Глава 22
Советы на будущее от Тани Мальцевой самой себе:
1) Не бери в друзья поехавших стендаперш, готовых на все ради приключений.
2) Не соглашайся на любое дерьмо, в которое тебя втягивают.
3) Не встречайся с психами.
Полли выпрыгнула из машины первая и с восторгом уставилась на усеянную крутыми спортивными тачками поляну. Здесь было место сбора и старт гонки.
Таня в жизни не видела столько людей в кожаных куртках за один раз. Здесь все выглядели так, как будто только что вылезли из какой-то там части «Форсажа».
«Своя эстетика!» – скажете вы.
«Идиотизм», – ответит вам Таня.
– Если ты улыбнешься, то никто не умрет, – пошутил псих, наклоняясь к Тане и оставляя на ее губах поцелуй.
Он вел себя так естественно. Впервые со дня их знакомства он полностью расслабился, как будто его – задыхающуюся в аквариуме рыбку – наконец-то выпустили в океан, откуда он родом. Таня даже на секундочку умилилась, а потом вспомнила, куда он ее привез, и разозлилась снова.
– Я не собираюсь радоваться вашему нестерпимому желанию умереть совершенно глупой смертью.
– Никто не собирается умирать.
Они поцеловались снова. На этот раз язык психа скользнул в Танин рот, и она на секунду забыла обо всем. В том числе – о том, что они сидят в машине, а вокруг много ребят, которые выглядят так, словно вся эта романтика для них – сплошное тошнилово. Просто псих целовал ее, а Таня подчинялась. Она чувствовал его ладонь у себя на шее, и умирала от невыносимого желания вернуться домой и там продолжить начатое.
Но в окно постучали. Таня вздрогнула, отрываясь от психа и поворачиваясь на звук.
Полли, счастливая, размахивала бутылкой виски перед стеклом.
Таня выскочила из машины.
– Где ты нашла алкоголь за тридцать секунд, мать твою?! – спросила она.
Полли кивнула на толпу парней, которые смотрели на нее так, словно прожили в пещере всю жизнь и ни разу не видели красивых девчонок.
– Ты НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ насколько тут все дружелюбные! – выкрикнула она, распечатывая бутылку и присасываясь к горлышку.
Таня огляделась.
Здесь повсюду были спортивные машины, люди, музыка, свет от фар. Темнело, а Тане казалось, что только-только наступает рассвет – настолько сильно здесь все мигало и горело.
Псих опустил ладонь на ее плечи и прижал ее к себе.
– Прекрати делать вид, что тебе здесь не нравится, – прошептал он Тане в висок.
Она не смогла сдержать улыбку.
Никогда и ни с кем она не была на публике. Не вот так вместе, беззаботно. Никогда и никто не держал ее за руку прилюдно, не прижимал к себе и не целовал.
– Нас ведь не побьют, да? – спросила она осторожно.
Псих рассмеялся. У большого деревянного помоста в самом центре поляны собралась толпа. Наверху стояли окрашенные бочки, которые были сколочены между собой двумя досками. Импровизированная маленькая сцена. Парнишка лет двадцати забрался наверх, и толпа, шумевшая внизу, притихла. Музыка все еще играла, автомобильные шины все еще подъезжающих машин шуршали по земле. Но люди молчали, затаив дыхание.
– Привет, народ! – закричал парень, махнув рукой.
Толпа радостно завопила, приветствуя его. Некоторые, так же, как и Полли, держали бутылки в руках, некоторые – обнимались, целовались и смеялись. Все выглядели так беззаботно.
Рука психа на ее плечах уже не казалась такой тяжелой.
Полли пихнула ее локтем в бок с другой стороны:
– Давай, Мальцева. Расслабь свои булки хоть раз в жизни.
Таня посмотрела на нее – впервые за долгое время такую счастливую, довольную и улыбающуюся. И кивнула, чувствуя, как узел в груди ослабевает.
Музыка играла все громче.
Парень на помосте выкрикивал правила гонки, которые, скорее всего, знали все, кроме него. Таня оглядывалась, думая о том, насколько законно им всем вообще здесь находиться.
– В этом году мы немного изменили маршрут, потому что наши друзья в погонах лютуют сильнее прежнего! – толпа рассмеялась. Таня закатила глаза – ага, очень законно, все ясно. – Но мы-то знаем, что делаем, так ведь, народ?!
– Да!!
– Ну и конечно же, наш лидер, как обычно, все разрулит! – он посмотрел сквозь толпу, и Тане на секунду показалось, что прямо на нее. – Ну что, лидер, скажешь нам пару напутственных слов?!
Она обернулась, ища взглядом того самого лидера…
И только потом до нее дошло.
Господи, вашу мать, да неужели...
Псих.
Он стоял позади, обнимая Таню за плечи.
Стоял и смотрел перед собой на помост, сквозь людей и чужие улыбки, смотрел со светящимися глазами и как будто даже с какой-то отцовской гордостью за все происходящее.
– Пожалуйста, скажи, что он говорит не о тебе, – попросила Таня, поворачиваясь.
Псих виновато пожал плечами.
– Как я могу солгать?
Он коснулся губами Таниного лба, а потом отпустил ее. Подмигнул напоследок и, совершенно обворожительно улыбаясь, стал продвигаться через толпу к помосту.
– Гос-по-ди, – задыхаясь, прошептала Полли Тане на ухо. – Ты умудрилась замутить с местным Домиником Торетто.
Таня смотрела, как психа трогают за плечи – то похлопывают, то поглаживают, радостно приветствуя его. Десятки рук тянулись к нему так, а Таня понятия не имела, чувствует она жуткое самодовольство или невероятный ужас от всего происходящего.
– Сама в шоке, – заявила она, отступая на шаг.
Первые две машины сорвались с места, и Таня присосалась к уже полупустой бутылке, вырванной из Полькиных рук.
Что ж.
Если она не напьется, то он умрет от разрыва сердца. Точно.
– Развлекаетесь? – псих буквально возник у нее за спиной, и Таня подавилась виски.
Она долго кашляла, пока Полинка не сунула под ее нос стаканчик с колой. Таня запила, вытерла рот рукавом, повернулась, собираясь обрушить на психа все свое возмущение от происходящего, но…
Тот был не один.
Два огромных человека, которые словно сбежали из фильма про викингов и переоделись в более современную одежду, стояли по обе стороны от него.
