— Турецкое наслаждение, — улыбнулся Айден, не обращая внимания на ее беспокойство. — Если бы она не напилась, с ней все было бы в порядке.
— Может быть, доза слишком велика для нее?
— Нет, наркотик для этого слишком слаб. — Глаза Айдена потемнели. — Послушай, Камелия, каждый из присутствующих здесь знает, на что идет. Они делают здесь то же, что и в повседневной жизни. Арабам захотелось увидеть живой Лондон. Я заключил сделку и подобрал народ. Никого сюда волоком не тащили, все довольны. Я думал, что вам с Би будет интересно посмотреть на все это.
Гнев утих. Айден был порочным и безответственным, но все же Камелия знала, что под всем этим скрываются честные намерения.
— Тебя надо изолировать от общества, — проговорила Камелия, слегка улыбнувшись.
— Такое уже бывало. — Айден нежно поцеловал ее в нос. — Но я пригласил тебя не для того, чтобы ты развлекала арабов. У меня другие планы.
— Например? — спросила Камелия, наклонив голову.
— Немного любви, — сказал он, проводя пальцем по ее щеке.
Позже, когда Айден ушел, Камелии стало невероятно грустно. Она подумала, что он собирается провести с ней ночь. Она налила себе большой стакан пунша и села, поджав ноги, в кресло у окна.
Би сидела на диване в окружении арабов. Она разговаривала и флиртовала со всеми. Обаз не переставая трогал ее волосы, лицо, как будто был сражен ею наповал.
Кокаин добавил Камелии смелости, она чувствовала себя сильной, и в то же время ей казалось, будто она находится в середине большого стеклянного шара и со стороны наблюдает за происходящим.
Слева от нее находилась спальня. Большая обнаженная темноволосая девушка лежала на кровати, ее лицо закрывал мужской зад. Камелия видела, как тряслись его яички и сжимались ягодицы. Другой мужчина лизал у девушки между ног, был виден его длинный красный язык, который то и дело высовывался из темной густой бороды. Сам он в это время мастурбировал. Вместе со звуками песни Джо Кокера «Дельта Леди» Камелия слышала, как стонала девушка на кровати.
Камелия не была ни шокирована, ни возбуждена. У нее было такое чувство, что стоит ей моргнуть, и все сразу исчезнет.
Внезапно раздавшийся смех заставил ее обернуться. Увиденная сцена ее поразила: Би напала на Обаза. Он лежал на спине, а Би прижимала его к подушкам, впившись в него губами.
Из уст одного из прихвостней Обаза раздался дикий смех, а объектом насмешек был, конечно Же, зад Би. Черное платье задралось, показав маленькие черные трусики и чулки. Через шов на спине выбивалась складка белой плоти.
Камелия вдруг вернулась в реальность. Она почувствовала, как нарастает в воздухе напряжение. Все арабы смотрели на Би, а пара женщин постарше злобно самодовольно ухмылялись. Даже гомосексуалисты стали тревожно оглядываться — они тоже что-то почувствовали.
Камелия на минуту задумалась. Би будет возражать, если сказать ей, что им пора уходить. Если бы забрать подругу хотя бы ненадолго, Камелия предупредила бы ее о возможной опасности.
Наконец половина гостей разошлась. Осталось примерно двадцать человек, из которых десять были в спальне. Когда Камелия встала, открылась входная дверь, и вошли Айден с Джоном.
Они остановились. Джон нахмурился, увидев Би с Обазом.
Камелия знала, что мужчины пришли за ними, но все же их высокомерие ее раздражало. Она хотела Айдена, но не хотела, чтобы он одержал легкую победу.
Если бы не заиграла песня Вилсона Пикета «Подожди полночь», Камелия, наверное, разрешила бы Айдену и Джону увести их. Но они с Би придумали танец под эту песню, когда скучали дома одни, и сейчас она была не в силах сопротивляться ритму. Ей захотелось устроить незабываемое представление.
Ритмично подпрыгивая, Камелия направилась через комнату к Би, ослепила Айдена улыбкой и схватила подругу за руку.
— Это наша мелодия, — сказала она.
Би либо увидела Джона в дверях, либо сама поняла, что далеко зашла с Обазом и его дружками. Она вскочила на ноги и сразу же откликнулась на движения Камелии.
Опустив платье, Би похлопала Обаза по голове и оставила его в недоумении.
— Всю песню? — прошептала Би, уже раскачивая бедрами в такт и проводя рукой по волосам.
— Как на репетиции, — игриво улыбнулась Камелия.
Девушки придумали и отрепетировали этот стриптиз до совершенства, что доставило им много смеха и веселья. Но на этот раз они серьезно смотрели друг на друга, как будто они были влюблены, подпевали под музыку и танцевали так близко, что почти соприкасались грудью.
Как многие толстушки, Би танцевала очень грациозно и соблазнительно двигалась, как будто исполняла танец живота. Камелия же унаследовала искусство танцевать от матери. Мужчины медленно расступились. Даже арабы, которые ушли в спальню, вернулись, чтобы посмотреть.
— Ботинки! — прошептала Камелия. Девушки проделывали этот танец с туфлями. Гораздо сложнее оставаться соблазнительной, расстегивая ботинки. Но им удалось это сделать: они одновременно сели на подлокотники дивана, одновременно приподняли ноги и сняли ботинки, отшвырнув их в сторону двери, ведущей в ванную.
Воцарилась мертвая тишина. Все смотрели на пару, которая двигалась как одно целое, касаясь друг друга руками и снова разбегаясь. Подруги приподняли платья, зацепили пальцами чулки и стащили их вниз. Было трудно балансировать на одной ноге, снимая чулки, и двигаться в такт, но все получилось как нельзя лучше, и чулки приземлились рядом с ботинками.
Послышались слабые аплодисменты, но сейчас, стоя босиком, подруги разгорячились, трясли грудью, запускали пальцы в волосы и показывали бедра. Камелия повернулась спиной к Би, чтобы та расстегнула ей молнию на платье, а потом сделала Би то же самое.
Когда их спины обнажились, началось настоящее шоу. Они ласкали друг друга, оголяли и целовали одно плечо, а затем другое.
Камелия подмигнула Би, когда они, двигая бедрами, спустили платья до талии. Еще несколько волнующих движений — и платья улетели к ботинкам. На обеих были черные лифчики и одинаковые миниатюрные трусики-бикини. Светлые кудри Би и темные волосы Камелии смешались, когда они обнялись, зная, что все мужчины в комнате смотрят на них.
Прозвучало две трети песни. Девушки повернулись друг к другу, плавно покачивая бедрами. Они соприкоснулись грудью и потянулись, чтобы расстегнуть друг другу лифчики, затем повернулись спиной, придерживая руками бюстгальтеры, и с самодовольным видом пошли к арабам, сидящим на диване.
Аплодисменты усилились, ритм стал настойчивей, и девушки опустили руки, открывая грудь на всеобщее обозрение. У Обаза глаза чуть не вылезли из орбит, когда он увидел грудь Би. Раздался дикий вопль, когда девушки стали размахивать лифчиками над головой.
