Она взглянула на Брэма, и тот великодушно махнул пустым бокалом.
— О, действительно, мисс Финч, продолжайте. Расскажите все. А я подожду и выскажусь в конце.
Они обменялись взглядами, и оба вдруг улыбнулись. Более того, Сюзанна с трудом удерживалась от смеха, хотя ничего смешного в этом разговоре не было.
— Я понимаю, папа, что смотр милиции — это очень важно, — продолжила девушка, повернувшись к отцу. — Но если честно, то… Насколько я знаю, лорду Райклифу трудно признать, что начало не вселяет надежду. Откровенно говоря, его рекруты безнадежны. Смотр может оказаться катастрофой, которая поставит в неудобное положение всех нас.
— Нет, подождите, — сказал Брэм. — Ведь у нас было всего несколько дней. Я обучу этих мужчин…
— Вы ведь сказали мне, что я могу высказаться, — перебила Сюзанна. Она снова повернулась к отцу. — В то же самое время, папа, среди дам в «Рубине королевы» растет озабоченность. Упражнения милиции сорвали их расписание, и они лишились самого запоминающегося времени лета — планирования ярмарки летнего солнцестояния. Некоторые дамы думают об отъезде из Спиндл-Коув, что также может стать катастрофой, пусть и другого рода. — Она тяжело вздохнула. — Так что лорд Райклиф и я… мы решили сотрудничать и защитить то, что является самым дорогим для нас обоих. Тренировки милиции и приготовления станут общей задачей всех жителей деревни. Нам очень много нужно сделать, и лорд Райклиф признал, что не сможет обойтись без моей помощи. — Она осторожно взглянула на Брэма. — Но вместе мы сумеем сделать так, чтобы все нами гордились. Что вы об этом думаете, папа?
Сэр Льюис пожал плечами:
— Мне это кажется логичным. Но думаю, что не стоило беспокоить меня из-за этого и отвлекать от работы.
— Есть еще кое-что… — сказал Брэм. — Вопрос, который требует вашего ответа.
Сюзанна сглотнула.
— Папа, мы можем устроить бал?
— Бал?.. — эхом отозвались мужчины.
— Да, бал. И мы бы хотели устроить бал здесь, в Саммерфилде. Офицерский бал сразу после полевого смотра. Я знаю, папа, что у вас будут уважаемые гости по этому случаю, и бал — прекрасный способ оказать им честь и развлечь их. Это также будет наградой для добровольцев милиции после тяжелого труда. Молодые дамы будут с нетерпением ожидать бала. И у них появится причина, чтобы остаться.
— Хорошо, Сюзанна. Вы можете устроить бал.
Отец поставил свой бокал на стол.
А затем его поведение резко изменилось — взгляд сэра Льюиса рассеянно блуждал по комнате, словно старик что-то искал. И Сюзанна почувствовала, что наступил один из тех ужасных моментов, когда ее дорогой папа, которого она боготворила с детства, превращался в незнакомца по имени Льюис Финч. И этот человек выглядел очень старым и очень усталым.
Сэр Льюис протер глаза и проговорил:
— Я знаю, что на первый взгляд эта милиция кажется довольно глупой затеей. Но очень многое лежит на чаше весов для всех нас. И я с удовлетворением вижу, как вы двое работаете вместе, чтобы обеспечить наш успех. Спасибо. Теперь извините меня.
С этими словами старик вышел из комнаты.
Брэм повернулся к Сюзанне. Лицо его было непроницаемым.
— Не могу поверить, что вы это сделали, дорогая.
— Не можете поверить, что я спасла вашу жизнь и карьеру? Кажется, для вас между тем и другим нет различия.
— Но вы только что дали своему отцу основание сомневаться во мне. Вы сказали ему, что без вашей помощи я не смогу выполнить его поручение.
Она вздохнула. Почему так получается, что мужчины, такие большие и сильные, оказываются такими хрупкими, когда дело касается их гордости?
— Да, я сказала ему, что вы не сможете сделать это один. И в этом нет ничего постыдного. — Она подошла к Брэму, хотела прикоснуться к нему, но, передумав, скрестила руки на груди. — Как только что сказал мой отец, слишком многое лежит на чаше весов. И я действительно знаю, что этот смотр значит для вас. Вы должны проявить себя после ранения, и это ваш единственный шанс.
Ему хотелось возразить, но он все же кивнул:
— Да, это так.
— Тогда позвольте вам помочь, — сказала Сюзанна. — Я хотела бы, чтобы у вас самого все получилось, но мы должны смотреть фактам в лицо. У вас есть чуть более двух недель, чтобы обеспечить мужчин формой и обучить их должным образом. Я уже не говорю о подготовке самого смотра. Очень много предстоит сделать, вы не справитесь без меня.
Брэм провел ладонью по волосам.
— Теперь, когда вы добавили к смотру еще и офицерский бал, — да, полагаю, что не смогу.
— Это была чистая импровизация, — призналась Сюзанна. — Но вышло хорошо, верно? Если что и заставит миссис Хайвуд и других остаться — так это перспектива бала. Поэтому все мы, мужчины и дамы, должны стремиться к успеху.
— Что-то мне подсказывает, что у вас, мисс Финч, уже есть какой-то план.
— Не план, — она улыбнулась, — а расписание. Как вы знаете, по понедельникам — прогулки. По вторникам — морское купание. По средам мы в саду, а по четвергам стреляем. По пятницам же мы всегда поднимаемся наверх, к замку. Устраиваем там пикник, делаем эскизы, даем театральные представления. А иногда просто беседуем или плетем интриги. Так вот, сейчас мы объединим приятное с полезным. И все получится, вот увидите. — Тут Сюзанна вдруг поцеловала Брэма в щеку и добавила: — Спасибо вам за все.
Он схватил ее за локоть, не давая отступить.
— А как насчет нас? Что будет с нами?
— Ну, вы… Вы мне все еще нравитесь. — Собравшись с духом, она спросила: — А я вам нравлюсь?
На несколько минут воцарилось молчание. И в тот момент, когда Сюзанна уже начала отчаиваться, Брэм вдруг обвил ее руками и привлек к своей груди. И тотчас же ее тело вспомнило каждый дюйм его тела и каждую секунду их блаженных любовных ласк. А затем вернулась знакомая боль, эта сладостная и острая боль желания, которая только усилилась, когда он впился в ее губы страстным поцелуем. Спустя несколько секунд она начала задыхаться, жаждущая и влажная.
Затем Брэм чуть отстранился от нее и вздохнул. Прежде чем повернуться и уйти, он произнес одно-единственное слово.
Он сказал:
— Нет.
Глава 18
Ему не «нравилась» Сюзанна Финч. Брэм это точно знал.
«Нравится» — это как бланманже. Нечто приятное и банально сладкое. Такое всегда на столе. Это то, от чего человек мог бы и не отказаться, но не попросил бы второй порции. В слове «нравится» не было той дикой, безрассудной страсти, которая заставила его лишить девственности леди на деревенской площади.
Нет, ему не «нравилась» Сюзанна. Кроме того, Брэм был в недоумении, не знал, как описать свое эмоциональное состояние. Что же касается Сюзанны…
