меня на руках:
- Не смей умирать!
На его глазах слезы, и я хочу сказать, чтобы шел к своей невесте и оставил меня в покое, но из груди вырывается только шелест.
Учитель нараспев читает заклинания, а я, обретя в этот предсмертный миг неведомую прежде силу, отчетливо понимаю – не успеет. Жизнь по капле покидает меня.
Торстен старается остановить кровотечение. Я хочу ей сказать, что попытки поделиться жизненной энергией меня не спасут, а вот ее ослабят.
Нортен, Виренна, Айскольд – на их лицах сочувствие, горе, неверие в мою близкую кончину, которая, я уже знаю, неизбежна.
И я закрываю глаза.
Я прекрасно помнила, что умерла, но обнаружила себя летящей по небу на спине Владыки драконов.
- Так люди после смерти превращаются в драконов? – поинтересовалась я с любопытством.
- Если бы это было так, в нашем замке было бы не протолкнуться, - весело ответил летящий по небу ящер.
- Ну не все люди, только самые хорошие, - заупрямилась я.
Расставаться с такой прекрасной теорией мне не хотелось. Как не хотелось – я совершенно отчетливо поняла это – и умирать. Чтобы там не произошло в очередной раз с моим бедным сердцем, жизнь была слишком хороша, чтобы так рано и глупо с ней проститься. Это ж надо додуматься – стучать по лбу злому колдуну, держащему нож у твоего сердца!
Дракон громко рассмеялся в ответ, и я решилась задать давно мучивший меня вопрос. В конце концов, когда я уже умерла, можно не стесняться.
- Вы что, можете читать мысли?
Сложно было сказать по спине, но мне показалось, что король драконов несколько смутился.
- Да, - ответил он после небольшой паузы. – Но не у всех людей.
- Только таких дурочек, как я, - дошло до меня наконец, - вот почему вы велели мне и рассказывать, и просить – чтобы точно знать, что мы не врем.
- Только тех, что чист сердцем, - мягко поправил меня дракон. – Не нужно этого стыдиться.
- Не очень-то мне это помогло в жизни, - проворчала я в ответ.
- Ты бы хотела это исправить? – поинтересовался Владыка.
Мы летели между облаками, и я против воли залюбовалась окружающей красотой. Потом представила – оставить Верена в темнице, чтобы не помешал мне вовремя скрыться из крепости Литорена. Сразу же передать яйцо Учителю, избавив себя от опасностей Чернолесья. Не узнать, что в это время подругу готовятся сжечь там на костре. Не встретить Айскольда, наследного князя, бродяжничающего на Ярмарке, кстати, я так и не знаю причин этого. Не познакомиться с Нортеном и оставить Виренну умирать в застенках мучительной смертью.
Нет, такого будущего для себя я не хотела. Пусть в конечном итоге ценой за все это оказалась моя жизнь, но жить, зная, что ты своими действиями или бездействиями обрек на смерть других людей, пусть даже незнакомых, значит стать таким же холодным и черствым, как Литорен. Не человек, а просто оболочка, зацикленная на власти и могуществе. Пересказывать все это дракону я не стала. Долго, чересчур торжественно, а главное – он и так это уже прочитал в моих мыслях. Поэтому просто сказала:
- Да нет, - и негромко добавила, - но умирать все равно не хочется.
- Так ведь и не нужно, - развернувшись ко мне прямо в полете, ответил улыбающийся Владыка, и я очнулась.
Все тело болело, как будто пригрезившаяся мне борьба с волнами между обломками скал случилась наяву. Я лежала на бортике фонтана перед домом Литорена. Гроза закончилась. Солнце садилось, и земля уже подсохла. В некотором отдалении виднелись фигуры, в которых я опознала Торстен и Нортена, Верена с Виренной и Айскольда с Учителем. Разбившись на пары, они вели серьезные разговоры, судя по общему мрачному виду.
- Хоть бы ковер подложили! – посетовала я вслух.
Сил на более амбициозные поступки, например, встать с нагретого камня, у меня не было. Но и эта фраза произвела оглушительный эффект. Через мгновение все шестеро стояли вокруг меня, одновременно пытаясь проверить мой пульс (Торстен), уровень дара (Учитель), снять с камня (Верен и Нортен), схватить за руку (Виренна) и за ногу, потому что все остальные части тела были уже заняты (Айс).
Все говорили одновременно:
- Ты жива!
- Какое счастье!
- Повреждения минимальные, нужно только отдохнуть!
- Ты нас спасла!
- Поверить не могу!
Я перебила этот хор вопросом:
- А где Литорен? Сбежал?
- Не совсем, - ответил Учитель. Он достал из кармана и протянул мне тот самый стеклянный шарик, который я держала в руках в последний миг перед ударом. Вот только теперь он не был пустым – внутри застыла фигурка рыжебородого толстого мужчины с покрасневшим от гнева лицом. Было трудно представить, что когда-то он вызывал во мне целую бурю чувств, и я молча отдала стекляшку обратно.
- У драконьего волшебства свои законы, - продолжил Алькомит. – Видимо, в вашем случае все три дара должны были действовать по очереди, поэтому шарик сработал не сразу.
- И еще они зависели от наших действий, - продолжил Нортен. Похоже, тему уже успели обсудить, пока я была без сознания, и теперь повторяли выводы.
- Цветок сработал, когда царевич вернулся за нами, - продолжил князь, подтверждая мои догадки. – Веревка – когда Торстен и Алькомит, не жалея себя, пытались спасти Виренну. А шарик – когда ты пожертвовала собой.
Его голос прервался.
- Вот только мы думали, что ты об этом уже не узнаешь, - добавила подруга. – Потому что, уж извини за прямоту, ты была окончательно и бесповоротно мертва!
- Видимо, драконы помогли и с этим, - задумчиво протянула я в ответ. Рассказывать о своем полете, то ли случившимся в действительности где-то за Гранью, то ли пригрезившемся мне, я не собиралась.
- И что теперь с ним будет? - поинтересовалась я у Учителя, имея в виду заключенного в стекле колдуна.
- Пока полежит у меня в хранилище, - шарик перекочевал обратно в карман. - А когда в гости залетит мой друг, передам ему для верности.
Я успокоено кивнула. Драконам виднее, как хранить похитителя их детей, чтобы он ненароком не освободился.
- А мы как дальше?
Мне неимоверно захотелось оказаться в своем небольшом домике. Наконец-то лечь на собственную кровать и проспать несколько дней, пока все события последнего времени не покажутся сказкой, рассказанной на ночь когда-то давно. Вопрос
