— Что… это было? — она с трудом дышала, слова ее были едва слышны. Кровь стекала вниз по груди и спине тонкими багровыми реками. Ее аура вновь стала синей, но этот цвет таял, остальные вовсе исчезли. Из нее уходила энергия.
— Ведьмы нашли нас, — нельзя было списывать со счетов их способность выслеживать их, как люди. И нельзя было целовать Мэри Энн. Глубоко внутри он прекрасно понимал все риски, но позволил своей нужде в ней взять верх над собой.
Это все из-за него.
Он не мог обернуться и помчаться за сучками-ведьмами, потому что тогда бы пришлось бросить Мэри Энн в таком состоянии. И черт подери! Она должна была быть защищена от телесных ранений. Должна была уже начать исцеляться.
Он нанес ей защитные символы специально для этого несколько недель назад. Кол, пуля, стрела — неважно. Она. Должна. Была. Исцелиться. Но ведьма видела ее спину, защитный символ на ней, и целилась намеренно в единственное место, которое не позволило бы Мэри Энн исцелиться сверхъестественным путем, — в самый центр символа, нарушив рисунок и разрушив полностью заклятье, вписанное чернилами.
В этот момент Мэри Энн была так же уязвима, как любой другой человек. Если только не…
— Покормись мной, — сказал он, вместе с тем продумывая пути отступления. Он уже обходил дом и запомнил все выходы, но не знал, окружили ли их ведьмы. Если да, то как только он вынесет Мэри Энн за порог, они вновь начнут стрелять.
— Нет, — прохрипела она.
— Да. Ты должна. Тебе это нужно, — если она покормится им, то станет сильнее. Он ослабнет, да, но она сможет избавиться от ведьм так, как он не мог. Со всеми сразу, не по одной. Кроме того, это было бы хорошим ответом. Ведь именно из-за ее способности опустошать враги решили проделать в ней дырки. — Покормись мной и убей их всех.
— Нет, — повторила она, вся степень ее упрямства стала очевидной, как никогда.
— Если ты этого не сделаешь, они убьют тебя.
— Нет.
Отказавшись спорить, Райли разделся до конца и обернулся волком, его кости перестроились, шерсть вылезла из пор. Это все для него было так привычно, скорее как потянуться с утра, чем в самом деле стать чем-то новым.
Он прикусил зубами руку Мэри Энн, так осторожно, как только мог, — то есть не очень, и заставил ее вскарабкаться ему на спину.
Еще одна стрела пролетела над головой, едва ее не задев.
«Держись крепче», — мысленно передал он ей команду и помчался прочь из гостиной.
— О…кей, — ответила она, ее зубы стучали.
Тупой идиотский дурак. Ее нужно было одеть, чтобы хоть немного согреть, но он не мог натянуть рубашку поверх раны и не мог нести ткань в пасти. Сейчас зубы были его единственным оружием.
Вот когда бы Такер реально пригодился. Он никогда не думал, что подобное может прийти ему в голову. Но иллюзия могла оказаться хорошим подспорьем.
Не имея иного выбора, Райли выбежал через заднюю дверь, снеся напрочь эту пустую фанеру. С крыльца он понесся зигзагом, чтобы в них сложнее было попасть, и правильно сделал. Стрелы посыпались дождем.
Сколько ведьм там было? Явно не только Дженнифер и Мария.
— Больно, — простонала Мэри Энн.
«Знаю, милая, — передал он ей мысленно. — Если бы только мог, я бы забрал всю твою боль в свое тело».
Одна из стрел пробила его переднюю левую лапу. Он зарычал от боли, но не сбавил скорость и даже не дернулся. Мэри Энн могла свалиться, он не мог этого допустить. Гравий резал его лапы, усугубляя ситуацию. Быстро окинув взглядом территорию, он насчитал одиннадцать аур. Все оранжевые, и все тусклые. Похоже, они зачаровали себя, пытаясь скрыться от него. Что ж, их заклинание работало не до конца.
Он сфокусировался на самой дальней и подобрался ближе. Размытым пятном, ни на миг не замедлившись, он метнулся к ведьме и зажал ее между челюстями, утаскивая прочь. Она сопротивлялась, но он не отвлекался. Продолжал двигаться вперед, унося обеих женщин все дальше и дальше. Осторожно, крайне осторожно.
«Опустоши ее, — приказал он Мэри Энн. — Сейчас же!».
Видимо, она послушалась, потому что ведьма сопротивлялась все слабее… прекратила совсем. Стала просто вялой тряпкой в его пасти, и он выплюнул ее. Все еще не сбавляя скорости.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Легче?»
— Немного.
Он унесет ее куда-нибудь в безопасное место и сам вылечит. А потом начнется охота. Он больше не позволит ведьмам и фейри преследовать их, пока они с Мэри Энн убегают. Это была его самая большая ошибка, и второй раз он ее не повторит.
Охотники скоро станут добычей.
Глава 18
Такер взобрался на самую высокую ветвь дуба и смотрел, как волк убегает с Мэри Энн. За ними тянулась дорожка из крови, которую и слепой бы заметил. Волк передвигался неровно, петляя, а Мэри Энн болталась на нем как тряпичная кукла. Она недолго так протянет.
Волк считывал ауры, но Такер умел слышать зов смерти сирены. Не было никаких сомнений, что Мэри Энн даже тогда выплыла поприветствовать жнеца смерти, и ничто бы ее не остановило.
Ведьма попала прямо в цель. Ее стрела пронзила защитный символ, который должен был защитить Мэри Энн от смертельных ран. Само место уже опасно для жизни, а потеря крови все только усугубляет.
Защитные символы действовали… Если только их не разомкнуть. Или сжечь. Или еще много разных болезненных способов. Некоторые даже наносили символы, защищающие другие символы, чтобы уберечься от чего-то подобного, но мало кто выбирал этот путь. Что если тот, кто наносит символ, нанесет не тот? Потому что да. Никогда же такого не случалось, чтобы кого-то прижимали к стенке и накалывали чернилами все возможные несчастья.
Такер бы усмехнулся над собственным сарказмом, учитывая то как он назвал символы на Мэри Энн отвратными, но он боялся, что вместо смешка получится всхлип. Только слюнявые сопляки всхлипывают. Он не был слюнявым сопляком.
Он был лжецом.
Он был не до конца честен с Мэри Энн. Да, он, правда, сбежал от Влада, после того как заколол Эйдена… Но сбежал он после того как они «мило поболтали». Ублюдок пригрозил ему несколькими символами, если он не возьмет себя в руки, как мужик, и не сделает, как ему велят.
Как мужик. Забавно это было слышать от типа, похожего больше на монстра, чем на мужчину, пока он скрывался в тени, но да ладно.
До вчерашнего дня Такер не совсем следовал приказам бывшего короля. Он помогал Мэри Энн больше, чем вредил.
Она ему нравилась. Сильнее, чем стоило, и сильнее, чем это было бы благоразумно.
Вот почему она позволила этому волку виться рядом?
Такер продолжил бы противиться Владу, если бы она выкинула волка за обочину.
Ведь когда они с Мэри Энн были вдвоем, с ним все было в порядке. Полупорядочная личность. Не без грязных мыслишек, но кто здесь святой? А потом появился Райли, и все. Влад сделал новый ход, а Такер проиграл битву.
Бедная Мэри Энн. Она была нежелательной жертвой.
Такер подождал, пока ведьмы, которые только что расправились с ней, соберутся под деревом. Сучки в красном — вот как он их называл. Они смотрели вверх на него, злые из-за своего провала, в котором винили его. Хотя это не он как раз облажался.
— Ты сказал, что мы загоним этих двоих в угол, если подождем, когда они будут в доме, — сказала главная блондинка. Кажется, ее звали Мария. Симпатичная, но злобная в своей решимости.
Порывшись в вещах Мэри Энн, он нашел адрес, который она так стремилась скрыть. Он точно знал, куда она пойдет, а то и когда. Так что он прикрылся иллюзией, когда она с волком покинули кафе и последовал за ними.
— А я-то думал, что вы знаете свое дело, — ответил он. — Почему вы не преследуете их?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Рискуя быть опустошенными?
— И вновь я крайне удивлен, ведь думал, что вы знаете свое дело.
Они обложили его трехэтажным матом.
Он оттолкнулся от ветки и полетел вниз… летел, летел… и приземлился на ноги. Прямо среди сучек в красном теперь. Он развернулся, широко раскинув руки, весь его вид был вызовом им — ну давайте, попробуйте мне что-то сделать.
