одна радиопрограмма, где он анализирует политические и экономические проблемы. Этот прием, как и многие другие аналогичные вечера, обойдется Табету в целое состояние, но он и глазом не моргнет. Он достиг вершины успеха, кажется, нет такой двери, которую он не мог бы открыть. У него есть хорошие друзья в штабе армии, он регулярно участвует в политических совещаниях партии Баас.
Эли продолжал передавать в Израиль отчеты военного характера, фамилии старших офицеров и информацию об их обязанностях, совершенно секретные военные приказы и другую информацию. Он фотографировал и отправлял в Аман военные карты, в основном подробные чертежи укреплений вдоль израильской границы. Присылал отчеты о новом оружии, поступившем на вооружение сирийской армии. Он также описывал возможности сирийцев по освоению нового оружия.
Несколько месяцев спустя сирийский генерал с горечью признавал: «Не было военной тайны, которая осталась бы неизвестной Эли Коэну…»
Эли каждое утро передавал сведения в Израиль и не боялся разоблачения благодаря защитному зонтику радиотрансляций сирийской армии из близлежащего штаба. Однажды его неожиданно навестил друг, армейский лейтенант Захер ад-Дин. Эли удалось спрятать радиопередатчик, но на столе осталась пачка бумаг с секретным кодом в виде сетки, заполненной буквами.
— Что это? — поинтересовался Захер.
— Да просто кроссворд, — сказал Эли.
Помимо радиопередач и коробок для нард для своих «аргентинских друзей», Эли придумал третий способ связи с Израилем — радио Damascus. Вместе со своим руководством в Тель-Авиве он разработал код из слов и фраз, который он вставлял в свои радиопередачи и который затем должен был заранее оговоренным образом расшифровываться сотрудниками АМАНа.
Затем Эли сделал еще один шаг в усилиях по получению сверхсекретной информации. В правящих кругах в Дамаске распространился слух, что Табет устраивает незаконные секс-вечеринки на своей вилле.
На этих вечеринках, куда приглашались только близкие личные друзья Табета, можно было встретить множество прелестных женщин. Некоторые из них были уличными проститутками, другие — девушками из хороших семей. Гости Табета наслаждались необузданным сексом, но хозяин был единственным, кто не терял хладнокровия. Табет также поставлял сексуальных — и очень благосклонных — секретарш своим высокопоставленным друзьям. Одним из этих друзей был полковник Салим Хатум, чья любовница передавала Табету каждое слово, которое слышала от своего полковника.
Табет демонстрировал крайнюю степень патриотического жара, когда говорил об Израиле, определяя его как «злейшего врага арабского национализма». Он призывал сирийских лидеров усилить антиизраильскую пропаганду и открыть «второй фронт» в помощь Египту. Он даже обвинял своих друзей в том, что те недостаточно борются с израильской агрессией. Тем самым он достиг цели. Его военные друзья исполнились решимости доказать ему, как он неправ, и убедить, что они готовы к битве с врагом. Они трижды возили его на сирийские позиции вдоль границы с Израилем. Демонстрировали ему укрепления и бункеры, показывали военную технику, сконцентрированную в этом районе, и описывали свои оборонительные и наступательные планы. Лейтенант Захер ад-Дин свозил его в военный лагерь аль-Хама, где хранилось большое количество нового оружия. Во время своего четвертого визита на границу с Израилем Табет был единственным гражданским лицом в группе высокопоставленных сирийских и египетских офицеров. Группу возглавлял наиболее уважаемый арабский военачальник, египетский генерал Али Амер, глава Объединенного арабского командования, который руководил — по крайней мере на бумаге — объединенными силами Египта, Сирии и Ирака.
Сразу же после визита Амера лидеры Баас дали Табету очень важное поручение: с целью примирения его отправили к престарелому лидеру Баас Салаху аль-Битару, который был смещен с должности генералом Хафезом и с тех пор находился «на лечении» в Иерихоне. Табет приехал в Иорданию и провел несколько дней с бывшим премьер-министром. Вернувшись в Дамаск, Табет сопровождал в аэропорт заболевшего президента Хафеза, который направлялся для лечения в Париж. Когда Хафез вернулся через несколько недель, Табет снова встречал его в очереди на взлетно-посадочной полосе. Его миссия была успешно завершена.
В 1963 году в Израиле произошли важные перемены. Новый рамсад, Меир Амит, сменивший Маленького Иссера на этом посту, несколько месяцев одновременно руководил АМАНом и Моссадом. Амит решил ликвидировать Подразделение 131, все его функции были переданы в ведение Моссада, которому теперь подчинялись его бывшие сотрудники. Однажды утром Эли Коэн узнал, что у него новый работодатель и теперь он агент Моссада.
В этот же год Надия родила вторую дочь, Ирис. В ноябре 1964 года, во время второго за год посещения Израиля, исполнилась тайная мечта Эли: Надия родила третьего ребенка, сына! Его назвали Шаул.
«Во время этого визита мы заметили, что Эли изменился, — рассказывали позже члены его семьи. — Он стал замкнутым, нервным и мрачным. Несколько раз терял самообладание, не хотел никуда выходить из дома, встречаться с друзьями. „Скоро уволюсь с работы, — сказал он нам. — В следующем году вернусь в Израиль. Я больше не покину свою семью“».
В конце ноября Эли на прощание поцеловал свою жену и троих детей и снова улетел. Надия не знала, что прощается с ним навсегда.
Была среда 13 ноября 1964 года. Сирийские военные на израильской границе, недалеко от Тель-Дана, открыли огонь по израильским тракторам, работавшим в демилитаризованной зоне. Реакция Израиля была очень резкой. Танки и пушки ответили шквальным огнем, и через несколько минут в бой вступили самолеты «Мираж» и «Вотур». Они нанесли удар по сирийским позициям, затем спикировали в район отведения вод Иордана и разбомбили вырытые сирийцами каналы. Тяжелые строительные машины, бульдозеры, тракторы и погрузочные машины были планомерно уничтожены. Сирийские ВВС не вмешивались, так как их пилоты еще не освоили недавно приобретенные истребители МиГ.
Мировая пресса почти единодушно одобрила ответ Израиля на сирийскую агрессию. Несколько месяцев спустя сирийские офицеры скажут, что одним из организаторов израильского нападения был Эли Коэн, который в это время находился в Израиле. Благодаря Коэну израильтяне были полностью осведомлены о плохом состоянии сирийских ВВС и их неспособности вступить в бой. Израильтяне также располагали подробной информацией о сирийских укреплениях и работах по отводу воды. Они точно знали, какая военная техника и в каком количестве расположена на каждой базе и в каждом бункере.
Но Эли Коэн знал гораздо больше. Он смог подружиться c саудовским предпринимателем, который получил подряд на проектирование и прокладку первых каналов сирийского проекта. Благодаря этой дружбе израильтяне уже за несколько месяцев до начала земляных работ знали, где они будут проходить, какой
