Глава 23
Что-то явно происходило. Несмотря на то, что вокруг все шло своим чередом (только что закончился один заезд, и теперь готовился второй), именно здесь, на клочке земли, между психом и этими парнями что-то происходило.
– Тебе здесь не рады, – сказал псих холодно.
Главный придурок продолжал улыбаться.
– Разве не пора зарыть топор войны, Егор? Мы же были друзьями.
– Главное слово – «были».
Таня тихонько стояла позади, надеясь, что ее не заметят, и рассматривала мужчину внимательно. Он явно был старше психа и, судя по самодовольно улыбочке – влиятельнее. Но от психа исходила такая мощная энергия, что он мог бы сейчас убить кого-нибудь только ею. Не используя физической силы.
– Не понимаю, в чем твоя проблема?
– Я не хочу, чтобы ты был здесь, Костян. Ты и твои приятели. Вам здесь не рады.
Костя помотал головой. Таня рассматривала его и пыталась понять, что именно делает его таким угрожающе жутким. Черный как ночь взгляд? Или изогнутые губы, которые как будто не переставали улыбаться, но если приглядеться, то можно было увидеть в этой улыбке животный оскал?
Его большая ладонь опустилась на плечо психа, пальцы крепко сжались.
– Ладно. Ладно, мне не нужны проблемы, если ты настаиваешь – я уйду. Но перед этим… Давай прокатимся? Как в старые добрые?
– У меня уже есть соперник для гонки, – отрезал псих.
Костя шагнул на него и прищурился.
– Но ты же знаешь, что никто не сравнится со мной? – Тане стало не по себе. Настолько не по себе, что ей захотелось уехать отсюда нахрен и забрать психа с собой. Тем временем, Костя снова отступил на шаг и улыбнулся. – Ты пока подумай, а мы с парнями выпьем немного безалкогольного… Мы ведь не хотим попасть в аварию?
Резко псих дернулся и схватил мужчину за воротник куртки. Вокруг них сразу образовалась толпа людей, растаскивающая их, чтобы эта небольшая заварушка не превратилась в драку. Таня вцепилась психу в руку.
Тот застыл на месте.
Костю, казалось, ситуация только забавляла.
Он смотрел на психа с вызовом и самодовольством таким едким, от которого несло, как от помойки, за версту.
Таня сглотнула.
Это был не страх внутри нее, нет. Непонимание происходящего. Вопросы роем полыхали внутри ее головы, и она в очередной раз пожалела, что не задала их вчера, позавчера или неделю назад.
– Встретимся на старте, – прошипел псих, и Костя, сияя самодовольством, растворился в толпе вместе со своими шестерками.
Таня выдохнула, оглядываясь. Всем как будто стало резко плевать на гонку, на вечеринку, на то, насколько крутым и организованным было это событие. Они хотели мяса. Как падальщики собрались на звуки борьбы и теперь разочарованно расходились, жалея, что не увидели ничего интересного.
– Ты поедешь с ним? – спросила Таня, когда псих повернулся к ней.
– Да.
– Ладно.
Псих вздохнул.
– Таня, я уже сказал – если ты попросишь, то я не поеду. Если ты попросишь, то мы вообще уйдем отсюда, я сделаю все, что ты захочешь.
Таня кивнула.
Наверное, в другой ситуации, на душе у нее расцвели бы какие-нибудь цветочки нежно-голубого цвета от его слов, но сейчас она не чувствовала ничего, кроме тревоги и непонимания.
Но также она знала, что психу бросили вызов. Вызов на глазах у толпы, и если он хотел, если ему было нужно это… Как Таня могла запретить ему?
– Езжай.
Псих явно был удивлен.
– Что?
– Езжай. Надери ему задницу.
Губы прижались к ее губам – резко, жадно, очень по-собственнически. Таня охнула и приоткрыла рот, впуская язык. Но через секунду поцелуй был прерван, хотя ладони психа остались на ее лице.
– Ты самое лучшее, что со мной происходило, Таня.
– Да, действительно, я ведь отправляю тебя на смерть.
– Ты от меня так легко не отделаешься.
Он улыбнулся, а потом ушел в сторону организаторов, оставив Тиму и Ромычу указания насчет того, как и какими напитками им лучше напоить Таню и Полли.
Полли от этого пришла в восторг, а Таня…
Ей было не до напитков.
Она следила за тем, как псих уходит, и не понимала, от чего ей так тяжело на душе. Взгляд ее сам по себе потянулся к Косте и его компании. Они стояли у красной спортивной машины в стороне ото всех и над чем-то громко смеялись. Таня думала, что псих сам по себе – настоящая гора, которую ничем не сломить, но как только Костя бросил ему вызов, того как будто подменили.
Таня видела их второй раз в жизни, и второй раз в жизни видела, как псих выходит из себя. Что-то по-настоящему страшное произошло между ними. Что-то, от чего у психа сносило крышу…
Она прокрутила в голове их диалог, разобрала его на цитаты. Он длился всего минуту, и только один раз псих потерял контроль. Когда Костя сказал про алкоголь и аварию.
Они были друзьями.
А потом произошла авария, из-за которой они теперь враги. Почему? Что именно случилось?
Таня вспоминала. Она копалась в памяти, как на пыльных полках библиотеки, искала слова, фразы, обрывки их с психом разговоров. Она знала, что где-то прячется ответ, нужно только найти его, он зарыт где-то глубоко внутри, нужно просто постараться.
Таня прикрыла глаза.
Отмотала назад, почти в самое начало, в те дни, когда они с психом еще не переносили друг друга на дух, но между ними уже искрило не по-детски.
И нашла это.
Ужин. Телевизор. Сопящий на коврике Джек. Пиво. Охотничьи колбаски. Их диалог.
«– Она ужасно со мной поступила. Я бы даже сказал… Она предала меня.
– Что она сделала?
– Она умерла.
– В смысле… Для тебя или буквально?
– Буквально».
Таня медленно выдохнула из легких весь воздух. Потом повернулась к Тиму, чувствуя, как разгоняется сердце в груди.
– Именно так она погибла, правда? – спросила она, прищурившись. Тим не сразу ее понял. Таня добавила: – Бывшая девушка Егора.
Взгляд Тима прояснился, а губы округлились.
