиваясь к Кувалде. Щёки её пылали, грудь высоко вздымалась, а на лице застыла гримаса бешенства.
— Т-ты! Ты специально меня сюда привёл?! — она ткнула его пальцем в грудь.
— Что? — опешил майор, не видя никакой логики в её словах.
— Нет никакой бомбы, да? Решил надо мной просто посмеяться? Ещё раз? — выпалила Исидора.
Она выглядела сейчас по настоящему опасной. Как разъярённая кошка. И в таком состоянии она могла вытворить что угодно, Кувалда видел, что она в самом деле взбешена.
— Исидора, о чём ты? — мягко произнёс он, пытаясь достучаться до её разума.
— О,ты прекрасно понимаешь, о чём я! Не прикидывайся! — нервно засмеялась баронесса.
На них покосился какой-то моряк, проходивший мимо, но тут же отвернулся, увидев бешеный взгляд Исидоры.
— Не понимаю, — спокойно сказал Кувалда.
Губы Исидоры задрожали от злости, она выхватила из кармана дамский пистолетик, но Кувалда отреагировал быстрее, перехватывая руку с пистолетом, вплотную прижимаясь к баронессе и выкручивая руку ей за спину. Исидора оказалась в тесном захвате, начала вырываться, но Кувалда держал крепко, не позволяя ей даже пошевелиться.
В голове Краснослава промелькнул целый ворох тоскливых мыслей, что он в ней ошибся и зря позвал её с собой, но тут Исидора вдруг перестала брыкаться и просто разрыдалась, уткнувшись ему в плечо. Маленький смешной пистолетик упал на тротуар, а Кувалда просто обнял плачущую девушку.
— Я дура, да? Вот я дура-то… — бормотала она, продолжая рыдать.
Кувалда
