Тамсин подалась вперед.
– Эта линия едва различима, к тому же прерывается. Я думала, она ничего не значит.
– Она незаметна и разорвана, потому что ты отрекаешься от своего собственного сердца, – пояснила Нона. – Ты настаиваешь на том, что никто не хочет тебя. Но ты должна найти мужчину, который выбран для тебя судьбой, который станет твоей любовью. Твоему сердцу нужно, чтобы ты нашла его.
– Выбран судьбой?
Ошеломленная, Тамсин смотрела на бабушку. Она часто разглядывала свою ладонь, но никогда не замечала этой линии, линии родственной души. Может быть, она действительно сама отказывается от своего счастья, как сказала бабушка?
– Предназначен тебе судьбой еще до твоего рождения, – добавила Нона. – Это ясно видно вот тут, на твоей ладони.
Предназначен судьбой. Эти слова не выходили у нее из головы. Девушка сжала левую руку в кулак, подумав о крошечном порезе на запястье, и еще раз спросила себя, значит ли эта уже зажившая ранка что-нибудь в ее жизни?
– Удача может появляться и исчезать вместе с выбором, который мы делаем, – снова заговорила Нона. – У тебя любящее сердце. Я видела твое замужество и много счастья. Но только если ты сделаешь правильный выбор.
– Баптист, – подсказал Джон Фо.
– Красивый шотландец, – Нона сурово сдвинула брови, повернувшись к мужу.
– Прекратите! – затрясла головой Тамсин.
– Посмотри на другую руку, – предложила Нона. Она взяла руку девушки в свою. Тамсин молниеносным движением накрыла запястье левой руки другой рукой. Нона постучала пальцем по левой ладони внучки. – Вот, смотри…
Тамсин, Нона и Джон Фо одновременно склонились над ладонью девушки, едва не стукнувшись головами.
– Правая ладонь всегда отличается от левой, – объяснила Нона. – Левая показывает качества и возможности, данные тебе при рождении, а правая – перемены, которые произошли в результате твоих поступков. Смотри! – велела она, постукивая пальцем по коже. Тамсин послушно уставилась на свою ладонь. Параллельно линии жизни шла прямая глубокая линия. – Эта линия гораздо сильнее здесь, на левой ладони. Сама судьба приготовила для тебя глубокую долгую любовь. – Цыганка улыбнулась. – Но когда любовь появится в твоей жизни, ты должна будешь рискнуть, делая выбор. – Она пожала плечами. – Иначе у тебя не будет ничего.
Джон Фо взял ладонь Тамсин в свои руки и поднес поближе к себе. Это движение открыло порез на запястье.
– Что это? – спросил дед.
– Знак свадебного обета! – вскрикнула Нона.
– Я… я… – запинаясь, бормотала девушка. – Это был несчастный случай…
– Но у красивого шотландца есть такой же знак. Я видела отметку на его руке прошлой ночью, когда врачевала его рану! – всплеснула руками старая цыганка. – Муж, я говорила тебе! Они с красавцем риа обменялась клятвами!
– Почему ты не сказала нам? – потребовал ответа дед. – Это даже не помолвка, это женитьба! Ты обещала себя этому мужчине и не сказала нам ни слова!
Тамсин тяжело вздохнула. Пришлось объяснить старикам как можно проще, что произошло между ней и Уильямом Скоттом в темнице Масгрейва, а также и то, почему она держала это в тайне.
– Судьба решила все за тебя! – снова вскрикнула Нона. – Ты думала, он не захочет тебя? Думала, мы не дадим своего согласия? – Нона ухмыльнулась. – Мы даем его!
– Если ты хочешь, чтобы он стал твоим мужем, мы согласны, – подтвердил Джон Фо.
– Но наш союз был случайностью! Мы не думали, что так произойдет. Я не была уверена, что это может что-то значить.
– Может, – сказал цыган. – Если ты не признаешь эту случайность настоящей женитьбой, ты причинишь себе много горя. И ему тоже, и всей семье. Всех будут преследовать неудачи. Ты должна будешь разорвать брачные узы, причем так, как это принято у цыган, и развестись с ним, если тебе не нравится этот мужчина.
– Но мы не собирались жениться, – оправдывалась Тамсин.
– Вы оказались женаты по воле рока, – сказал Джон Фо. – Такой знак судьбы нельзя игнорировать, не то вся наша удача обратится бедами и несчастьями.
– Твой дед прав. Судьба выбрала тебе мужа, – поддержала его Нона. – И на ладони риа есть знак двойного сердца. Я видела его! Какой радостный день, сегодня у нас женятся две пары! – Нона огляделась кругом. – Где мой новоиспеченный внук? Дайте мне обнять его!
– Нет! – Тамсин вцепилась в Нону, которая уже готова была заключить шотландца в объятия. – Пожалуйста, не надо! Он не знает! Вы не можете сказать ему об этом сейчас!
– Он что, спал? Или был пьян? Как это он не знает?
– Нет, он не спал и был трезв, как младенец. Просто он не понимает, какое значение имеет этот порез, – объяснила Тамсин. – Он ведь не цыган, в конце концов!
– Тогда мы расскажем ему! – Нона повернулась. – Риа – позвала она.
– Нет! – закричала Тамсин. – Ты не должна! Обещай мне, что не скажешь ему!
Она была уверена, что Уильям Скотт не придаст значения порезу от случайно соскользнувшего лезвия кинжала. Он лишь посмеется над всем этим. А ее дед с бабкой так обрадовались этой случайной женитьбе! Они считают, что это чудо. Сама судьба распорядилась жизнью их внучки!
Девушка подняла голову и увидела того, о ком только что думала. Уильям приближался к их кибитке. Он шел своим обычным широким, уверенным шагом. На нем были надеты его шлем и доспехи, его лошадь стояла оседланная на краю лагеря. Сердце Тамсин заныло в груди, стоило ей только взглянуть на Уильяма. Она решительно отвернулась.
– Обещайте мне, что не будете пока ничего говорить ему, – попросила она своих бабку и деда. – Лучше я сама все ему объясню.
– Мне кажется, она слишком нерешительная, – проворчал Джон Фо. – Если думаешь, что это ошибка, разведись с этим мужчиной, как положено. А потом выходи за Баптиста, который хочет взять тебя в жены.
– Ее хочет риа, – настаивала Нона. – Нужно быть старым дураком, чтобы не замечать этого! Иди и объясни ему, – повернулась Нона к Тамсин.
Но девушке не пришлось никуда идти, потому что в этот момент Уильям сам подошел к ним и, глядя на Тамсин своими пронзительно-голубыми глазами, спросил:
– Ты готова выехать, Тамсин Армстронг?
Ей хотелось верить ему, когда он смотрел вот так, с нежностью и терпением.
– Выехать? – не понял Джон Фо. – Ты хочешь забрать ее в свой каменный дом?
– Да, – ответил Уильям. – Однажды она дала свое согласие. Тамсин, ты сказала им о нашем договоре? Об обещании?
– Об обещании? – Она растерянно уставилась на него, понимая, как двусмысленно это звучит для ее родных.
Она не рассказала старикам о том соглашении, по которому она должна была оставаться заложницей в его замке на протяжении двух недель, о единственном соглашении, которое действительно имело место. Она умолчала об этом договоре по той простой причине, что им было бы трудно понять, как может девушка оставаться в доме мужчины, не будучи за ним замужем. Теперь она начинала жалеть об этом.
