— Жаль, что ты не разговариваешь, — вздохнула Ева и протянула руку. Она не испытывала страха перед этим существом, хотел бы навредить уже не раз бы это сделал. Пальцы прошли фигуру птицы насквозь. — Странное ощущение. Ты похож на голограмму.
— Сама ты голограмма, — прошелестел ветер в голове.
— Ты не можешь разговаривать, у тебя нет тела, — Ева зевнула.
— Если у меня нет тела, это не значит, что я растерял свои способности, — недовольно буркнуло в голове. — Тебя послушать, так и призраки не могут общаться с живыми.
— Призраков не существует.
— А вот это было обидно, между прочим.
— По местной классификации ты таль, существо безмозглое и зависимое, — Ева подняла вверх палец и закрыла глаза. — Приснится же такое…
— Я, между прочим магистр, — возмутился голос. — И то, что я погиб когда в меня вселился сильный таль воздуха не делает меня тупым духом!
Ева приоткрыла глаза, старательно фокусируя взгляд на говорящей птице, но усталость последних суток брала вверх, спать хотелось так, что даже думать было лениво.
— Давай поговорим, когда я буду более адекватна.
— Спи, иномирянка, — фыркнул таль. — Я покараулю.
— С чего такая забота?
— С того, что в этом мире давно нет тех, кто может общаться с духами стихий так запросто как ты…
Он еще что-то бубнил, но она уже спала…
Когда через полтора часа ее разбудила Лю, Ева решила, то все ей приснилось. Ну, ведь действительно, глупый какой-то разговор.
Бурхун пробил дно шлюпки, отпустил пиратов, но руки развязывать им не стал, а вот барона Катара Ева решила забрать с собой. Предателю не место на свободе, но и убивать его рано. Ценный кадр — хороший козырь в переговорах с королем или главой ордена.
— Вы поступаете недальновидно, шата Ева, — пытался возмущаться пленный. — Я подданный другого государства у меня дипломатическая неприкосновенность. Ваш дядя не одобрит…
Он еще что-то говорил, даже угрожать пытался, но Бурхун ловко засунул в рот «дипломату» тряпку и, связав впереди руки, закинул на лошадь.
— Маркизу Йерку расскажешь, за сколько предал командора, — холодно бросила Ева и больше не обращала на барона внимания.
Первую половину пути они ехали быстро, останавливаясь лишь для того чтобы размять ноги и дать короткий отдых лошадям. Бурхун хотел как можно быстрее убрать от берега и Ева с ним не спорила, хотя и мечтала о мягкой постели и горячей ванне, да она была согласна и на тюфяк набитый свежим сеном и тазик с теплой водой. Главное — крыша над головой, крепкие стены и твердо стоящая на полу кровать.
Дорога нырнула в небольшое ущелье и впереди показалось село, частично упрятанное в горы. Большинство зданий было встроено в поросшие кустарником скалы, из-за чего казалось, что на село сошла зеленая лавина наполовину утопив дома. Ева любовалась открывшейся картиной и не заметила как к ехавшему впереди Бурхуну подбежал мальчишка. Наемник остановил лошадь и склонился к чумазому белобрысому пацану.
— Тата велел передать, что за деревней вас ждут чужие люди. Лук только у одного, остальные с мечами. Заклинателя нет, но у главного видели амулет на шее.
Сверкнула на солнце монетка, мальчишка ловко ее поймал и исчез в кустах.
— Другой дороги нет, — обернулся к Еве Бурхун. — Можем остановиться в деревне и ждать проходящий обоз, но это затянется на несколько дней, а можно рискнуть.
— А ты как считаешь? — Ева всегда предпочитала доверять профессионалам, особенно в делах в которых сама не разбиралась.
— Я бы рискнул. Но вы с Лю останетесь в селе, когда все закончится я пришлю гонца.
— А ты уверен, что здесь я буду в большей безопасности, чем за твоей спиной?
Наемник на мгновение задумался, потом кивнул и начал раздеваться. Ева оторопело смотрела, как с могучих плеч сползает кожаная безрукавка, потом настала очередь рубахи… Она хотела уже задать вопрос, что за стриптиз устроил воин, но Бурхун наконец добрался до тонкой, похожей на чешую рыбы, кольчуги.
— Надевайте, — он стащил ее через голову и подал Еве. — Она не рассчитана на женское плечи, но уж потерпите. А вернемся в крепость, нужно будет озаботиться защитой под ваш размер.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да зачем она мне? Я не собираюсь воевать.
Ева ухватила протянутую кольчугу и охнула. Весила она килограмм пять, не меньше.
— Мне так будет спокойнее.
Бурхун начал одеваться, а к Еве подошла Лю, она помогла ей надеть кольчугу, которая оказалась не только тяжелая, но еще и длинная. Сидеть на лошади сразу же стало неудобно, но Ева понимала, что возмущаться и спорить сейчас не стоит, поэтому поблагодарила наемника кивком и со вздохом взялась за поводья.
Отряд, ощерившись мечами и арбалетами въехал в деревню. Ева крутила головой, ей было интересно поглядеть на местных жителей, но селенье словно вымерло, только шуршали флюгера на крышах, да бродили вдоль дороги козы и худые, пятнистые свиньи.
Так и проехали через село в полной тишине, хотя любопытные взгляды Ева ощущала спиной и пару раз замечала, как мелькали за заборами темные от загара лица. За деревней Бурхун взмахом руки отправил вперед пятерку воинов, а девушкам велел встать в середину строя.
— Там всего одно место удобное для засады, — тихо сказала Лю, внимательно осматриваясь по сторонам. — В бой не лезем, парни нас прикроют.
Герцогиня кивнула. Напряжение росло и она впервые в этом мире ощутила настоящую тревогу. Уже и селение скрылось за поворотом, и опасное место оказалось позади, а никто на них не нападал и Ева решила, что пронесло, как на дорогу вышли трое. Заржали лошади, кто-то свистнул, Бурхун поднял руку и отряд остановился.
Вперед выступил вооруженный двумя короткими мечами мужик цыганистой наружности в стеганой безрукавке поверх черной рубахи, на голове красовалась красная косынка, в ухе свисала длинная серьга.
— Мне нужен барон и ваши деньги, — оскалился он. — Драться с тобой нам нет резона, командир. Наемникам делить нечего, отдай барона и золото и проезжайте.
Бурхун заковыристо и длинно выругался.
— Кто тебе платит, Шалый?
— Тебе какое дело, — сплюнул на землю «цыган».
— Так может моя хозяйка заплатит больше?
— С каких пор ты стал служить бабе? — хрипло рассмеялся Шалый. — Хотя, это же не баба, это целая герцогиня. Ваша светлость! — он попробовал придать своей роже максимально приветливое выражение, что смотрелось диковато. — Верните барона и можете ехать дальше. За вас нам не платят.
— Живым или мертвым? — поинтересовалась Ева, чувствуя, как в душе поднимается гнев, а кольчуга становится еще тяжелее. Левое плечо закололо сотней иголок и она, повернув голову, увидела знакомого таля, нагло примостившегося возле уха. — Ты? — выдохнула возмущенно и безрезультатно попыталсь сбросить невесомую, но колючую птичку с плеча.
— В кустах еще семеро, сейчас нападут. Этот вам, идиотам, зубы заговаривает, пока остальной отряд берет в клещи.
— С чего ты нам помогаешь? — спросила подозрительно.
— Не вам, а тебя, — проворчало в голове недовольно. — Ты мне еще должна кое-что, не забыла?
— Бурхун! — крикнула Ева, — Это ловушка!
— Взять! — одновременно с ней рявкнул Шалый, заменив почти приветливую улыбку на злорадную гримасу он замахнулся на лошадь мечом. — Шату не раньте, остальных можно прибить!
Вокруг Евы тут же встали пятеро наемников. Лю окинула их снисходительным взглядом, а потом кивком предложила Еве спешиться и укрыться за стволом одинокой ели. Противный таль опять стал невидим, но Ева ощущала холод на плече и подозревала, что он все еще здесь.
Лю тронула ее за руку и указала на пленного барона. Катар что-то мычал победное и махал связанными руками, но воин, который вел в поводу его лошадь, уже спешился и вступил в бой сразу с двумя противниками. Просвистела стрела, барон, еще не веря, что это не случайно, попробовал выдернуть ее из плеча, но вторая стрела пронзила его горло. Он удивленно посмотрел на Еву и свалился с лошади.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Все же он им был нужен мертвым, — спокойно сообщила Лю.
