Всю его нижнюю часть занимала пасть, сверху и снизу утыканная иглообразными зубами. По бокам у рыбы трепыхались маленькие плавники. Белесые глаза были лишены зрачков. Прямо над ними изо лба тянулся длинный и тонкий отросток со свисавшей на конце голубой жемчужиной. Испуская нежное сияние, она раскачивалась перед пастью рыбы, как будто заманивая подойти ближе и заглянуть внутрь.
— Твой самый красивый поклонник, миледи, — заржал Хиггинс. — Он же — единственный.
Услышав его голос, рыба громко клацнула зубами. Дана невольно содрогнулась, представив, как эта челюсть смыкается у нее на лодыжке. Вспомнив о скелетах на дне, девушка побледнела и отошла как можно дальше от воды.
Ее внимание привлекло сооружение в центре острова. Закрытый четырехгранный постамент рос прямиком из камня под ногами, в полумраке смахивая на длинный черный коготь. Справа и слева от него на тонких ножках высились две мраморные чаши. Каждая из них была заполнена жемчужинами, сродни той, что торчала изо лба рыбы-удильщика. Давая приглушенное сияние, голубые минералы освещали мрачный аналой. На его пюпитре расположилась замусоленная книжка.
— Опять «Уморительные загадки для бездельников всех стран, возрастов и сословий», — хмыкнула Дана, прочитав название. Брошенная у аналоя фраза прозвучала необычайно громко, отразившись эхом от стен пещеры.
Застигнутая врасплох магиня невольно попятилась. Издав тихий смешок, книга пришла в движение. Раскрылась потрепанная обложка, и зашуршали переворачиваемые сами собой страницы. Наконец движение их прекратилось, и на Дану уставился литографический рисунок.
— Это же я! — изумленно воскликнула девушка.
Черно-белый оттиск изображал подземный островок с аналоем в центре. У постамента замерла женская фигура. Расположившись к читателю спиной, она смотрела в раскрытую книгу.
Внезапно литография ожила. Из-за края картинки показался второй силуэт — более низенький и широкий, чем первый. Подойдя к черно-белой девушке, он встал рядом.
— Тут какие-то буквы, — раздался сбоку Даны голос Хиггинса.
Обернувшись, та увидела подле себя коротышку. Ни капли не впечатленный Хиггинс стоял, заглядывая в книгу из-под локтя магини.
— «Отгадай загадку, и я верну ответ», — опять повернувшись к литографии, прочитала девушка надпись в самом низу.
Страница книги сама собой перевернулась, будто от дуновения одной лишь ею осязаемого ветра. Новый разворот был почти чист. Лишь справа на листе темнели четыре коротенькие строчки.
— Хм. Судя по всему, это и есть та самая загадка, — задумчиво произнесла Дана.
Скрючен и мал — в самом начале,
Прям и силен — в самом разгаре,
Утратил соки лишь в конце.
Кто я?
Закончив читать, она густо покраснела. Рядом с ней глумливо захихикал Хиггинс.
Внезапно девушку осенило.
— Минуточку! — воскликнула она. — Я поняла! Ответ — «человек»!
— Чего? — недоуменно спросил коротышка. — Какой еще человек?
— Подумай сам, — с глубокомысленным видом пояснила Дана, — каждый из нас рождается на свет младенцем, лежащим скрюченным в своей колыбели. Затем мы вырастаем и становимся взрослыми, полными сил людьми, которые ходят по миру прямо. И наконец на закате лет мы теряем все свои жизненные силы и превращаемся в высушенных стариков. Ответ на загадку — «человек». Просто в разные периоды его жизни.
Позади них негромко забулькало и забурлило. Плававшая у берега рыба-удильщик стремительно ушла под воду. На глубине ее очертания стали набухать и расползаться, будто чернильное пятно, пролитое на скатерть.
Мгновение спустя раздался мокрый шлепок о камни.
Не замечая этого, Дана и Хиггинс все так и стояли перед раскрытой книгой.
— Ну и дела, — озадаченно выпятил нижнюю губу коротышка, — только к чему все это?
Книга вновь издала звук, похожий на смешок. Запрыгав по пещере гулким эхом, он вернулся искаженный и умноженный многократно, словно сонм диких голосов гоготали над Даной и Хиггинсом. На чистой странице слева проступили черные пятна. Растекшись по бумаге, они сформировали очередной литографический рисунок. Свежий черно-белый оттиск изображал знакомую пещеру. Уродливая тварь с головой рыбы-удильщика и телом человека выбиралась из воды на берег. Изображение шевелилось, как живое, и монстр на картинке медленно двигался вперед. Внизу заглавными буквами было отпечатано слово «ВЕРНО».
Вскрикнув, Дана и Хиггинс дружно обернулись. Сияние магической сферы озарило антропоморфную фигуру. Голова хищной рыбы оставалась прежней, но теперь сидела на могучей шее. Вместо ушей по ее бокам трепыхались маленькие плавники. Покрытое зеленой чешуей тело блестело от воды и слизи. Чудовище ковыляло в сторону аналоя, ощупывая пространство перед собой длинными руками.
Его нога запнулась об оставленный коротышкой рюкзак. Опустившись на колени, рыба принялась ощупывать находку. Острые как бритва когти вспороли грубую ткань, и из разрезов на каменный пол высыпалась окуни, форель и краснопёрки. Нашарив одну покрупнее, тварь поднесла добычу к своей морде. Разинув широченную пасть, она запихнула ее внутрь и с хрустом заработала челюстями.
— МОЯ РЫБА! — возмущенно заорал Хиггинс.
Прекратив жевать, тварь повернула голову в его сторону. Лишенные зрачков глаза слепо выпучивались в ее глазницах. Светящийся голубой шарик мерно покачивался на тянущемся изо лба отростке.
— Заткнись, идиот! — едва слышно прошипела Дана. — Она нас не видит!
— Она жрет мой улов! — перейдя на шепот, ответил коротышка. Схватившись за голову, он в отчаянии наблюдал, как трансформировавшаяся рыба-удильщик с аппетитом предается каннибализму.
— Лучше твой улов, чем нас самих! Тихо уходим, пока она ест!
— Куда?! Если ты вдруг не заметила — мы на острове!
Магиня в нерешительности замерла, затравленно озираясь по сторонам. Позади нее зашуршала перелистываемая страница. Обернувшись на звук, Дана и Хиггинс увидели новую загадку.
— «Что острее меча?», — прочитала девушка одинокую строчку справа. Как и в первый раз, левая половина разворота была девственно чистой.
— Эту загадку я тоже знаю, — сказала Дана. — «Орлиный взгляд».
— Дура! — в отчаянии хлопнул себя по лбу Хиггинс.
Пещера вновь содрогнулась
