весело прокомментировала Женька.
- Лишь бы не бомж-тур «Пять звездюлей», - буркнул Ромка, оглядываясь на целую ораву типичных выходцев из Центральной Азии, высыпавшихся, как горох, из фанерного домика. – Тут общага нелегалов. И, кажется, не одна.
Он решительно потащил Женьку дальше вверх.
Друзья выскочили на небольшую площадь: пятиэтажки времен позднего СССР, небольшой сквер и вполне современная остановка автобуса с портами для зарядки мобильных телефонов.
Женька остановилась и, словно собака-ищейка, потянула носом воздух:
- Шашлыком пахнет!
Ветерок и в самом деле щекотал ноздри восхитительным ароматом жаренного на углях мяса, щедро приправленного острыми южными специями.
- И точно, - улыбнулся Ромка и, обняв ее за плечи, развернул в пол-оборота: - Вон кафешка. Вроде приличная. Зайдем?
Друзья нырнули под вычурную деревянную вывеску. Летняя площадка радовала вьющимися розами в переносных кадках и плетеной мебелью. Посетителей почти не было.
Женька с Ромкой заказали острую похлебку, овощи с гриля и двойную порцию шашлыка.
- А это подарок от заведения! – официант – совсем молодой парнишка в ярко-красной футболке поставил на стол широкое блюдо с лавашом.
Женька тут же ухватила верхнюю лепешку, свернула трубочкой и макнула в соус.
- Обалдеть! – прищурив глаза от удовольствия, проговорила она. – Просто сказочная вкуснота! Никогда не ела ничего подобного!
Лаваш был тоненьким и очень нежным с мягким, пряно-сливочным вкусом и натурально таял во рту. Ромка последовал примеру подруги и одобрительно причмокнул. Затем зачерпнул ложку похлебки и отправил в рот.
Женька попробовало варево – оно было вкусным, сытным, с зеленью и кусочками печеных овощей, но чрезвычайно перченым. Красным перцем. Чили.
Сразу вспомнилось про Ромкину аллергию, и Женька с тревогой посмотрела на друга. Но тот ел похлебку, как ни в чем не бывало – не краснел, не чихал и не чесался.
«У него что – только когда перец в чипсах аллергия? – удивленно подумала она. – А так нет?»
Но, заметив, как Ромка налегает на лаваш, Женька отбросила размышления и подключилась к активному поеданию лепешек. Неудивительно, что вскоре тарелка опустела.
Ромка оглянулся в поисках официанта, но тот куда-то запропастился.
- Пойду, закажу добавку! – встал он из-за стола.
- И соусов еще возьми! – уже наевшаяся Женька, тем не менее, бросала томные взгляды на тарелку с шашлыками: - И томатного, и сметанного!
Отсутствовал Ромка недолго.
Вернулся задумчивый, тихо-тихо присел на свое место.
- А где лаваш? – дожевывая кусок мяса, недовольно поинтересовалась Женька. – И куда макать?
- Там нет никого, - быстро проговорил Ромка. – Ни в зале, ни за стойкой. Персонал разбежался. И я подумал… да ну его, тот лаваш! И так наелись, а у нас еще ужин впереди.
- Илларионов, ты прямо как маленький! – Женька вытерла рот салфеткой и снисходительно посмотрела на Ромку. – На кухню заглянуть надо было. Таких вкусных лепешек в Москве не найдешь, одна резина, даже в дорогих ресторанах. Хочу душу отвести! Или у тебя деньги на «Ведьмаке» закончились? Не волнуйся, я оплачу.
- Все нормально у меня с деньгами! - фыркнул Ромка. – Просто…
- Сама схожу! – решительно поднялась она. – Заодно, в одно важное место заскочу.
- Жень, может не… - начал было Ромка, но Женька подхватила сумочку и уверенно направилась к входу в здание.
В помещении и впрямь было пустовато: если не считать трех шумных парней за столиком у окна. Работников кафе нигде не было видно.
Женька сходила в туалет – довольно чистый и приличный, подправила макияж, расчесала волосы и заново заколола их зажимом-прищепкой, в общем, провозилась минут десять.
Но персонал в зале за это время так и не появился. Женька решительно направилась за барную стойку и толкнула дверь в служебные помещения.
Она не сомневалась, что попадет на кухню: сюда вел пленительный, нежнейший аромат только что испеченного на тандыре лаваша. И, вытаращив глаза от открывшейся картины, замерла на пороге.
Нет, в противоположность расхожим страшилкам об антисанитарии в южных кафешках, кухня выглядела чистой и вполне современной. Кафельный пол сиял чистотой, разделочные столы блестели.
На поваре… или кухонном рабочем? – внушительных размеров мужчине лет сорока – была новенькая флизелиновая шапочка, полностью закрывающая волосы, и бахилы. Все согласно требованиям СанПиНа. Но на этом уступка тем самым санитарным нормам и правилам оканчивалась.
Потому как из прочей одежды повара Женька разглядела исключительно трусы – черные, широкие, с разрезами по бокам. И все. Зато имела место быть густо поросшая волосами грудь, огромный бочкообразный живот с кучерявой дорожкой вниз от пупка и мохнатые ноги.
На столе перед поваром лежали аккуратные колобки теста. Он брал один из них, укладывал на свой огромный, лоснящийся от пота, живот, и быстро-быстро разглаживал пальцами в тонюсенькую лепешку.
Рядом на открытой печи сушился уже готовый лаваш.
Женьку охватило странное, двоякое чувство: смесь восхищения от виртуозной работы подушечками пальцев, которой позавидовал бы профессиональный пианист, и ужаса от осознания того, что именно она только что ела.
Женька пару раз готовила лаваш дома по рецептам из Интернета: сушила на сковородке без масла, предварительно раскатав скалкой. Хотя слышала, что настоящее мастерство – это именно разминать лепешку руками. Но чтобы так…
С кухни ее сдуло ураганом. Женька вылетела на улицу и с размаху шлепнулась на плетеный стульчик, заставив тот жалобно скрипнуть.
- Что, видела? – оценил Ромка растрепанный вид подруги. – И я видел.
- Ненавижу лаваш! – Женька обиженно отодвинула блюдо с недоеденным шашлыком. – Никогда больше эту гадость в рот не возьму!
- Забей, - улыбнулся Ромка и жестом подозвал наконец-то возникшего на площадке парнишку-официанта. – Остынешь. Хотя согласен, впечатлило. Меня после столовки в рабочем поселке трудно чем-то удивить, но на отдыхе ожидаешь чего-то другого…
Он приложил телефон к шустро подсунутому пареньком считывателю и просмотрел возникший на экране чек:
- Тем более за такие деньги!
Женька перегнулась через стол, чтобы посмотреть сумму, но Ромка рассмеялся и быстро закрыл экран ладонью:
- Не стоит, ты впечатлительная слишком!
Она успела прочитать на чеке только название забегаловки:
- Кафе «Елдыз».
И злобно фыркнула:
- Надо было вывеску внимательно читать! Нормальное место «елдызом» не назовут. Сразу похабные частушки вспоминаются!
Ромка опять захлебнулся смехом и встал из-за стола:
- Вообще-то «елдыз» по-турецки «звезда». Ты что – ни разу не отдыхала в Турции? Там это распространенное название.
- Нет. Ни разу, - смутилась Женька. – Я и в
