— Мы оба знаем лишь то, — процедил он сквозь стиснутые зубы, — что назвать вас червем значит обидеть славный мир фауны.
— Если бы вы сами попытались с ней... О-о-о! — Хорэс сложился пополам, получив новый удар, но вторая рука лорда Бедвина надежно удерживала его на месте.
— Скажите спасибо, — прошипел он, — что вы находитесь в доме моей бабушки на празднике. В противном случае я с удовольствием отослал бы мисс Лоу и задал вам трепку, которой вы заслуживаете. Уверен, в конце вы лежали бы на полу в луже крови, а ваше лицо превратилось бы в сплошной синяк.
Он опустил руки, и Хорэс с жалким видом отошел от дерева и начал приводить в порядок сюртук и сорочку.
— Вы так думаете, Бедвин? — с нарочитой беспечностью спросил он. — Боже мой, и все из-за проститутки, которая рада вниманию любого, кто носит брюки.
Лорд Рэнналф прекрасно помнил, что драка может спровоцировать скандал на садовом празднике леди Бимиш, поэтому ни один из его ударов не был направлен Хорэсу в лицо. Тесно прижавшись к подоконнику, Джудит наблюдала за происходящим, с трудом отдавая себе отчет в том, что Хорэс, хотя и пытался махать кулаками, не нанес ни одного серьезного удара. Это не было дракой, хотя Эффингем имел все шансы начать ее. Это больше походило на наказание, и оно закончилось, когда обидчик Джудит оказался на земле, стоя на четвереньках, шумно кашляя и сплевывая на траву.
— Вам, очевидно, будет угодно отказаться от ужина, Эффингем, — проговорил лорд Рэнналф абсолютно ровным голосом, как будто ничего не произошло. — Меня стошнит, если я увижу вас за столом в доме своей бабушки. И в будущем держитесь подальше от мисс Лоу, слышите? Даже когда я буду не в состоянии следить за вами. Я все равно узнаю, и уж тогда ваша жизнь будет висеть на волоске... в лучшем случае. А теперь убирайтесь.
Хорэс медленно поднялся на ноги, держась рукой за живот. Он был бледен как полотно. Но прежде чем отправиться восвояси обернулся и посмотрел на лорда Рэнналфа.
— Вы мне за это ответите, — сказал он и перевел взгляд на Джудит. — И ты тоже мне ответишь! — Глаза его сверкнули ненавистью.
А когда он, наконец, ушел, Джудит увидела, как побелели у нее костяшки пальцев: с такой силой она вцепилась в подоконник. У нее дрожали колени и желудок сводило от страха. Лорд Рэнналф отряхнулся и повернулся к ней. Она тут же поняла, что надо было использовать время, чтобы привести себя в порядок.
— Мне жаль, что вы стали свидетельницей подобной жестокости, — проговорил он. — Мне следовало отослать вас домой, но вряд ли вам хочется, чтобы гости увидели вас в таком виде.
Не дождавшись ответа, он вошел в домик.
— Вы выдержали нешуточный поединок, — заметил он, — вы очень смелая.
Потом он взял ее руку в свою и накрыл сверху ладонью.
— Это больше не повторится, — пообещал он. — Я знаю таких мужчин, как Эффингем. Они ведут себя жестоко по отношению к женщинам, которые отказываются обожать и боготворить их, и до смерти боятся мужчин, призывающих их к ответу. Уверяю вас, он испугался и на всю жизнь запомнит мое предупреждение.
— Я ничем не спровоцировала его поведение, — проговорила Джудит, не в силах сдержать дрожь в голосе. — Я пришла сюда не с ним.
— Знаю, — ответил Рэнналф, — я видел, как вы обошли дом, а потом заметил его, отправившегося следом. Мне потребовалось несколько минут, чтобы отвязаться от своей компании и незаметно исчезнуть с праздника. Прошу прощения, что пришел слишком поздно.
Прическа у Джудит растрепалась, и длинные волосы свисали по обеим сторонам лица. Глянув вниз, она обнаружила, что платье сбилось во время отчаянных попыток освободиться и некогда скромный вырез теперь открывал верхнюю часть грудей. Она подняла свободную руку, чтобы поправить платье, но ладонь дрожала так сильно, что невозможно было даже ухватить ткань.
— Идите сюда. — Лорд Рэнналф взял ее за руку и усадил на скамейку. Сам он опустился рядом, не выпуская ее ладонь и ободряюще похлопывая рукой по плечу. — Хоть на несколько минут забудьте о своей внешности. Никто сюда больше не придет. Если хотите, опустите голову мне на плечо. Вдохните воздух полной грудью.
Джудит подчинилась, и они просидели так пять или десять минут, не двигаясь и не произнося ни слова. Как двое таких похожих на первый взгляд мужчин могут быть совершенно разными, недоумевала Джудит. Лорд Рэнналф сделал ей непристойное предложение после аварии почтового экипажа и не замедлил воспользоваться случаем. Чем он тогда лучше Хорэса? На самом деле она давно уже ответила на этот вопрос. И продолжала твердо верить в собственный ответ — сейчас даже больше, чем когда-либо. В тот день он бы уехал один, если бы она сказала «нет». Он оставил бы ее в трактире у почтовой станции, если бы она отказалась последовать за ним на постоялый двор возле рыночной площади. Он позволил бы ей спать на кушетке в кабинете, если бы она отказала ему. Хотя нет, он бы предоставил ей кровать и лег бы на кушетке сам. Джудит знала это наверняка. Лорд Рэнналф Бедвин готов был флиртовать и даже заниматься любовью с женщиной, разделявшей его желания, но он никогда не стал бы брать женщину силой.
И тем не менее он собирается порочить брачные узы любовными связями на стороне. Такое поведение не соответствовало ее представлениям об этом мужчине. Но она ведь — да, чего уж там говорить, — была влюблена в него, и для нее было естественно идеализировать его.
Джудит подняла голову, высвободила руку и отодвинулась от него. Она с благодарностью отметила про себя, что он не повернулся, пока она поправляла лиф платья и приводила в порядок волосы. Наконец Джудит спрятала волосы под шляпкой и надела накидку.
— Я готова, — сказала она вставая. — Спасибо вам, лорд Рэнналф. Не знаю, как смогу отплатить вам за добро. Я, кажется, все время оказываюсь у вас в долгу. — Она протянула ему правую руку, которая, к ее чести, нисколько не дрожала.
Лорд Рэнналф встал и взял протянутую ладонь обеими руками.
— Если хотите, — предложил он, — можете отказаться от ужина и последующих развлечений, сказавшись усталой, Я прослежу за тем, чтобы вас отправили домой в бабушкиной карете, и даже пошлю с вами лакея, если вы боитесь ехать одна. Только скажите.
До чего же соблазнительное предложение! Джудит не представляла себе, как выдержит предстоящий ужин и как будет, сохраняя спокойствие, вести беседу с любым человеком, который окажется рядом. Она не в силах будет смотреть на лорда Рэнналфа Бедвина рядом с Джулианой, а он, конечно, будет сидеть подле нее. «Но ведь я леди, — напомнила себе Джудит. — И хотя не самая близкая родственница дядюшки Джорджа, все же член семьи».
