Девушка подошла к баку и, прежде чем Тед успел ее остановить, перевернула емкость. Напарники успели заметить два ошалело блеснувших глаза, а в следующий миг кошки на этом месте уже не было.
– Ну вот, – с упреком сказал пилот, – теперь опять ее ловить.
– Зачем? – удивилась Полина. – Мы же все равно ничем не можем ей помочь. Покричит три-четыре дня и успокоится.
– Ей?! Три-четыре? Немедленно отдай мне значок! – потребовал Теодор. – Он на тебя плохо действует.
– Ни за что! – Девушка патетично прижала ладонь к груди, хотя «награда» природозащитников осталась на комбинезоне в каюте. – Моя прелес-с-сть…
Кошка, видя, что общее внимание переключилось на другую самку, оскорбилась, вспрыгнула на стол и возмущенно заорала на изменников. Звук был такой громкий и противный, что Полина немедленно переметнулась на сторону зла и вместе с приятелями принялась крадучись окружать певицу.
– Маша, полный свет! – загрохотало от коридора.
Ослепленная Дикая Охота оцепенела, тщетно пытаясь притвориться голограммой.
Капитан только посмотрел, а нашкодившими котами почувствовали себя все, кроме собственно кошки.
– Станислав Федотович, мы… – робко начала Полина.
– Вижу, – веско проронил капитан, разворачиваясь. – Маша, ночной режим!
– Вот черт… – тихо, обреченно проскулила вновь воцарившаяся темнота, имея в виду то ли ситуацию, то ли нежданного ревизора.
– Хм? – уточнил Станислав.
Темнота стыдливо безмолвствовала.
* * *
Когда капитан, позевывая в ладонь и туда же украдкой усмехаясь, шел обратно в каюту, в коридор выглянул встревоженный Вениамин:
– Что случилось? Что там за вопли?
– Все в порядке, – сонно махнул рукой Станислав. – Это наши олухи кошку гоняют.
– Вдвоем?
– Нет, втроем.
– Значит, и правда порядок, – успокоился Вениамин и спрятался обратно.
* * *
К утру у кошки окончательно перемкнуло и без того ржавые контакты. Она отказалась от еды и даже от попыток украсть ее с чужой тарелки, утратила всю дикость и по пятам ходила за Станиславом Федотовичем, то и дело забегая вперед и с надрывным мурчанием падая под ноги.
– Чего ты ко мне прицепилась, дура? – ругался капитан, нарочно вполсилы на нее наступая. – Задавлю же!
– О-о-о! – блаженно плющилась кошка и смотрела на Станислава влюбленными глазами.
– А к кому ж еще? – ревниво заметила Полина. – Она инстинктивно отдает предпочтение вожаку стаи, который обеспечит ей самое сильное и здоровое потомство.
– С каких это пор коты живут стаями?
– Ну, местной популяции, – поправилась зоолог. – В каждой деревне такой есть – здоровенный, полосатый, одноглазый и весь в шрамах. На него потом половина котят похожа.
– Спасибо на добром слове, – с горечью сказал капитан, в сотый раз спотыкаясь о недвусмысленно выгнутую кошачью спину. Но запереть ее не требовал: тогда жертва гормонов начинала орать так громко и горестно, что Станислав чувствовал себя средневековым князем, сославшим нелюбимую жену в монастырь.
– Если на Самородке будет ветеринарный ларек, купим ей волшебную таблеточку, – пообещала Полина.
– Если его там не будет, я найду в кладовке волшебную веревочку, – проворчал капитан.
– Станислав Федотович, вы же на самом деле никогда так не поступите! – укоризненно возразила девушка. – Иначе приказали бы выкинуть кошку из корабля еще на орбитальной станции.
– Черт! – Капитан с искренней досадой хлопнул себя по лбу. – Из-за заварухи с консервами и грабителями совсем забыл это сделать. Ладно, выкинем на Самородке.
Посрамленная зоолог отступила. Кошка – нет. Она готова была любить Станислава, пока смерть не разлучит их – даже если это произойдет по его вине. Обхватив капитанскую ногу лапками, она с рыданиями поволоклась за ним, умоляя о взаимности.
– Вообще-то коты сопровождали капитанов еще с тех времен, когда на кораблях не было не только атомного реактора, но и парового двигателя. – Вениамин наблюдал за «неравным браком» с умилением человека, наивно уверенного, что уж с ним-то такой казус никогда не случится. – Даже у знаменитого адмирала Алькорра, возглавлявшего первый межзвездный флот, был любимый кот, который приносил ему удачу и считался талисманом команды.
– Вот именно – кот! А не эта нимфоманка. – Станислав раздраженно тряхнул ногой, и кошка ускользила по полу в угол, где принялась с урчанием кататься на спине.
Капитан с облегчением повернулся к голоподставке и вздрогнул: там лежала зеленоглазая черноволосая девица с накладными ушками и в пушистом розовом мини-бикини, повиливая длинным черным хвостом.
– Она просто тоже хочет любви, – проворковала Маша, со значением выделив центральное слово.
Но Станиславу и одной кошки было многовато.
– Это транспортник или космический бордель? – Капитан резко наклонился к подставке и отключил визуализацию, давая понять, что шутки окончены. – И я здесь жрица любви или кто?
– Конечно, транспортник, – смиренно заверил доктор. – И ты, Станислав, никакая не жрица, а заслуженная бордель-маман.
Команда сдавленно захихикала. Капитан хотел цыкнуть и на них, но передумал. Самородок вот-вот должен был появиться на экранах, однако собравшийся в пультогостиной экипаж на сей раз не радовался, предвкушая увольнительную, а, напротив, мрачнел с каждым часом, боясь сглазить. Смех же хоть слегка разрядил обстановку.
– Есть изображение, – наконец сообщила Маша. – Ловите!
Над всеми пультами развернулась одна и та же картинка: висящая в пустоте серовато-синяя глыба неправильной формы, будто вылепленная из пористой глины. Там, где ее боков касались лучи хозяйки-звезды, виднелись оранжевые разводы.
– Ой, а что это за дым? – сразу заметила Полина.
Все дружно уставились в вирт-окна: пожар в вакууме был еще большим бредом, чем под водой. Тем не менее астероид издевательски показывал космолетчикам длинный серый язык.
– Это не дым, – наконец сообразил капитан, успокаиваясь за свой рассудок. – Это пыль. Или даже щебень, с такого расстояния не разобрать.
– Там и обломки покрупнее летают, – нахмурился Теодор. – Странно, это ж вроде легальный промысел.
– Верно. – Почтовый заказ был на совести Вениамина, и ответственный доктор постарался собрать о клиенте как можно больше информации, чтобы не подсунуть другу очередного кота в мешке. – Права на разработку Самородка принадлежат галактической корпорации «Зайцев и Ко», и семнадцать процентов иридия – весомый аргумент, чтобы соблюдать каждую букву договора. Рудокопы должны действовать предельно аккуратно, более того: вначале полагается очистить поверхность астероида, чтобы по космосу не разлетелся тот мусор, который лежал здесь еще до них. Иначе корпорация лишится лицензии.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
