— Нет. Неужели ты думаешь, что я желал смерти моему брату? И уж тем более я не хотел навредить Тай. Всё что произошло — случайность.
Оборотень отпил глоток пива, которое оказалось неплохим. Всё-таки Каррена здесь знали и уважали.
— Я не хочу, чтобы мы стали с тобой врагами, Каррен, — тихо произнёс Маэр, глядя оборотню в глаза.
— Мы ими станем, если ты ещё раз обидишь её, — поставив кружку обратно на стол и развалившись на стуле, с наигранной ленцой в голосе произнёс Каррен. — Ты же знаешь, я эмпат. Когда-то Тай испытывала к тебе сильные чувства, не смей их опять разбудить.
Последние слова прозвучали с угрожающими интонациями в голосе оборотня. Маэр усмехнулся.
— Ты забыл, я женат.
— На нелюбимой эльфийке, с которой, как я наслышан, ты почти не живёшь.
— Ты на удивление хорошо осведомлён о моей личной жизни.
— А то, — хитро улыбнулся оборотень и тут же стал предельно серьёзен. — Ты знаешь, что твой брат пытался убить Тай?
"Не знал" — констатировал про себя оборотень, видя, как Маэриэль весь напрягся и подался вперёд. В глазах его мелькнуло удивление с примесью ярости.
— Так я с нею и познакомился. Практически вытащил её с Изнанки мира. Хотя, думаю в этом не только моя заслуга. С такими ранами, какая была у неё, не живут.
— Я не знал этого, — голос Маэра звучал глухо. — Я слышал, что она помогла Торну в Золотом лесу уничтожить демона.
— Хм, а я не знал об этом.
— Всё, что там произошло, покрыто завесой тайны. Торн упорно молчит. Но после возвращения из Золотого леса он сильно изменился. Он охладел к государственным делам и думал только о ней.
— И ты решил лишить его памяти? Это что ревность?
— Нет, просьба родителей, — Маэр и бровью не повёл на провокационное предположение Каррена. — Они давно отошли от всех дел, связанных с управлением Лесом и наслаждались спокойной жизнью. А тут с Тоном происходит что-то странное, до этого он никогда не поддавался чувствам.
— А он их вообще когда-нибудь испытывал? — усмехнулся оборотень.
— Ты сам-то, что в ней нашёл? — перешёл в наступление эльф.
— Я ещё никогда не встречал настолько чистого помыслами человека, — загадочно ответил оборотень.
— Она лишь наполовину человек.
— И такую искреннюю эльфийку, если уж на то пошло. Она так легко стала мне другом, словно мы знали друг друга всю жизнь. А ведь ты знаешь, как я недоверчив в выборе друзей.
Эльф молчал, его взгляд стал задумчив.
— Учти, я буду оберегать её от тебя, лучше держись подальше. Хватит с неё и того, что было, — на губах оборотня играла улыбка, а в глазах читалась угроза.
— Тогда, может, заодно и меня от неё будешь защищать? — горько усмехнулся эльф.
— Ты сам виноват, в том, что вы не вместе. Ты навсегда потерял её, Маэриэль. Смирись!
Эльфу показалось или в тоне, каким Каррен произнёс последние слова, мелькнула жалость.
Провожали их из Академии с таким видом, словно они ехали на верную смерть. Нежить из Заветного леса потихоньку распространялась по Империи. В ловчие отряды магов уже брали даже адептов-старшекурсников, так как ощущалась нехватка "специалистов" по уничтожению тварей. То из одной части Империи, то из другой приходили известия о стаях норлоков и гарши, держащих в страхе местное население. Слава Дракону ничего крупнее пока из Заветного леса не появлялось. Всем было понятно, что, прежде всего, необходимо уничтожить саму причину происходящего. Но пока архимаги лишь раскачивались, собирая "экспедицию" в Заветный лес.
Немало тварей было и в Срединном лесу, через который проходила основная часть пути Тай и её спутников. Впрочем, из них тоже получился неплохой ловчий отряд. Два сильных мага, два мечника и травница — целительница, тоже не лыком шитая и могущая дать достойный отпор любому врагу. Манниган снабдил их большим количеством амулетов на все случаи жизни.
Они ехали тем же маршрутом, что и шесть лет назад. Путешествие протекало на редкость в миролюбивой и тёплой обстановке. Тай с удивлением заметила, что Каррен и Маэр общаются между собой как старые друзья. Нинэль держала себя в руках и не шарахалась при приближении к ней оборотня, но всё же предпочитала держаться от него подальше. "Доверяй, но проверяй!" — увидев осуждение в глазах подруг, сказала травница. И всё бы ничего, если бы шутник Каррен сам не лез на рожон. Он видел, что девушка опасается его и нарочно запугивал её ещё больше.
Чем глубже они въезжали в Срединный лес, тем тревожнее становилось. Несколько раз Тай сворачивала с прямого пути, и им приходилось делать довольно большой крюк, чтобы избежать явной опасности. По мере продвижения им всё чаще стали попадаться обезлюдившие деревушки. Жители маленьких поселений спешили перебраться в более крупные, или в города, где обязательно имелись свои маги, худо-бедно могущие защитить от опасности, либо послать сообщение о нападении тварей Заветного леса по телепочте. В крайнем случае, во всех городах были военные гарнизоны, а против нежити, как известно, несколько пядей стали не менее эффективны, чем заклинания.
Однажды путешественники остановились ночевать в почти обезлюдевшей деревушке. Дома были закрыты на замки, но это не стало препятствием для мародёров. Обстановка напоминала военное положение. Впрочем, в некоторых избах горел свет. Постучавшись в одну такую, они обнаружили за дверью шамкающую старушку, с удовольствием впустившую их на ночлег. Однако, решено было спать на ближайшем сеновале. Коней на водопой повели Каррен, Маэр и Тай. Дриада и травница пообещали приготовить вкусный ужин. Оборотень недоверчиво поглядел на Амаргу и с надеждой на Нинэль. Он и сам умел хорошо готовить, вот только не хотел отпускать Тай наедине с Маэром. Несмотря на то, что оборотень с эльфом общался довольно дружелюбно, Тай постоянно чувствовала, как он настораживается, стоит Маэриэлю поближе подойти к ней, и, уж тем более, с нею заговорить.
После жаркого дня речная вода была тёплой как парное молоко. Искупав лошадей, Маэр и Каррен решили освежиться сами. Тай оставила их, вернувшись в деревушку. Сумерки медленно начинали сгущаться. Установилось полное безветрие, и тёплый воздух казался густым. Девчонки не обманули ожидания оборотня, их стряпня стараниями Нинэль была вкусной, а благодаря Амарге пересоленной.
— Влюбилась, — констатировала Тай. От её слов дриада залилась краской смущения.
— Нашла время, теперь всю ночь от сушняка мучится, — не удержалась от ворчания Нинэль. По глазам оборотня, ничего не сказавшего вслух, было видно, что он полностью согласен с травницей.
Зарывшись в остатки прошлогоднего сена Тай быстро задремала. Рядом посапывала Нинэль. Ближе к выходу с сеновала спали эльф и оборотень. Обидевшаяся Амарга лежала немного от всех в стороне. Тишина наступившей ночи нарушалась лишь приятным стрекотом кузнечиков. Но уснуть Таине всё-таки не удалось. Тревога, как последнее время случалось всё чаще и чаще, охватила её внезапно. Она подскочила и бросилась к выходу с сеновала. И тут её кто-то схватил за ногу и дёрнул назад. Благословенно сено, в которое упала лицом Тай, иначе девушка бы не досчиталась зубов. Она обернулась, одновременно попытавшись лягнуть того, кто по-прежнему цепко удерживал её.
