умею.
— Рембо! — окликнул своего помощника. — На тебя вся надежда!
— Хозяин, я уже крылья почти стер! — взвыл бедолага. Ведь ему и правда пришлось выложиться на полную, а тратить монеты и призывать новых бесов я не могу. Как минимум потому, что мне было запрещено брать с собой золотые монеты.
— Дава-ай! Я в тебя верю! И помогу тебе, чем смогу! — вспомнил, как меня учили управлять парашютом, и стал использовать полученные знания на практике.
— Господин, просто не тяните стропы! — взмолился бес. — Прошу! Только хуже делаете!
В итоге поделился с Рембо энергией, немного усилил его, и мы всё-таки смогли приземлиться ровно в надувную лодку, что плескалась на волнах в десятке километров от ближайшего берега.
Лодка довольно длинная, и рассчитана она на пятнадцать человек, так что приземлиться именно в нее — не сказать, чтобы слишком сложно. Правда, Рембо почему-то так не думает, но я с ним в корне не согласен.
Сразу отстегнул парашют и сбросил его в воду, после чего занял место на носу лодки и принялся ждать. Пока ждал, мой парашют начал шипеть и растворяться в воде. Кстати, довольно интересный способ сокрытия следов, а всего-то надо было использовать специальный состав ткани и простейший артефакт, приводящий к активации растворения в соленой воде.
Совсем скоро на мою лодку приземлился еще один боец, затем на соседней разместился еще один. И так, по прошествии всего десяти минут, все места были уже заняты, а парашюты растворены в воде. Стоит отметить, что в диверсионном отряде нет неопытных бойцов. Как минимум, никто из нас не приземлился в воду, а значит все прекрасно умеют правильно пользоваться парашютом. Ну ладно, все, кроме меня. Но я этот недостаток компенсирую другими своими преимуществами.
— Да ну? Ты живой, что ли? — хохотнул последний, кто приземлился в лодку. — А я думал придется плавать, искать тебя! И почему, кстати, ты раскрыл парашют в самый последний момент? Не мог пораньше дернуть за кольцо?
— Переживал за меня? — улыбнулся я.
— За лодку! Прошиб бы ее, и на чем нам дальше плыть? — хохотнул мужик.
Ага, действительно, почему я раскрыл парашют в последний момент? Насколько я слышал, так умеют делать только профессионалы, с целью приземлиться как можно быстрее и незаметнее.
Но я не профессионал. Мне просто выдали не ту модель парашюта, которой я пользовался в свой первый прыжок. Тот был купольный, а этот в форме крыла, и тут всё немного по-другому. Вот только зачем сообщать об этом диверсантам? Они и так прыгали уже со всеми видами парашютов, потому знают, когда и за какое кольцо нужно дергать.
Вскоре лодки выстроились в ряд и рванули в сторону берега. Дорога заняла около трех часов, и это при том, что эти лодки были не простыми. В них встроены специальные артефакты, позволяющие уменьшать качку и разрезающие волны впереди, потому неслись мы на огромной скорости, не боясь перевернуться. Мне даже показалось, что эти артефакты как-то завязаны на магию гравитации. То есть, они не разрезают волны магией воды, а скорее как-то утяжеляют лодку.
Надеюсь, что ошибаюсь. Ведь играться с гравитацией — очень опасное и непредсказуемое занятие. Знал одного такого, с Даром гравитации, и довольно часто вспоминаю о нем. Дело в том, что он единственный в своем роде и, как минимум, уже это говорить об опасности подобной магии.
— Стоять! — скомандовал по рации Серый. — Мы почти на месте. Переходим к фазе высадки!
Да, всё это проговаривалось во время инструктажа, наверное, раз двадцать. Но в этой фазе я практически не участвую, так что мне оставалось просто сидеть и наблюдать за происходящим.
Бойцы ловко отстегнули моторы, вставили гравитационный артефакт в специальную выемку, и в следующую секунду всё это быстро отправилось на дно. А дальше мы взяли весла и стали загребать в сторону берега, до которого осталось меньше километра.
После высадки, кто-то стал быстро сдувать лодки, другие сразу отправились на разведку и встали в дозоры, остальные принялись переносить экипировку и копать глубокую яму. Как раз в ней мы и похоронили разобранные лодки, весла, и все остальное, чего нам не пригодится во время выполнения задания.
— Так, теперь разбились на группы, и выдвигаемся к указанным точкам, — скомандовал Серый.
Но он мог бы и не командовать. И без него все знают, что делать дальше. Не зря же мы строили столько планов и отрабатывали каждый шаг по несколько раз.
Кстати, многие не верили, что я смогу справиться со следующей фазой. Ведь добираться до точки нужно бегом, при этом прихватив с собой всю необходимую экипировку. А это не простая пробежка, а шестичасовая, и только половину пути мы успеем пройти ночью. Три часа всё же придется бежать под палящим солнцем, и подготовиться к подобному невозможно. Так что бежать надо, используя исключительно силу своего Дара, иначе организм попросту не выдержит.
Но, ко всеобщему удивлению, я всё-таки справился. Разве что пришлось делать вид, будто бы я устал и вот-вот выплюну легкие от одышки. Впрочем, пробежку, и правда, легкой не назовешь, так как все шесть часов мы неслись на предельной скорости, и ни разу не остановились на привал. Почему так? А не знаю. Командиры не говорили, а я и не стал допытываться. Раз так надо, значит, надо. Это не учения и не тренировки на полигоне, и если от бойца здесь требуют совершить марш-бросок, значит, иначе никак. В противном случае, командир попытался бы как-то сохранить солдату как можно больше сил для предстоящей операции.
Примерно за семь километров от города мы остановились, перевели дух, и на этом разошлись в разные стороны, по одиночке. Кто-то пойдет в город по одной дороге, кто-то обойдет и будет заходить с другой стороны. Другие переночуют в оазисе и отправятся в город уже завтра, а то и послезавтра. Всего на заход в город и размещение нам отведено три дня, но первая группа рискует больше всех.
Каждому в группе нанесли временную магическую татуировку в самом сокровенном месте, и в случае смерти кого-то из
