бойцы в красивых нарядах, а не в том, что было на нас надето. Одежда, как правило, отражала клички, под которыми они выступали.
Дверь открылась и появился инструктор, только другой, не тот, который был утром.
— Выходи на тренировку.
— Это не ко мне, у меня нет этого пункта в контракте.
— Странно, сейчас проверю. Действительно нет, ну тогда оставайся.
Он ушёл. Здесь вообще должен быть душ.
— Искин, здесь есть душ?
— В комнате нет, только общий в секции.
Подойдёт, пока все на тренировке, пойду помоюсь. Душевая комната нашлась быстро и в ней никого не было. Какое удовольствие постоять под струёй теплой воды. Когда помылся, взял вещи в руки не, хотелось надевать грязное. Надеялся проскочить незаметно к себе в комнату, однако попытка бессовестно пресеклась дамочкой, что дожидалась меня у выхода из душа. Пришлось прикрыться грязным бельём.
— Ты что так долго? Я тебя уже заждалась.
— Зачем ждала?
— Мерки с тебя снять нужно.
— Зачем?
— Одежду для ринга шить. Так, встань прямо и руки вытяни по бокам.
— Да я как бы не одет совсем.
— По-твоему, я мужиков голых не видела, что ли?
— Ну хорошо, смотри, — и опустил руки.
— А ты хорош. Даже не знаю, какой тебе образ придумать.
Она задумчиво обошла вокруг меня, потом потрогала за задницу. Приятель, бывший давно на голодном пайке, сразу прореагировал на это. Она всё так же задумчиво вернулась обратно и обратила внимание на него.
— Знаешь, я, пожалуй, загляну к тебе в гости вечером, тогда и решу окончательно.
После чего она ушла из душевой. Что это было? Ходят здесь разные, только провоцируют. Выглянул из душевой — в коридоре пусто, направился к себе в комнату. Тренировка плюс горячий душ, и я уснул как младенец. Проснулся я от того, что меня кто-то двигает на кровати.
— Да подвинься ты.
Подвинулся. Это оказалась моя старая знакомая из душа.
— Ну что лежишь как бревно? Тебе интересно, что я спрятала под плащом?
— Интересно, только если я начну проверять, ты меня уже не остановишь.
— Уже интересно, а ты рискни.
Я нежно проник под её плащ и ничего там не обнаружил — на ней ничего, кроме плаща.
— Ну тогда держись.
— Ой, боюсь-боюсь. Трахни меня так, чтобы я тебя хорошо запомнила.
— Сама попросила.
Когда у меня опять будет секс — неизвестно, поэтому на абордаж. Полночи я с неё не слазил, а она просила ещё. Ушла она от меня под утро, расцарапав мне всю спину и на прощанье выдав фразу:
— Красавчик… Нет, наверно, зверюга, а я ещё не решила.
Поспать мне почти не дали.
— Подъем на тренировку.
— Задолбали. Нет у меня в контракте тренировок.
— Вставай, потом выспишься. Пробежишься, развеешься. У меня и так всю ночь была тренировка, а здесь ещё вы со своей.
— Ничего, полезная нагрузка.
В голосе проскочила нотка зависти ко мне. Похоже, смотрели в камеру в комнате, как мы упражнялись полночи. Извращенцы!
Весь сон он мне испортил, решил встать пробежаться. Быстро оделся и вышел из комнаты. Из других комнат выходили сонные разумные. У всех на лицах читалось одно: «Дайте поспать». Нас также построили в зале, и мы снова побежали эти же пять кругов. Дальше снова разминка, вот только закончить мне её не дали — появился Толстый Джо.
— Пойдем.
Пришлось снова с ним идти. Проходя мимо инструкторов, обратил внимание, что инструкторы женского пола как-то с интересом на меня смотрят. Похоже, видео с моим участием стало достоянием общественности. Мы также поднялись наверх, в этот же кабинет, снова там этот корпорат. Толстый Джо в это раз сам вышел из кабинета.
— Откуда у тебя планшет?
— Ну надо же, я думал, его инструкторы украли, а его украл кто-то другой.
— Так откуда он у тебя?
— Раз амнистии нет, то и разговаривать не о чем.
— Будет тебе амнистия, корпорация подтвердила согласие.
— Дайте пообщаться с адвокатом вначале, тогда поговорим.
— Хорошо, вызывай его.
Он вернул мне планшет. Здесь сеть работала, и я вызвал его.
— Здорово.
— Привет, тебе удалось связаться со мной?
— Да вон, рядом следователь с корпорации сидит, дал тебе позвонить.
— Что хотел?
— Он говорит, что корпорация согласилась на амнистию, это так?
— Да, они подтвердили. Никаких проблем не будет.
— Понял.
— Удачи тебе, — и он отключился.
— Хорошо, если так, этот планшет я грабанул у одного бармена. Его я вырубил у бара, правда, за мной двое погнались, еле ушёл.
— Как давно это произошло?
— Несколько дней назад.
— Можешь показать на карте, где этот бар?
— Да не знаю вашу карту и не запоминал я. Это было где-то недалеко от водокачки.
— Почему соврал, что байк продал?
— Не соврал, продал.
— Тогда почему на водокачке сказал, что угнали?
— Так действительно угнали.
— Не понимаю, ты его продал или угнали?
— Что непонятного? Один продал, один угнали.
— У тебя два было?
— Да.
— Откуда второй?
— Тоже угнал, я же техник, для меня это совсем не проблема.
— Деньги за байк где?
— Частично потратил, частично пропали вместе с байком.
— Чем занимался, как жил всё это время?
— Глупый вопрос. Чем я мог заниматься? Жил как мог, с планеты ведь не улетишь.
— Некоторым удалось.
— Повезло им.
— Оружие где?
— О каком оружии идёт речь?
— О фермерском.
— Зачем оно мне? Всё закодировано было. Скинул в выработку какую-то.
— Нет там никаких выработок. Врешь ты всё.
— Я в них не разбираюсь. Может, это не выработка, там были большие чёрные кучи, я по петлял среди них и остановился около какой-то дыры и скинул вниз всё лишнее. Можете съездить проверить, а что это были за кучи — я без понятия.
— Можешь показать их на карте?
— Шутите? Я даже где находится этот посёлок не представляю, не говоря о том, куда я там ехал. Ехал просто наугад, удирал от этих четверых.
— Каких четверых?
— Погоня была за мной, четверо на байках. Двое быстро отстали, а ещё двое долго преследовали. Пока дождь не прошёл, только тогда смог оторваться от них.
— Проверим.
— Проверяйте.
— Можешь пока идти.
