Блез Абдулаиджи? Зачем ты здесь?
— Хочу покинуть эту поганую планку.
— Тогда зачем прилетал?
— Что-то меня об этом никто не спрашивал раньше, когда лишали нейросети и всего имущества. Не говоря о том, что продали в рабство. Мне нужно рассказать, сколько федеральных законов вы нарушили или сами знаете?
— У нас здесь свои законы и ты их нарушил, напав на планету.
— Уже говорил, что ни на кого не нападал, я даже оружие из кобуры не доставал.
— Ты участвовал в нападении.
— Враньё. У вас есть доказательства, что я лично участвовал в нападении? Нет, потому что их и не было.
— Зато после этого ты кучу раз отличился. Прикончил своих хозяев, например.
— Которые тоже нарушили кучу федеральных законов и потом не надо их всех на меня вешать. Это не моё.
Я почувствовал, что он на меня оказывает давление на псионическом уровне и сразу закрылся. Его это удивило.
— Ты псион?
— Как будто вы этого не знаете. Посмотрите в моей карте ФПИ, она у вас осталась. Скорей всего, была уничтожена вместе со зданием суда.
— Что у тебя произошло на ферме?
— Не знаю, я не видел, что там произошло. Спрашивайте у любовника Филы.
— Ты застрелил их.
— Не мог я никого застрелить, всё оружие в доме было заблокировано.
— Есть видео, где ты тащишь хозяйку.
— Когда я ушёл, она была ещё жива. Реджи застрелился сам, я ему только помог в этом. Это была его последняя просьба. Так что не надо на меня это вешать.
— Зачем он это сделал?
— Он узнал про интрижку его жены.
— Где вещи, которые ты забрал у фермеров?
— Трофеи?
— Да.
— Я бы не утащил, их очень много, поэтому я сбросил их в выработку.
— Какую выработку?
— Там была.
— Дальше что делал?
— Долго жил в лесу, пока продукты не закончились, потом добрался до столицы.
— На чём?
— На байке.
— Где он?
— Байк?
— Да.
— Продал.
— Давно?
— Не знаю, я не считал дни, а нейросети у меня нет.
— Кому продал и где это произошло?
— Разумному, а где — понятия не имею. у магазина он подошел и предложил продать, я и продал.
— Как он выглядел?
— Я плохо помню с сильного похмелья.
— Вспоминай.
— Примерно одного со мной роста.
— Лицо какое? Во что был одет?
— Лица не помню, он в шлеме был вроде. Говорю же, я плохо помню. А одет был обычно, как все. Он у меня одежду купил вместе с байком.
— Что он у тебя ещё купил?
— Выбрал что-то ещё из вещей, не помню.
— Сколько заплатил?
— Хорошо заплатил.
— Сколько?
— Десять тысяч, я даже торговаться не стал.
— Действительно хорошо. Что ещё о нём сказать можешь?
— Ничего.
— Видел его позже?
— Нет.
— Где это было, покажи на карте?
— Понятия не имею, я в городе не ориентируюсь. Вы же сами меня лишили нейросети.
— Как ты жил тогда всё это время, где ночевал?
— Где придётся, там и ночевал. Последнее время на заброшенной водокачке.
— Тебя там видели?
— Да.
— Пока иди, мы ещё встретимся.
— У меня по контракту амнистия за все мои дела.
— Это не лиге решать.
— Не понял, значит, контракт не действителен?
— Действителен, иди.
— Что тогда значит «Не лиге решать», а кому тогда?
— Корпорации.
— Это что, не одно и то же?
— Нет, иди.
Вышел из кабинета, у двери меня ждал Толстый Джо.
— Ты обманул меня, никакой амнистии не будет.
— Почему?
— Этот сказал, что не ты это решаешь. Я не буду драться, раз вы нарушаете условия контракта.
— Контракт действителен. Я не понимаю, почему он тебе так сказал.
— Потом окажется что нет, я хочу встретиться со своим адвокатом.
— Это невозможно, все контакты исключены, почитай свой контракт.
— Так он не действителен, как этот сказал.
— Я поговорю с ним.
— Вот разберись, почему у вас здесь так. Вроде обо всём договорились, а получается, что нет.
— Разберусь.
Он довел меня до двери между секциями, вернул обратно в секцию и сразу ушёл. Хорошо, запомнил дверь моей комнаты, и я направился к ней. Сейчас, похоже, свободное время, и в секции многие просто ходили гуляли в коридоре. Дверь послушно открылась, и я попал к себе в комнату. Здесь меня ждал неприятный сюрприз. Когда уходил, я оставил планшет на кровати, сейчас его не было. Проверил всю кровать, может, куда закатился? Ничего не нашёл, планшет пропал. Придётся заявлять о краже. Нашёл инструкторов в помещении для приёма пищи. Подошёл к старшему из них, который командовал на тренировке.
— У меня украли планшет из комнаты, пока меня не было.
— Как зовут?
— Блез Абдулаиджи.
— Точно украли?
— Да, когда утром уходил на тренировку, оставил его на кровати. Сейчас вернулся — его нет.
— Может, закатился куда?
— Проверил, в комнате его нет.
— Сейчас посмотрим, кто это сделал. У тебя его забрали на проверку.
— Кто и почему?
— Не знаю.
— Я и так без нейросети, а меня и планшета лишили.
— Задай этот вопрос Толстому Джо, вы вроде знакомы.
— Знакомы, только как я это должен сделать без нейросети и планшета?
— Через искин.
— Он примет мой запрос?
— Должен. Тебя куда водили?
— На допрос.
— Зачем?
— Хочешь составить мне там компанию? Думаю, что нет.
Подошёл к пищевому синтезатору и заказал себе еду по новой. Сел от них подальше. Ворьё, планшет и тот украли. Решили, что он мне не понадобится. Обойдусь, конечно, но обидно — мне он с боем достался, а они просто украли.
После завтрака или уже обеда вернулся в комнату, панель работала и показывали предыдущие бои. Новичков, как правило, они были один на один, увидел всего одного, когда дрались двое против двоих. Все бои проходили на ножах. Мне интересны детали: арена не круглая, а восьмиугольная; ограждена сеткой, высота сетки метра четыре, что сверху — не показывалось. На арене в качестве судьи киборг, он редко вмешивался, как правило, только в конце боя, когда шло якобы зрительское голосование. Все
