друг моей матери. Мы подготовили всё за сегодняшний день.
Адвокат, Екатерина Михайловна, обернулась ко мне. Её строгое лицо смягчилось.
– Алина Павловна, не беспокойтесь. Синицин теперь связан по рукам и ногам. Те финансовые несоответствия, которые мы «случайно» обнаружили в его отчётах… Ему сейчас не до вас будет. Он будет думать, как самому избежать тюрьмы. Опека над Авророй будет временно передана вам на основании чрезвычайных обстоятельств и показаний о потенциальной опасности со стороны отца. Остальное утрясём в суде. Дело не простое, потребуется генетическая экспертиза, чтобы доказать, что Аврора действительно ваша дочь. Скорее всего вся правда вскроется, готовитесь к непростому времени.
Она говорила так уверенно, что мне на мгновение стало легче дышать.
– А… а что с отцом? – спросила я тихо.
Натан и адвокат переглянулись.
—Павел Иннокентиевич пока не в курсе последних событий, – сказала Екатерина Михайловна. – Но ему уже направлено официальное уведомление о возбуждении уголовного дела в отношении его дочери Арины. Думаю, это охладит его пыл по поводу переписывания завещания. И заставит задуматься о собственном положении.
Дальше мы ехали в полной тишине, так как Аврора уснула, никто не стал тревожить её сон.
Машина свернула в тихий, охраняемый район, подъехала к уже знакомому дому с панорамными окнами.
Натан помог нам выйти. Внутри дом встретил нас тишиной, Анна к нам не вышла.
Екатерина Михайловна, попрощавшись и пообещав быть на связи утром, уехала. Мы остались одни – я, Аврора и Натан. Неловкое молчание повисло, между нами, наполненное слишком многим – благодарностью, стыдом за прошлое, невысказанными словами.
– Давай помогу отнести, – наконец сказал Натан, избегая моего взгляда, беря из моих рук Аву. – Постарайтесь отдохнуть. Завтра… завтра всё будет выглядеть яснее.
– Натан, – остановила я его, когда он уже повернулся, к лестнице – Я… я не знаю, как тебя благодарить.
Он обернулся. В его глазах бушевала буря эмоций, которые он с трудом сдерживал.
– Не благодари.
Бросил он коротко и стал подниматься по лестнице. Я тихо последовала за ними.
Занеся Аврору в комнату, уложил на кровать, отошёл к выходу, пропуская меня в глубь комнаты.
– Иди, ложись. Авроре нужен покой. И тебе.
И, не дожидаясь ответа, он быстро ушёл, оставив меня наедине с дочерью и с гудящей в ушах тишиной настоящей, хрупкой, выстраданной свободы.
Глава 25
ЕВГЕНИЙ
– Кто это был? Я тебя спрашиваю! Какого чёрта ты молчишь?! – медведем ревёт тесть, узнав от меня, какая хрень произошла у нас под носом!
Я сам в глубоком шоке, хотя и заметил, что Арина стала вести себя странно! Чёрт! Вот тебе и Алина, забитая тихоня! Зубы отрастила, защитника себе выискала.
Тесть стоял посреди моей гостиной, багровый от бешенства. Кажется, он был в полушаге от того, чтобы хвататься за сердце. Телефон в его руке трещал по швам, он пытался кому-то дозвониться.
– Я тебя спрашиваю, Евгений! Какого чёрта у тебя под носом произошла эта… эта подмена?! И где теперь Арина?! Этот ублюдок сказал, что она арестована! Это правда?!
– Вы у меня спрашиваете? Подмена произошла как под моим, так и под ваше носом тоже! Но не это меня сейчас больше интересует, а тот факт, что ваша замечательная дочурка натворила кучу преступлений, и именно поэтому она вернулась обратно, ведь так? – ударяю кулаком по столу, уже зная ответ, по тому, как сжимаются кулаки тестя.
Чёрт!
– Какого чёрта вы мне сразу не рассказали всей правды? Что натворила ваша любимица?! – задаю вопрос в надежде получить ответ.
– Она не вдавалась в подробности, сказала лишь, что ей нужна помощь, что нужно спрятаться на время, – отвечает тесть, проводя ладонью по лицу.
– Наша встреча не была случайна, так? Вы её подстроили!
– А как ещё можно было спрятать Арину? Только поменять её обратно с сестрой, – легко сознаётся тесть, – только нужно было поставить тебя в известность, вот мы и решили подстроить вашу встречу, а там пошло как пошло. И всё получилось.
– Ага, получилось, – невесело усмехаюсь, – это вы во всём виноваты! Вы вырастили монстра! По вашей вине теперь моя дочь будет расти без отца! И всем нам грозит тюремный срок!
– Монстра?! – тесть вскочил с кресла, его лицо снова побагровело, но теперь от оскорблённой гордости. – Не смей оскорблять мою дочь! Она заслужила…
– Она заслужила тюремной камеры! – заорал я в ответ, теряя последние остатки самообладания. – И она притащила нас всех на самое дно! Вы думали, мы просто поменяем двух кукол местами, и все будут счастливы? Вы думал, Алина будет молча сидеть, пока мы наслаждаемся жизнью? Вы недооценил свою дочь! И я тоже! И теперь мы в жопе!
Мы стояли друг напротив друга, два разъярённых быка, готовых снести всё вокруг. Воздух наэлектризован ненавистью.
– Крича друг на друга мы не поможем Арине, нужно найти мою дочь, я звоню адвокату, – первым приходит в себя тесть.
Я только отмахиваюсь, тяжело опускаюсь в кресло, Павел Иннокентиевич отходит в сторону, набирает номер семейного адвоката.
Кто был тот мужик, кто этот Натан? Откуда он взялся? Чёрт!
Следующий час мы ждали звонка от адвоката. И вот когда он позвонил, я попросил тестя включить громкую связь. То, что нам поведал адвокат семьи Калининых, выбило почву из-под ног.
Арина покушалась на того самого Натана! И была она не одна. Чем больше говорил адвокат, чем больше прояснялся мой разум и мрачнее становился тесть.
– Что можно сделать, Игорь Романович? – глухо спрашивает тесть.
– К сожалению дело дрянь, – ёмко сообщает адвокат.
Слова адвоката повисли в воздухе, густые и тяжёлые, как смог. «Дело дрянь» – это был мягкий вариант. На самом деле всё было хуже.
– Вам нужно с ней поговорить, – сказал я, глядя на побелевшее лицо тестя. – Лично. Пока её не перевели в СИЗО. Узнать всё, что она скрывала. Про этого Натана. Где он живёт, чем дышит, какие у него слабые места.
– Адвокат сказал, свидания сейчас под большим вопросом, – пробормотал Павел Иннокентиевич, но в его глазах уже горел тот же отчаянный азарт, что и у меня. Спасение утопающего – дело рук самого утопающего. А мы оба тонули.
– Не вопрос, – я поднялся, хватая ключи от машины. –
