прибежит! Ка-а-ак схватит! И пожрать, сволочи, не дали. Слушай, можно я тебя чуть-чуть кусну?
- Совсем сдурела?
На всякий случай я отпрыгнула от Барбары подальше.
- Я сейчас озверею! Ува!
- Мы не можем вернуться в Блэкхевен. Мясные лавки закрыты и даже свиной крови взять негде. Укусишь кого-то на улице – и даже Шон не спасет от казни. И я тебе тоже не дамся, я еще жить хочу.
- Тогда пошли в склеп, - вздохнула Барбара, поняв, что еда категорически отказывается быть поданной к… клыкам.
И бодро направилась к выходу из корпуса, а затем – по улице вниз, в направлении старого кладбища.
- Мяф! – раздалось из сумки, что я перевела как «это ОЧЕНЬ плохая идея».
- Зачем в склеп? – крикнула я в спину вампирше.
- Я там пару шприцев с кровью в кусты выкинула, когда меня стражи брали. Чтоб не раскрыли.
- Барбара! – взмолилась я. – Нам нужно вернуться в дом! Нам нельзя разгуливать ночью по улицам. И тем более по кладбищам! В Вербии действует опасный демон!
- Если я в ближайшее время не поем, то все демоны этого мира покажутся тебе милыми щенятами! Можешь не ходить со мной. Я поем и вернусь домой, как и хочет мой дражайший, но слегка туповатый супруг.
Я живо представила, как Барбару вновь арестовывают за осквернение мест захоронения. Как она опять представляется Увой Хендрикс, и на моей репутации расплывается еще одно грязное пятно.
- Оставить друга в беде – это ведь плохо, - вздохнула я. – Это веская причина нарушить приказ начальства.
- Мяф! – отозвался бесенок.
Это могло означать как «ты совершенно права, хозяйка, мы не можем бросить фрейлину одну», так и «выпусти меня из сумки, моя пушистая жопка не переживет порку ремнем, если Шон узнает!». Но я трактовала ответ так, как хотела. В конце-то концов, не хочешь влипать в неприятности – не мяфкай.
Глава 12. Лучший способ победить демона
Думать как демон, действовать – как некромант
Вместе с ночью пришел промозглый холод. Я совершенно не ожидала, что окажусь на улице, да еще и посреди кладбища, в такое время, и не захватила теплых вещей. Так что, пока Барбара ползала по кустам, переступала с ноги на ногу в бесплодных попытках согреться. Холодно было даже Мяфу: он вылез из сумки и устроился у меня под рубашкой. Выгонять наглого бесенка не было ни сил, ни желания: он хоть немного, но грел.
А еще мы снова оказались у склепа Вольгуртов, и я на него опасливо косилась. Если снова пробудится какой-нибудь дух, я не смогу его упокоить, как это сделал Шон. Вот будет неловко.
- Долго ты там еще? Барбара, я замерзла!
- Ща, ща, один нашла, еще два осталось.
- Нашла же! Перекусила – и хватит. Завтра с утра сбегаю тебе за кровью. Пойдем, ну, пожалуйста! Вдруг Шон уже победил демона и вернулся, а нас нет? Он там, поди, ремень разминает.
- Главное, чтобы он там с крысой-директрисой не разминался, - рассеянно откликнулась Барбара. – О! Наш… а, нет, это кто-то разбил очки.
Мне вдруг послышались голоса неподалеку. Я замерла. Мяф навострил уши.
- Барбара! Барбара! Слышишь?!
- Что?
Из кустов высунулась кудрявая голова вампирши.
- Не слышу.
- Стража идет! Быстро, прячемся!
Делать было нечего, в камеру не хотелось – другой леди Баумгартнер, которая нас бы вытащила, не имелось. По проторенной дорожке я рванула к склепу, отодвинула плиту и юркнула внутрь. Барбара забежала следом. Затаив дыхание, мы прислушались.
- Никого здесь нет, я же говорил.
- А я слышал. Готов поспорить, здесь опять кто-то шныряет. Слышал, что сказал командир? На этой неделе снова сперли памятник! Зачем они, ума не приложу?
- Детишки балуются. Я слышал, у них такая игра. С жиру бесятся, тратят родительские денежки и никого не боятся. Идем уже, жрать хочется.
- Погоди. Смотри, следы. Ведут, кажется, к склепу.
Я похолодела. Барбара едва слышно выругалась, Мяф задрожал. Сейчас стражники откроют дверь, увидят нас и…
- Быстро! Сюда!
Я вспомнила про потайной ход под крышкой гробницы. Откуда только силы взялись: одним движением сдвинула плиту, дождалась, пока Барбара спрыгнет, бросила вниз Мяфа и нырнула сама. Едва успела вернуть крышку на место (на наше счастье скрип совпал со скрипом входной плиты) и замерла.
Руку обожгло болью – поцарапала, когда слезала. В абсолютной тьме не было видно, насколько серьезная ссадина, но из-за пульсирующей боли пришлось прикусить губу.
Мучительно долго длились секунды тишины. Нарушаемой лишь звуком шагов наверху.
- Видишь? Здесь никого. Может, родня навещала. Идем, если будем совать нос во все склепы, провозимся до утра.
Потом звуки стихли.
- Кажется, ушли, - шепнула Барбара.
Но для верности мы еще немного посидели, на случай, если стражи ошивались неподалеку. Я так устала, что без сил привалилась к стене. Мяф устроился в ногах.
- Слушай, - заговорила Барбара, которой явно надоело молча сидеть, - а ты думала, что будет дальше?
- Дальше – это когда?
- После того, как Шон победит демона. Что будешь делать дальше? Продолжишь на него работать?
- Если он позволит, то конечно. Лучшей жизни для меня быть не может. Хорошая работа, стабильная оплата, крыша над головой. Мне нравится быть помощницей некроманта. А что? Почему ты спрашиваешь?
- Просто подумала… Катрин ведь наверняка арестуют. Даже если она докажет, что не знала о демоне и в силу скудоумия верила, что ее желания исполняются, потому что она – самая красивая кисонька в столице, ее все равно ждет наказание. Управление Блэкхевеном кому-то передадут. Ты бы справилась.
- Ого… - Я растерялась. Барбара впервые, пожалуй, сказала мне что-то приятное и серьезное. – Вряд ли кто-то отдаст мне целый приют, но спасибо за поддержку. У меня нет опыта, образования, я – последняя, кто годится на роль управляющей. Но хочется верить, что Блэкхевен окажется в хороших руках. Что новый директор будет любить воспитанников и дарить им то, чего они лишены – тепло и заботу. Ладно,
