Сережа стоял возле печи и перекладывал рис в свой рюкзак. Приносить в рюкзаках Врежа было нельзя. Даша могла их узнать.
– Я виноват, по моей вине Яся погибла, – тихим обречённым голосом произнёс Борис. – Зачем я сюда вернулся? Зачем оставил на собаке этот чёртов ошейник? Она же ни на кого не бросалась, и привязывать было не нужно. Зачем мы вообще пустили их в дом? Вечно всем пытаемся помочь.
Серёжа ничего не отвечал, старался не смотреть на друга и плотно набивал рюкзак спасительным ресурсом.
***
Лагерь выживших.
Девушки с утра встали рано, не умываясь, подкинули дрова на ещё тлеющие в камине угли и налили свежей воды в чайник.
– Чего поднялись в такую рань? – спросил дед сиплым спросонок голосом, зажмурив один глаз. – Это всё от того, что вечером рано ложитесь.
– Сильно, Николай Николаевич, чая хочется, – радостным голосом ответила Катя. – Ты как, с нами?
– Вы же прекрасно знаете, чай у нас на учёте. Сейчас выпьем, значит, вечером будем сидеть на сухую.
– А я бы не прочь глотнуть, – проснулся Сашка, поднялся и протёр пальцами глаза.
Пашка встал вслед за братом и, еще не до конца проснувшись, стал махать руками, делать наклоны вперед и приседать.
– О, видели? – ухмыльнулся Сашка. – Утренняя зарядка. Нам бы с брата пример брать.
Чайник быстро вскипел, и друзья сели за стол.
– Тогда просто попьём тёплой воды, – пожала плечами Катя.
– Сейчас погрызть бы сухарь какой, – разлил всем в кружки воду Сашка. – По утрам всегда жрать хочется.
– А мой организм привык, – ответил Пашка. – Голод чувствую как раз перед самой едой.
Друзья грели руки о железные кружки, пили теплую воду и рассказывали разные истории. Николай Николаевич вспоминал молодость и пересказывал короткие рассказы, прочитанные в книгах из библиотеки в четвёртой комнате.
Вскоре язык его стал заплетаться, речь становилась медленной и неразборчивой. Дед вырубился прямо сидя на диване за столом. Близнецы удивились, но списали это на возраст.
Вторым уснул Пашка. Парень сидел тихо и так же тихо и задремал.
– Не выспались, видимо, – хотел пошутить Сашка. – Надо им выходной взять.
Аня встала и начала быстро одеваться. Катя тоже поднялась, подошла к Николаю Николаевичу и сняла с шеи висящий на верёвочке ключ от первой комнаты-склада.
– Что ты делаешь? – Сашка почувствовал непонятную слабость и сонливость. – В эту комнату никому, кроме деда, нельзя заходить.
– Мне можно, – ответила Катя и посмотрела на близнеца. – Прости.
Веки парня стали тяжёлыми, будто налились свинцом, и он не мог уже сосредоточить свое внимание. Сашка попытался встать и найти свой автомат, ноги не слушались, и он упал обратно на диван.
– Не сопротивляйся, дорогуша, – Катя подошла ближе и поцеловала Сашку в губы. – Не бойся, это обычное снотворное. Проспите часов восемь и придёте в себя.
Парень еще раз попытался встать и потерял сознание.
Девушки открыли ключом склад и спешно набивали рюкзаки провизией.
Аня заплакала, не говоря сестре ни слова.
– Ну что ты, дурёха, – подбадривала сестру Катя. – В первый раз, что ли? Они не первые и, надеюсь, не последние.
Аня с обидой посмотрела мокрыми глазами и ничего не ответила.
– Или ты, дурочка, влюбилась в этого Пашку? – Катя подошла к Ане и обняла. – Я тебя предупреждала, чтобы не привязывалась к ним. Ну ничего, это пройдёт. Всё проходит, дело времени. Мне вот Сашка тоже понравился, так я ничего… Держусь молодцом, как видишь. Так что утри слёзки и принеси наше ружьё из гостиной, а я пока найду от него патроны. И да… Автоматы близнецов тоже забирай.
– Может, передумаем? – неуверенно сказала Аня. – Останемся, пока не поздно. Притворимся, будто нас тоже вырубило, а Сашке всё приснилось.
– Дурёха, – Катя застегнула свой рюкзак и принялась совать тушёнку и прочие консервы в рюкзак сестры. – Нельзя нам тут задерживаться. Отчим со старшими найдёт и скормит нас свиньям. Забыла, как он это сделал с Копчёным?
– Они такие добрые, – продолжила Аня. – Не такие, как все. Накормили нас, напоили. Приняли в свою семью. А мы? Вот так оставим их без всего?
– Ну всё мы не сможем вынести, – Катя застегнула рюкзак сестры. – Пойми ты, дурочка, твой папаша знает, в какую сторону мы пошли. Мы и так загостились. Если не вернемся, они пойдут нас искать. Тогда пострадают все и твой Пашка в частности. Придем и скажем, мол, так и так, ничего здесь нет. Не густо с бродягами в этом месте. А на провизию случайно наткнулись. Схрон в лесу в лесу чей-то нашли, а рядом труп. Видимо, хозяин. Запоминай, он проверять будет. По очереди вопросы начнёт задавать каждой.
Аня ушла в гостевую комнату и через минуту вернулась с автоматами.
– Так, может, не возьмем ресурсы, а? – предложила Аня. – Раз нет никого? Зима ведь, пропадут без запасов.
– Если мы не принесём провизию, отчим изобьёт, как в прошлый раз, и отдаст своим работникам для утех, а после снова отправит на мороз искать простаков. Еще раз я это не переживу, сестренка.
– Неправильно всё это, – грустно произнесла Аня. – Давай хоть ружьё им оставим.
– Угу, а что в СНТ скажем? Потеряли? Вешай мне на плечо, а автоматы на шею. Я и к ним нашла патроны и магазины.
Девушки взвалили рюкзаки на спины и тяжёлой походкой вышли из дома.
***
Утро следующего дня.
Братья кололи возле крыльца дрова, не разговаривая и не смотря друг другу в глаза. Вчера вечером они проснулись и обнаружили пропажу. Уже стемнело, и прошло много времени, чтобы идти за девушками по следам вдогонку. Всю ночь с Николаем Николаевичем сидели и думали, как жить дальше и что сказать смотрителю станции. Теперь же Никник пошел к Серёже докладывать о случившемся, а братья остались рубить дрова. Их было больше, чем нужно, парни просто хотели себя чем-то занять.
– Я уже был готов, – тихим спокойным голосом произнёс вдруг Пашка.
– К чему? – не останавливаясь, спросил Сашка.
– Признаться Ане в своих чувствах.
– Видишь, как оно бывает, братан.
Издалека раздался еле слышный зов. Братья прекратили рубить и прислушались.
– Зверь что ли какой? Или зомби?
– Или человек.
– И что прикажешь делать? – Сашка бросил колун на снег и взял в руки топор. – Оружия у нас больше нет. Может, в доме запрёмся от греха подальше?
Звук приближался и был слышен всё лучше и лучше. Это был девичий голос, и он просил о помощи. Парни узнали его и, не раздумывая, побежали навстречу.
Через какое-то время они встретили Катю. Девушка, изнемогая, несла на спине сестру и разговаривала сама с собой. На шее
