подругу, которая стояла обняв себя за плечи, словно ей было холодно. На ней конечно нет плаща, но сомнительно, что она и впрямь замёрзла. «Телогрейка» требует совсем небольших затрат маны, и полностью снимает проблему холода. Так что причина тут явно в другом. И я кажется догадываюсь в чём.
Отчего-то появилось желание оттянуть момент встречи и я осмотрелся вокруг. После нападения виверн прошло всего-то десять дней, но следов недавнего боя не осталось. Село снова чинное и пригожее, дома выбелены, ни одного тёмного пятнышка. Хотя я помню, что едва ли не половина из них была закопчена, а вторая в грязевых разводах.
Земельник он ведь не только с землёй и растениями умеет управляться, но и с пожаром справится, по принципу порошкового огнетушителя. Водой этот напалм животного происхождения не больно-то и потушишь. А там и с ремонтом Нефёдов помог. Хозяин, и этим всё сказано.
Ладно, сколько не тяни кота за подробности, а от разговора всё одно никуда не деться. Ну или плюнуть и не встречаться больше. Вот только это не входит ни в мои планы, ни в планы Нефёдовых.
— Здравствуй, Лена, — наконец подошёл я к крыльцу.
— Здравствуй, Никита. Как поездка в столицу? Оформил перевод?
— Столица, как столица, многолюдная и суетная. Документы сдал, меня ещё и осмотрели со всех сторон, разве только не препарировали. Пригрозили и потребовали впредь не скрывать свои возможности.
— Насчёт способности спрашивали? — делая приглашающий жест, и входя в дом, спросила она.
— Спрашивали конечно, но я их послал лесом. Хватит и того, что меня силком утащили в столицу, да взялись устраивать мою жизнь.
— И тебя это устраивает? — наблюдая за тем, как я стягиваю сапоги, спросила она.
— Не устраивает. Но и поделать я пока ничего не могу. Возможно позже, но это не точно. У тебя тут как, все ингредиенты переработала?
— Да, я закончила. К походу всё готово. Мне только в броню переодеться.
— Тогда не вижу причин задерживаться. Мне сегодня ещё и на балу в доме боярина Гагина быть нужно.
— Началось? — понимающе улыбнулась она.
Вот только улыбка эта вышла какой-то вымученной. Ну так и есть, она влюблена в меня, и не знает как быть. Увы, но и у меня ответа нет. Обнадёживать же её не хочу. Не факт, что у меня получится вывернуться из цепких лапок родовитой знати. А раз так, то и подавать ложные надежды не стоит.
Нет, если бы я сам в неё влюбился, то мне было бы наплевать на всех и вся. И на её родителей в том числе. Не казнят же их в самом-то деле. Но в том-то и дело, что она мне вроде как нравится, и постоять я за неё готов, но так чтобы сердце ёкало или там холодок под ложечкой, этого нет.
— Ну, ты ведь знаешь, я желанный трофей. Так что, теперь приглашения на балы посыплются как из рога изобилия, — развёл я руками.
— Это точно. Ладно обожди пока, а я пойду собираться.
— О! Никита Григорьевич, здравствуйте, — появился в гостиной глава семьи.
— Здравствуйте Владимир Сергеевич.
— Я гляжу вы уже в полном облачении и готовы к походу.
— Не вижу смысла тянуть. Если повезёт то к вечеру вернёмся с трофеями.
— Знаете, я всё же как-то сомневаюсь, стоит ли вам вдвоём отправляться в пятно.
Вроде и опасается отпускать дочь в дикие земли и в то же время по рукам не вяжет. Не принято здесь так-то уж сильно ограждать чад от опасностей этого мира. Вот так проявишь чрезмерную заботу, а после случится беда и дитятко не сумеет постоять за себя. И в этом мире это скорее не вопрос если случится, а когда случится.
— Понимаю ваши сомнения, — кивнул я. — Но мы прыгнем не так далеко отсюда, карта Зои Павловны с лёгкостью добьёт до Нефёдовского. Так что, в случае опасности Елена Владимировна с лёгкостью окажется дома, а я последую за ней. Уверяю вас, отсутствие артели не столько делает нас слабее, сколько подвижней. Уйти от тварей когда никто не виснет на ногах возможно даже если драка уже началась.
— Так-то оно так, но я всё же волнуюсь за дочь…
Мы проговорили всё время, пока Лена собиралась. Ещё и Зоя Павловна присоединилась, так что мне пришлось несладко в беседе с обеспокоенными родителями. А ещё, мне дали понять, что в общем и целом они не против навлечь на себя немилость царя батюшки.
Напрямую они этого не говорили, но пару раз проскальзывало, что, мол, они жители границы и дальше сослать уже не получится, а хуже не будет, если только они не совершат преступление. Да и власть государя не абсолютна, князья да бояре не позволят ему уж больно-то лютовать. Потому как если попустят по беззаконью съесть простого дворянина, завтра аппетиты могут увеличиться и он станет заглядываться и на кого более знатного.
Нормально поговорили. Дебилом нужно быть, чтобы не понять, к чему они завели этот разговор. А я, смею надеяться, всё же не дурак. Но в отличии от них имею более трезвый взгляд на сложившиеся обстоятельства и не вижу способа переломить ситуацию в свою пользу. Это конечно не значит, что я смерюсь с этим, но пока вынужден придерживаться существующих правил.
Просто они упускают одну немаловажную деталь. Я не житель границы, и не имею соответствующих льгот. За Леной не дают приданного в виде деревеньки, и помещиком пограничья я после женитьбы не стану. Так что после университета обязан буду отправиться на государственную службу. А ослушаюсь воли царя, то сослать меня с супругой могут хоть за Урал.
Вскоре в гостиную пришла Лена облачённая в доспехи, полностью экипированная и при оружии. На крыльце нас ожидали два объёмных ранца из прочной кожи ящеров. Внутри немного продовольствия, только чтобы в течении дня не проголодаться, да стеклянные контейнеры. Между прочим, тяжёлые сами по себе, но с пластиком в этом мире как-то не задалось. Керамика, несмотря на руны, для длительного хранения ингредиентов не годится, в то время как стекло полностью инертно.
— Готова? — глянув на подругу, спросил я.
— Готова, — решительно тряхнула она головой укрытой остроконечным шлемом.
На пороге дома стояла чета Нефёдовых. Зоя Павловна осенила нас крестом, я улыбнулся и помахав им рукой, закрыл глаза, представляя себе место, куда следовало переместиться. Наконец
