пять, через болото, так что никто не обратит внимания, на стоящий на пирсе пароходик. А когда обратят, будет уже поздно. Все парни поехали, время не ждет.
Вскоре послышался шум мотора моего грузовика, который я не спутаю ни с чем. Вслед за ним кто-то завел другую автомашину, и через некоторое время все стихло. На всякий случай, я лежал, стараясь не шевелиться, еще около десяти минут, прислушиваясь к каждому шороху. Но кроме обычных звуков, ветра, ничего не расслышал. И я решил выбираться из своего убежища. Стоило мне слегка шевельнуть ногой, как я тотчас почувствовал, как ее прострелило болью. Выбравшись из под брезента, придерживаясь за стену пробрался на палубу, и здесь постарался, как можно лучше разглядеть рану. В принципе ничего страшного я не обнаружил. Пуля пролетела вскользь, и хотя нанесла, довольно большую кровоточащую рану, но кость и мышцы остались целыми. Поэтому добравшись до обычной аптечки, оказавшейся в рубке капитана, промыл рану спиртовым раствором, залил йодом и перебинтовал, большего все равно сделать не получилось бы.
Глава 17
17.
Присев на какой-то ящик я закурил, и задумался. Все произошло примерно так же, как я и предполагал. Судя по разговору, который хоть и велся на английском языке, в нападении участвовали итальянцы. Хотя, кто его знает, кем они являлись на самом деле, да и по большому счету, это было неважно. Сразу же возникает следующий вопрос. Что делать? С одной стороны, я остался без своего грузовика, с другой, у меня в кармане, лежат заработанные за этот рейс деньги. Увы, только за этот, потому что те, что имелись у меня, до этого момента, я предполагая, что банки сейчас, не слишком надежны, старательно собирал и складывал их в своем грузовике. Разумеется, не на виду, но при желании тайник отыскать все же можно. Впрочем, поздно сожалеть, даже если его не найдут, мне они все равно не достанутся. Как итог, у меня на руках шесть сотен за экспедицию, пять за доставку груза и еще сотня за его разгрузку, итого тысяча двести долларов. Прямо таки рискованная сумма. Последнее время, как скапливается, чуть больше тысячи, как тут же я ввязываюсь в очередную авантюру и вновь остаюсь на мели. Хотя с другой стороны это и приносит какие-то новые дивиденды. Хотя нет, это еще не все. Я нащупал во внутреннем кармане алюминиевый пенал с закручивающейся крышечкой, В которой когда-то лежала Гаванская «Корона», и удостоверился в том, что алмазы, найденные мною в Арканзасе, все так же находятся у меня. Значит, есть заначка на черный день, хотя, как и где ее реализовать, я пока так и не придумал.
Из всего, что произошло сегодня, рисуются два варианта, развития событий. Первый, напрашивается сам собой. Подо мною находится новенький пароходик, который я вполне могу экспроприировать, или попросту, присвоить себе, если, разумеется, здесь отыщутся на него, хоть какие-то документы. В конце концов это не грузовик. Если меня остановит катер береговой охраны на чужом судне, то долго разговаривать не станут, и очередная десятка, как минимум, прилетит ко мне с приветом, от любого судьи. С другой стороны, если документы, все же найдутся, и я смогу ими воспользоваться, это будет очень неплохой вариант. Вполне можно будет спуститься вдоль берега, на юг до той же Флориды. Тут всего-то чуть больше, тысячи миль. Да и заработать по дороге, перевезя например пассажиров, а то и раскинув трал. Уж рыбу то я найду. А оттуда и ниже, скажем в ту же Бразилию или Аргентину. Говорят там на испанском языке, к тому же, как я слышал довольно большая русская община. Да и вообще, не думаю, что там кого-то заинтересует, откуда я взял пароходик. Да, та же Амазонка в Бразилии, считай пересекает материк поперек. В общем работа найдется. Хотя судя по виду и названию, которое я смог прочесть только сейчас, это был скорее туристический, прогулочный кораблик. На котором, хотя и предполагалась рыбалка, но скорее спортивная, то есть на удочку или спиннинг. Об этом же говорила и стойка с двумя десятками рыболовных приспособлений, находящаяся у передней стенки палубной надстройки.
Чего здесь только не было. Удилища и спиннинги всевозможных видов, с самыми разными катушками, лесками, крючками и блеснами, сачки, кормушки, наборы приманок и тому подобных вещей. Многое из того, что было здесь представлено, я видел впервые в жизни, а для еще большего просто не знал названий.
Второй вариант, оставить все как есть, и попытаться наладить свою жизнь на берегу. В принципе, имеющихся денег, вполне хватит на то, чтобы приобрести новый грузовик, и опять заняться перевозками. С одной стороны, это конечно хорошо. С другой стороны, так и вообще, чуть не прибили. Нет, надо менять профессию. Так и до старости не доживу.
Для начала, решил пройтись по судну и осмотреться. Конечно, находиться рядом с трупами не самое приятное дело, но судя по всему, в прошлый раз, они пролежали здесь неприкаянными сорок лет. Значит есть вероятность, что и сейчас никто не появится здесь раньше того времени. Или скорее если и появятся, то в тот момент, когда отсюда начнет разноситься трупный запах. Почуяв его, скорее всего, постараются удалиться как можно дальше. Кому охота связываться с полицией и доказывать что ты не верблюд, и все это произошло без твоего участия. А то, что катерок простоял столько лет, лишний раз доказывает, что никто об этом в полицию не заявлял. Как бы то ни было, но пока время есть.
В ходовой рубке, в которую я с трудом поднялся из-за ноющей ноги, было конечно грязновато. Выстрелы из автоматического оружия прошили рубку насквозь и старый капитан, получив многочисленные ранения, свалился на пол, и похоже был еще некоторое время жив, что говорила довольно большая лужа начавшей подсыхать крови под ним. Преодолев брезгливость, охлопал его карманы, и из нагрудного достал портмоне с паспортом и кое-какими документами. Выйдя из рубки, присел на ступеньку трапа, закурил и начал разбираться с тем, что лежало в портмоне. Первым делом, меня удивило то, что в правах капитана, помимо отмеченной категории на управление легковым автомобилем, стояла печать, разрешающая управление и катером. То есть просто печать, и у тебя на руках права
