В зале по соседству с гостиной Нортроп перестал полировать серебряную чашу и блаженно закрыл глаза. В вестибюле О'Мэлли, ругавший подчиненного, повернул голову в сторону гостиной, и на его лице появилась широкая улыбка.
Когда Виктория закончила, все присутствующие наградили исполнительницу громкими аплодисментами, если не считать Джейсона, вольготно расположившегося в кресле все с той же усмешкой на устах.
– Какими еще «посредственными» способностями вы можете похвастать? – поддразнил он ее, но Виктория видела в его глазах восхищение, и это доставило ей, как ни странно, невыразимое удовольствие.
Кэролайн и ее супруг вскоре после этого распрощались, пообещав быть на балу Виктории на следующий день, и мисс Флосси проводила их до крыльца. Оставшись вдвоем с Джейсоном, Виктория отчего-то почувствовала неловкость и поспешила начать разговор, чтобы скрыть это.
– Я.., я удивилась, когда увидела вас здесь.
– Но не могли же вы подумать, что я пропущу ваш первый выход в свет? – поддразнил он с улыбкой, от которой у нее закружилась голова. – У меня еще сохранились какие-то остатки хороших манер. Ведь, кажется, мы должны обручиться. И что бы подумали в свете, если бы я не появился?
– Милорд… – начала было она.
– А вот и славное колечко к нашей помолвке, – заметил он усмехаясь. – Очень уважительно с вашей стороны. Вы еще никогда не называли меня так.
Виктория наградила его нарочито суровым взглядом.
– Я и сейчас не назвала бы вас так, если бы мисс Флосси не вбивала в мою голову столько дней подряд названия титулов и разнообразные формы обращения. Однако я хотела сказать другое: я не очень привычна к обману, и мысль о том, что мы должны говорить людям о состоявшейся помолвке, приводит меня в ужасное смущение. Дядя Чарльз не слушает моих возражений, но мне кажется, что это притворство отнюдь не является удачной идеей.
– Согласен, – без обиняков подтвердил Джейсон. – Причина, по которой вас выводят в свет, – представить вас возможным женихам…
Виктория еще только открыла рот, чтобы твердо заявить, что ее мужем будет Эндрю, как Джейсон жестом остановил ее и закончил свою мысль:
– Целью является представление вас возможным женихам на тот случай, если Эмброуз не поспешит вас спасти.
– Эндрю, – поправила она. – Эндрю Бэйнбридж.
Джейсон пожал плечами:
– Когда всплывет вопрос о нашей помолвке, я хочу, чтобы вы говорили то же самое, что я говорю всем.
– Что именно?
– Что вопрос окончательно не решен или что вы еще недостаточно меня знаете, чтобы быть уверенной в своей привязанности ко мне; этим мы добьемся того, что не захлопнем дверь перед носом возможных соискателей вашей руки, и даже у Чарльза не будет оснований возражать.
– Я бы скорее предпочла говорить правду, состоящую в том, что мы не обручены.
Джейсон раздраженно пожал плечами:
– Этого нельзя делать. Если один из нас объявит об отказе от помолвки – так поспешно после вашего прибытия в Англию, – то это вызовет массу сплетен и вопросов, кто именно инициатор отказа и почему.
Виктория тут же вспомнила слова Кэролайн насчет отношения общества к Джейсону и поняла, что могут подумать, если инициатором расторжения помолвки выступит она. Рассмотрев вопрос с этой точки зрения, она решила: следует продолжать делать вид, что помолвка остается в силе.
Ни за что на свете она не стала бы платить Джейсону за его доброту и щедрость такой неблагодарностью: пустить слух, что она не сочла его достойным для себя мужем.
– Очень хорошо, – согласилась она. – Я буду говорить, что вопрос между нами еще окончательно не решен.
– Вот и молодец, – похвалил он. – У Чарльза уже был сердечный приступ, от которого он чуть не отправился на тот свет. Мне не хотелось бы без необходимости волновать его, а он полон решимости идеально устроить вашу жизнь.
– Но в таком случае что с ним будет, когда Эндрю заберет меня на родину? – От огорчения у нее округлились глаза. – И что подумают в обществе, когда я.., я оставлю вас, предпочтя Эндрю?
В глазах Джейсона загорелись веселые искорки.
– Если это случится, то мы скажем, что выбыли вынуждены уважить принятое ранее решение своего отца. В Англии принято, чтобы дочь уважала выбор, сделанный ее семьей, поэтому в свете поймут это как должно. Чарльз будет тосковать по вас, но если он убедится, что вы счастливы, это не будет для него тяжелым ударом. Однако, – добавил Джейсон, – не думаю, что это произойдет.
Чарльз говорил мне о Бэйнбридже, и я согласен с ним: вероятнее всего, этот слабохарактерный юноша находится под каблуком своей вдовствующей матушки. И поскольку вас нет, чтобы укрепить его мужество и решимость, вряд ли он наберется смелости, бросит вызов матери и приедет за вами.
– О, ради Бога… – взмолилась Виктория, пытаясь объяснить, насколько он заблуждается в отношении характера Эндрю.
– Я еще не все сказал, – властно прервал ее Джейсон. – Мне также ясно, что ваш отец не очень-то жаждал этого брака. Ведь это он настоял, чтобы вы временно разлучились якобы для испытания чувств, хотя вы были знакомы с самого детства. И к моменту гибели отца вы не были официально обручены с Бэйнбриджем, – безжалостно закончил свою мысль Джейсон. – Поэтому если он и приедет сюда, ему придется еще получить мое одобрение на ваш брак с ним и совместное возвращение в Америку.
Виктория не знала, плакать ей или смеяться, услышав такое нахальное заявление.
– Ну и ну! – захлебываясь, заговорила она. – Вы никогда не видели его и уже составили мнение о нем. А теперь говорите, что я не смогу уехать, если он не выдержит вашего строгого экзамена, хотя сами чуть не вышвырнули меня из дому в день моего приезда в Уэйкфилд!
Да, все это было настолько абсурдно, что Виктория не могла удержаться от смеха.
– Знаете, вы так непредсказуемы, что я никогда не могу даже предположить, как вы поступите или что скажете. Не знаю, как мне следует себя вести, когда я общаюсь с вами.
– Вам следует делать только одно, – сказал Джейсон, еле сдерживаясь, чтобы тоже не расхохотаться, – в ближайшие несколько недель познакомьтесь с нынешним поголовьем лондонских щеголей, выберите себе подходящего и приведите ко мне на благословение. Ничего нет проще – я буду ежедневно работать здесь, в своем кабинете.
– Здесь? – удивилась девушка, подавив хихиканье, вызванное его рекомендацией по поводу выбора мужа. – А я думала, что вы собирались жить в доме дяди Чарльза.
– Там я буду ночевать, но работать буду здесь. Дом Чарльза ужасно неудобен. Мебель старая, комнаты в основном маленькие и темные. Кроме того, ничего предосудительного в моем дневном пребывании здесь никто не обнаружит, раз с вами есть компаньонка. Так что мне нет смысла насиловать себя и пытаться работать в неудобной и непривычной обстановке. Кстати о компаньонке: боюсь, Флосси заговорила вас до посинения.
