— Видите эти крохотные бусинки? Каждая из них сама по себе амулет. Некоторые из них сейчас активны, другие нет. Их можно включать или выключать, если знаешь как. Я лично не знаю. Мог бы научиться, наверное… Проблема в том, что мы сами не знаем, чего можем навключать! Может, некоторые вовсе не так дружелюбны! Лучше всего было бы дать ей немного отдохнуть, милашке надо восстановить силы. Сейчас работают три штуки. Вот эта, — он ткнул пальцем в бусину, с виду ничем не отличавшуюся от других, — укрывает своего владельца от посторонних глаз. Просто вот так! Ловкий и полезный фокус? О да. И к тому же мощная магия, очень мощная. Держу пари, она поможет спрятаться даже при ярком свете в комнате, полной народа. Даже мне никогда такого не сделать, как и большинству магов, которых я знаю. А вот спрятаться в дикой местности — совсем другое дело. Половина этого заклинания лежит на деревьях и кустах. — Луп дружелюбно подмигнул неизвестно кому, а затем взялся за другую бусинку. — Вот эта делает нечто совершенно иное. Сила течет в нее, а не из нее и не бушует вокруг ураганом. Уверенным, конечно, быть нельзя, и мне не слишком-то нравится играться с ней, но я думаю, что-то от самого носителя поступает в этот амулет. Что именно? Что ж, остается только гадать — как вам, так и мне. В данный момент она практически заполнена. Внутрь поступает очень слабый поток, можно сказать, ручеек. Может, я смогу вытащить то, что уже внутри. Может, это как-то связано с этой третьей включенной штучкой, она находится вот тут. — Луп указал на третью тусклую серебряную бусинку. — Что с этим делать, я вообще не понимаю. Она создает в воздухе вокруг себя слишком странные узоры. А теперь предлагаю послушать рассказ удачливого джентльмена, который умудрился заполучить эту дорогую вещичку.
Кейса пришлось долго будить, чему он отнюдь не обрадовался, однако покорно прочистил горло и рассказал все, что смог вспомнить, не зная даже, о чем умалчивает или что именно исказила его память. Он немногое сумел вспомнить из разговора Ву с Архимагом. Шарфи и Луп были заинтригованы описанием покоев правителя и историей о его дочери.
— Не знаю, может, память меня подводит, — вздохнул Кейс. — Уже не впервые в своей жизни я вижу вещи, которых на самом деле нет.
— Она настоящая, — усмехнулся Луп. — Это юная Азиель сидит, как птичка в клетке. Поговаривают, Ву оплодотворил одну из служанок, из тех, что ходят в дурацких серых робах, хотела она того или нет. Неудивительно, вообще-то. Это было его старое хобби. Архимаг отговорил Ву от убийства матери — по крайней мере, если верить слухам. Он прозорлив, этот тип, о да. Но видит лишь глазами человека, заметьте, поэтому он не способен смотреть сразу во всех направлениях.
— Архимаг не показался мне типом, способным кого бы то ни было спасти, — возразил Кейс. — Он выглядит еще хуже, чем те рогатые страшилища, которые стояли у двери.
— О да, он такой, — серьезно подтвердил Луп. — Он страшнее, потому как является более великим магом, но еще хуже, что он разумнее, чем они. Он источает достаточно магии, чтобы запечь мозг любого рогатого в собственном соку, а его собственный по-прежнему сырой и работает. Ты верно сказал, он не стал бы спасать ничью жизнь по доброте душевной, этот тип-то. У них на этот замок большие планы, и Азиель, возможно, еще сыграет свою роль.
К удивлению Кейса, Анфена больше всего встревожила часть, в которой он упомянул о Незнакомке. Он задал о ней очень много вопросов — во что она была одета, как говорила, но у Кейса было не много дополнительных сведений.
— Я почувствовал ее, — понизив голос, сообщил Луп. — Она от нас не отходит. Была рядом с той последней драки. Иногда отдаляется, иногда вновь приближается.
— Кто и что она? — требовательно спросил Анфен, выпрямившись и, судя по всему, разгневавшись.
— Сложно сказать, но маг она толковый, — признал Луп. — Сделать вино в чаше приятным на вкус? Да, на это я способен. Именно это я сделал сегодня с похлебкой! Создать кубок с вином из ничего? Видите ли, я лично о таком даже не слыхивал. Единственное призывание, которое мне довелось видеть, осуществляли три мага, и у них ушел на это целый день. И это не говоря о куче древних книжек и всем таком, что им помогало добиться своего. Но ей хватило смелости провернуть этот фокус прямо перед замком… — Луп присвистнул. — Думаю, эта дамочка может о себе позаботиться. Нам очень не повезет, если окажется, что она желает нам зла.
— Вот как? — Анфен потер переносицу и словно за мгновение постарел на пару лет.
— Если и так, то у нее уже был шанс нас достать, — напомнил Луп.
— Мне она показалась довольно милой, — признался Кейс, смущенный и несколько выбитый из колеи.
— Еще бы. — Луп обнажил голые десны в ухмылке. — И очень мило с ее стороны было не взять этот старенький амулетик. Уж она-то знала его истинную ценность! Может, она знает, что делают другие бусины, и поэтому не хочет его трогать. Может, она хочет увести его подальше от замка и наблюдает за нами, а затем позаботится о том, чтобы мы от него избавились. Этот премилый антиквариат может в придачу обладать отвратительным характером. Твоя Незнакомка, наверное, знает о нем кое-что еще.
— А она сейчас тоже поблизости? — требовательно спросил Анфен.
— Не-а, — лениво отозвался Луп. — Но она приходила — наблюдала за тем, как мы разбиваем лагерь.
— А почему ты не сказал мне о ней?
— О, но я-то ведь остаюсь начеку и наблюдаю за ней, — отозвался Луп, которого гнев предводителя ничуть не обеспокоил. — Она не подходит близко. Я сказал Сиель, чтобы она тоже была настороже. Мне плевать, какие там еще фокусы знает наша Незнакомка, но метко пущенная стрела остановит даже ее, если понадобится — если только у нее кожа не из камня. А вообще не думаю, что она желает нам зла. Не удивлюсь, если окажется, что она тоже приложила руку к той разборке на холме — тем или иным образом. Были там весьма загадочные странности, благодаря которым мы вышли сухими из воды. Она толковая девочка, уж в этом можешь не сомневаться.
Анфен лег на спину и тяжело вздохнул:
— Если она видит сквозь заклинания, которые не под силу преодолеть даже Архимагу из замка, то назвать ее толковой — преступное преуменьшение.
Луп, улыбнувшись, не согласился:
— Ни один маг не может быть хорош во всех областях сразу. Вот почему раньше, в старые времена, было пять различных школ! Если занимаешься одним типом магии, это еще не означает, что тебе будут подвластны и другие, хотя кое-какие смешения бывают. Некоторые маги убивают хороших. Другие проделывают разные штуки с мертвыми. Третьи работают с амулетами и чарами, используют их. Тот уродливый ублюдок на это не способен, судя по всему. Не важно, у него и без того хватает талантов. Об этом могли бы поведать очень многие мертвецы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
