Барнабо и попросить о встрече с Мастером, но вряд ли эта сволота согласится со мной встретиться – он ведь смотрит на меня как на биоробота, на жалкую поделку, которая теперь, когда Алекто Фра-де-Леоне мертв, выполнила предназначенную ей роль в интригах главы Магисториума. А как мне по-другому подобраться к Мастеру, я не знаю. Мастер безукоризненно сыграл свою игру – получил от меня все, что хотел и расправился со мной. Я не раз и не два вспоминал нашу с ним первую встречу в Саграморе и теперь даже не сомневался, что Мастер с самого начала видел во мне соперника и планировал мое уничтожение. А я еще работал на эту скотину! Так что пока ничего путного в голову не приходит, и мне только остается мечтать о том дне, когда Алексей Осташов наконец-то станет самим собой.
Во-вторых, мне надо закончить квест с короной. Пять камней уже на своих местах. Когда я вытащил топаз из оправы и вставил его в корону, остальные камушки хором замигали разноцветными огоньками, точно приветствовали своего вернувшегося в корону собрата. Да и сама корона изменилась. Я заметил, что с нее стала сходить пленка окисления, и металл начал приобретать благородный блеск. И еще – стоило мне теперь поднести к короне перстень Детекции Магии, как кристалл в нем становился густо-зеленым. Магия короны Амендора была определенно благотворной, и Марика мне объяснила, что это за магия.
- Скорее всего, корона с самого начала генерировала магию Жизни, - сказала она, когда я заметил, что корона приобрела ауру. – Вот уж не думала, что когда-нибудь увижу такое!
- О чем ты?
- Еще в Кубикулум Магисториум мне говорили, что магия эльфов всегда враждебна человеку. А уже потом в университете я много раз слышала и читала о конфликтности эльфийской магии. Якобы древние магические искусства Алдера имеют одно важное свойство – для эльфов они всегда благотворны, а вот для людей нет. Даже лечебная магия Интэ-Аэн действует лишь на эльфов и животных, исцелить с ее помощью человека нельзя. Так и с остальными видами магии. Существовал только один вид эльфийской магии, который благотворно действует на все живое – Интэ-Квеаннар, магия Жизни. Некогда с ее помощью эльфы могли управлять, например, ростом растений, превращать бесплодные земли в плодородные и тому подобное. И эта корона, я думаю, является источником именно такой универсальной магии.
- Слушай, ты такая умная! – восхитился я. – Одно удовольствие с тобой поболтать.
- Ах, спасибо! Я, между прочим, бакалавр прикладной магии.
- Ты иронизируешь? Просто чертовски приятно, что тебя любит такая умница и… красавица.
- Ты только сейчас это понял?
- Нет, я давно понял, что ты уникальная девушка, - сказал я совершенно искренне. – И поэтому я все больше и больше хочу вернуть себе свое тело. Только…
- Что «только», зайка?
- Что мы будем делать с Крейгом?
Это был вопрос, на который я сам не мог дать ответа. Чтобы найти бриллиант из короны, мне надо ехать в Лансан и искать помощи у Крейга, а это значит, что мне придется смириться с его ухаживаниями. Или же попытаться найти в Корунне Шарле, прикинуться, что меня послал Алекто и разузнать о камне. Вариант с Шарле меня устраивал гораздо больше, но я опасался, что в Лансане, когда я начну искать камень, Джармен Крейг может создать мне большие проблемы. Мне казалось, что этот темпераментный парнище на почве пламенной любви к Марике может выкинуть любой фортель.
- Я уже говорил вам, дорогой друг, что ничем не могу вам помочь, - сказал мне Консультант, с которым я как-то решил еще раз поговорить о Крейге. – Лучше посоветуйтесь с Марикой, она лучше знает Крейга.
Это был недвусмысленный намек на то, что я должен сам разбираться с Крейгом. Пару раз я попытался заговорить с Марикой о Крейге, но она стала неожиданно немногословна.
- Я не хочу о нем говорить, зайка, - сказала она мне. – И мне неприятно, что ты пытаешься узнать подробности моей прошлой жизни.
- Так это для пользы дела. Или тебе есть что скрывать?
- Мне нечего скрывать и нечего стыдиться. Наши с Джарменом отношения закончились задолго до того, как я повстречала тебя. Но рассказывать своему любимому о прежнем возлюбленном – это дурно.
- Я всего лишь хотел узнать, что он за человек. В Далканде мне казалось, что он просто блаженный какой-то.
- Это почему еще?
- Да он в рот тебе… мне заглядывал, каждое слово ловил. Скажи я ему прыгнуть с башни вниз прямо в гущу зомбаков, он бы прыгнул. По-моему, он слегка ку-ку.
- Тем не менее, ты согласился выйти за него замуж.
- Я согласился? Я что, извращенец? Это был тактический ход, и ты об этом знаешь.
- Но теперь из-за твоих тактических ходов он точно от меня не отстанет. Ты дал ему надежду.
- Он просто идиот. И ведет себя по-идиотски. Обожатель пеханый!
- Осташов, вот то-то я и вижу, что ты никого никогда не любил по-настоящему, - с иронией сказала Марика. – Джармен влюблен, и любовь заставляет его себя так вести.
- Ты как будто его оправдываешь.
- Мы уже говорили на эту тему. Давай не будем к ней возвращаться. Лучше сделай то, о чем я тебя попрошу.
- Что именно, моя сладкая?
- Сходи в салон мадемуазель Ламбар. Я хочу новую прическу.
Вечером второго дня я понял, что вполне восстановился после приключений в Далканде, и мне пора перестать тратить попусту драгоценное время и заняться делом. Поэтому наутро я отправился в Корунну.
Шарле я нашел в одной из аудиторий – она занималась со студентом-первогодком, объясняла ему базовые принципы магической механики. Мой визит ее удивил, а когда я начал плести, что меня прислал Алекто, она тут же спросила:
- А ты кто такая, милочка?
- Я? – Поскольку в голосе Шарле прозвучала ревность, я выдал ревнивице самую чарующую из вампирских улыбок. – Я из агентства магических эскорт-услуг.
- Никогда о нем не слышала. Но вот лицо мне твое знакомо. Мы встречались раньше?
- Возможно. Несколько лет назад я училась в Корунне.
- Вспомнила! – Шарле торжествующе улыбнулась. – Это было месяц назад. Вы с Алекто приходили сюда, он тебя ждал.
- Отлично. Я рада, что ты меня не забыла.
- А почему
