на кафедре никого не было, зато была она. Повернулась, улыбнулась. Не просто улыбнулась — прямо просияла улыбкой. Ирвина как мягкой лапой кто-то внутри погладил.
И уж конечно, он тут же сгрёб её в охапку, правда, снаружи, в коридоре. И кто б знал, сколько бы они там простояли, если бы не холера некромантская Элисон Горэй, кто только её звал!
Ивин постарался транслировать Айлинн всё возможное спокойствие и поддержку, взял её за руку, подмигнул успокаивающе — мол, всё норм, я с тобой — и двинул внутрь следом за Элисон.
А Элисон уже что-то вещала профессору Довсу. Ирвин прислушался.
— Посмотрите пожалуйста, профессор. И вместе подумаем, что тут можно сделать, — и голос у неё был как-то такой, что Ирвин даже с ходу не понял, чего ей вообще надо.
Профессор Довс громко хрюкнул.
— Айлинн, детка, Бакстона не видела ещё сегодня? — спросил громко.
— Я здесь, господин профессор, — также громко сказал Ирвин и заглянул в кабинет заведующего, не выпуская, впрочем, руки Айлинн.
— Вот и славно, что здесь. Заходи и полюбуйся, — и подаёт Ирвину бумагу с большим количеством мелко напечатанного текста.
Ирвин взял и вчитался.
Так, это какая-то докладная, кто автор? О, драгоценный Джеймс Оливер и кто он там ещё. Ещё одна холера некромантская. Даже не холера, скотина. «Довожу до вашего сведения следующие факты вопиющего нарушения целесообразности учебного процесса, систематичности и последовательности осваиваемых знаний и навыков»… чего? Это вообще о чём?
Ирвин вчитался, и оказалось — о том, что он, Ирвин Бакстон, не имеющий ни степени учёной, ни звания профессора, ничего, имеет наглость устраивать какие-то факультативы, привлекать к ним каких-то студентов, с которыми даже не работает, потому что не имеет нужной квалификации, и не принимать во внимание мнение компетентных старших товарищей по этому поводу. Причём то самое мнение до сведения Ирвина Бакстона было предметным образом доведено.
Чего? Это вот всё словоблудие — по тому поводу, что он пропихнул первокурсников на игры факультета? Да ладно, ему что, жалко?
Ирвин взглянул на Айлинн, но та смотрела непонимающе, и он сунул ей лист. Посмотрел на профессора и на Элисон.
— Э-э-э-э… это серьёзно? — только и смог он спросить.
— Полагаю, да, — впрочем, профессор Довс тоже прячет усмешку.
Профессор — союзник?
— Необыкновенно серьёзно, — если бы Ирвин не был уверен в том, что Элисон смеяться не умеет, то и не удивился бы, потому что она усмехалась.
— И что с этим делать? Если что, я не готов обламывать студентов, они уже по уши во всём этом деле и готовятся. А если перестанут готовиться, мы их потом до самого выпуска ни в какие мероприятия не затащим, вот увидите, — и почему дурак этого не понимает?
Вообще он сам-то давно ли был студентом, забыл, что ли?
— Я склонен согласиться со своим сотрудником, — кивнул Довс. — Студенты вовлечены в процесс подготовки, серьёзно тренируются, что несомненно идёт им на пользу. Всем студентам — и вашим, Элисон, и нашим.
— Я поняла вас, — Элисон снова усмехнулась. — Пока это… явление было адресовано только мне, я желала послушать, что думает по вопросу ваша сторона.
— Я не вижу в действиях Бакстона ничего предосудительного, — пожал профессор Довс плечами. — И вам, Элисон, желаю того же. Не знаю… поговорите с вашим сотрудником, расскажите ему о наших традициях, в конце концов. Я понимаю, что он у нас взялся… издалека, и что-то может показаться ему странным. Пускай привыкает.
Чего? Взялся издалека? Это откуда?
Ирвин ничего не слышал о том, что у Сазерлендов кто-то взялся откуда-то издалека. Нужно узнать? Но вообще во время учёбы мимо такого павлина пройти было бы никак нельзя, он здесь не учился. Тогда где же?
Элисон кивнула, поднялась и вышла из кабинета профессора, а уже оттуда провалилась в свою изнанку мира.
— Что это было, профессор? — спросил Ирвин.
— Не бери в голову, — отмахнулся тот. — Взялся — и делай, ладно? И вот ещё, кстати. После зимних каникул у нас здесь будет конференция, как раз по нестандартным взаимодействиям. Большая и с международным участием. Давай-ка ты подумаешь и выступишь с чем-нибудь, хорошо? — и смотрит на Ирвина так, будто тот только и делает, что на конференциях выступает, и для него это самое обычное, что только может быть.
— Профессор? — не поверил Ирвин.
Какая, нахрен, конференция, можно без этого?
— Спроси у Айлинн, она расскажет тебе, что это не страшно. Если сам тему не придумаешь — приходи, сообразим вместе. Для начала это может быть какой-то случай из практики, или обобщение нескольких случаев. Всё то же самое, что ты делаешь со студентами, только словами, а не действиями.
— Профессор, я не умею словами, — выдавил Ирвин из себя.
— Значит, пришло время научиться, — сообщил профессор. — И вообще, пара уже начинается, дуй в зал. И по дороге подумай.
Он сам поднялся из-за стола, и Ирвину тоже не осталось ничего, кроме как повернуться, взять ключ от зала и пойти, куда послали.
Ничего, он ещё подмигнёт Айлинн на прощание. Потому что впереди — отличный вечер.
Глава двадцать пятая
Все переживают рабочий день
В тот день Айлинн удавалось всё.
На кафедре ничего страшного не возникло — если не считать явления профессора Горэй, конечно. Но та вроде бы не была слишком настроена против Ирвина, более того, Айлинн показалось, что профессор усмехается, поглядывая на Ирвина. Не было ли у них чего друг с другом?
Да если и было, разве сейчас это имеет какое-то значение? Профессор Горэй уж точно ничего личного к Ирвину не имеет.
Или имеет?
Может быть, набраться смелости и спросить у него?
Ладно, это потом, а пока всё в порядке. И нужно ещё сходить в лабораторию, провести серию опытов. Там сегодня не должно было быть никакого Томаса, а это значит — работаем, практическая часть сама себя не сделает.
Томаса и не было, и Айлинн вернулась на боевой факультет незадолго до того, как у Ирвина закончились все его пары, факультативы и консультации.
— Привет, — он вошёл и плюхнулся на стул, зевнул. — Чёрт, спать нужно больше. Но не сегодня, да? Я заказал еды домой, поехали?
Вот так сразу? Прямо сейчас?
— Поехали? — осторожно переспросила она.
Он поднялся со стула и подошёл к ней.
— Айлинн, я необыкновенно серьёзен. Точнее, вообще не припомню, когда был так же серьёзен ну хоть с какой девушкой. Я хочу с тобой. Быть, жить, делать что-нибудь вместе. Проводить время. Разговаривать. Пробовать, как это — вместе с тобой, и не
