На далеком горизонте туманного будущего Лилии загорелся манящий в путь маяк. Но одного осветительного прибора ей оказалось мало. Она возвела в мечтах второй и третий.
Второй маяк можно было назвать скромно, без затей – «настоящий мужчина». Да, Лилия Горная, если бы ее кто-либо спросил впрямую, не постеснялась бы признаться, что с юных лет мечтала встретить в жизни великую любовь, которую ей сможет подарить только настоящий мужчина.
Третий маяк «вытекал» из второго: Лилия жаждала родить ребенка. Не сию секунду, оканчивая общеобразовательную школу, а в неком обозримом будущем. Появление ребенка подчеркнуло бы женскую суть, оправдало бы то биологическое предназначение, которое даровала женщине природа…
Мама, скромно улыбаясь знакомым, говорила:
– Я советую дочери поступать в медицинское училище. Выучится на медсестру, всегда у нее работа будет, в тепле станет сидеть, уколы делать, карты заполнять. Медсестры во все времена нужны.
Бедная наивная мама! Бедный папа, так и не получивший ответа на вопрос, почему Геннадий Степанович звал Лилию «колдуньей»! Знали бы они, что задумала их дочь! Если они хотя бы догадались о заветных маяках Лилии, то принялись бы разбираться с ней не только в четыре руки, но и в четыре ноги. Она рушила их представления о мире, потому что возмечтала стать Столпом, Любовницей и Матерью.
В конце выпускного класса Лилия и ее верные подруги Ируня, Зойка и Людка как с цепи сорвались. Они постоянно собирались у кого-нибудь на квартире, хохотали, гадали на картах, обжирались сладостями, сплетничали, а в мае почти каждый день гуляли под цветущими вишнями и яблонями соседних дворов. Наверное, девушки предчувствовали, что очень скоро жизнь разведет их, и хотели насытиться девическим общением.
Однажды, когда Лилия шла из магазина с молоком и хлебом, к ней на улице прицепилась цыганка.
– Девушка, девушка, давай погадаю. Девушка, девушка, всю правду про тебя скажу, а, девушка? – однообразно клянчила она.
Лилия отмахивалась от цыганки, даже в ее сторону не смотрела. Лишь ловила боковым зрением гладкий смоляной пучок на затылке, пеструю юбку, цветастый платок на плечах.
– Слушай, девушка, ты проста, ох, проста. Видно, девушка, все видно. Я тебе про тебя без денег скажу, остановись, – не отставала цыганка. – Доверчивой не будь, обычной не будь, все у тебя в жизни сложится. Слышишь? Не беги как ужаленная… Влюбчивая ты, девушка, мужчинам будешь нравиться. Твой главный мужчина большой будет. Независимый. Гордый. Все по-своему станет делать. Трудный мужчина. Любовь про меж вами будет сумасшедшая. До гроба запомнишь этого мужчину.
Тут Лилия Горная оторвалась от цыганки и, как заяц, перебежала через проезжую часть улицы. Девушку и гадалку разделил поток машин. Лилия неслась дальше. А вслед несся крик цыганки:
– Узнаешь того мужчину по трем макушкам на голове! Три макушки, запомни, дурочка!
В этот момент интуиция девушки встрепенулась (а по мере взросления Лилии она все чаще давала о себе знать) и поддакнула: «Да-да, Он будет с тремя макушками!»
Когда будущая радиозвезда оглянулась, цыганка исчезла. По противоположному тротуару спешили разные другие люди: дядьки с полиэтиленовыми пакетами, парни – в ушах клипсы плееров, мамаши с малышами, старухи, тянущие за собой груженые сумки на колесиках. Цыганка испарилась.
Лилия облегченно перевела дух, нащупала в своей сумке батон, оторвала горбушку, начала ее грызть.
Весна кипела в городе. Весна кипела в жилах девушки. И тот день врезался в память Лилии навечно. Информацию про три макушки она запомнила без усилий. Потому что никогда не встречала людей с рогами, копытами, тем более с тремя макушками.
…Когда Лилия Горная с выпученными глазами рассказала о цыганке и трех макушках подружкам, Людка – самая смешливая из четырех подруг – начала хохотать и носиться по комнате как ошпаренная.
– Значит так, мать, – наконец остановилась она у окна. – Даю инструкцию. Как только кого встретишь, не мешкай, сразу заламывай мужика вот так, заваливай его на колени и немедленно изучай череп.
Людка попробовала проделать с Лилией какие-то дикие упражнения, но будущая радиоведущая не поддалась ее кипучей энергии. Девушки повалились на тахту и начали щекотаться.
Дело происходило в квартире Ируни, которая не любила вольностей.
– Ну-ну, – почти сердито сказала хозяйка квартиры. – Девчонки, вы как лошади. Сейчас папа Вадя придет.
…Господи, ведь были же времена, когда они побаивались родителей, Ируниного папу Вадю в том числе. Дядька был как дядька, молчаливый, некомпанейский, откровенно терпел, когда у дочери резвились подруги. А когда они уходили, включал телевизор, ложился на диван…
После школы подруги поступили в разные высшие учебные заведения: Ируня – в педагогический, Людка – на юридический факультет университета, а Лилия и Зойка – в пищевой, чтобы выучиться на бухгалтеров производства. Чего их туда понесло? Наверное, легкость поступления.
Папа Лилии пребывал в ужасе.
– Дочка, – чуть не плакал он, – ты загубила себя! Закопала свои возможности в землю! Скажи, кем ты будешь, на каком поприще пройдет твоя жизнь?
– Отстань, пап, – отмахивалась Лилия. – Только громких фраз не надо. Сейчас главное получить образование.
…Пищевой институт будущая радиозвезда окончила с отвращением. Ни о какой карьере бухгалтера производства она не мечтала и начала поиски себя с нуля.
Лилию Горную мотало то поварихой в геологические партии, то воспитателем в детский сад, то менеджером в туристическую фирму, то еще куда-то. Затем вырисовалась последняя прямая: администратор в пансионате «Омутище», оператор сбербанка и наконец обретение самой себя, венец творческих процессов – ведущая радиостанции «Утренний брысь».
К этому времени у Лилии Горной было все, о чем мечталось и чему были посвящены девичьи мысленные маяки: дочь Гортензия, муж Барашек. Теперь – вроде бы – во всю мощь засиял маяк под названием «Литературный столп». Став ведущей, Лилия сама сочиняла тексты своих программ, и не только ее низкий вечерний голос был причиной всенародного обожания. Талантливые тексты, конечно, тоже.
Но все ли сбылось, как мечталось?
Нет-нет, но Лилия вспоминала о предсказании цыганки: мол, главный мужчина в твоей жизни будет с тремя макушками. У мужа Барашка, сколько Лилия ни изучала его голову, была одна-единственная макушка. Вот и делай соответствующие выводы.
…Утренний разговор с папой не нравился Лилии Горной, тем более что ей опять надо было нестись, как и вчера, на работу. Сегодня эфир «Лунных новостей», а завтра – «Ужастик для взрослых».
– Пап, давай договоримся, – оптимистично сказала радиозвезда, – как только в моей жизни произойдет что-то глобальное, я тут же тебе сообщу. Первому.
