На протяжении еще получаса Анфен, Шарфи и Луп наперебой выспрашивали у Кейса различные подробности его путешествия по замку. Чем больше предводитель слышал, тем более обеспокоенным казался, хотя даже сам не смог бы сказать, что его тревожит.
Наконец, терпению Кейса пришел конец.
— Я рассказал вам уже все, что знаю! Хватит вопросов. И вероятно, я подзабыл огромные части истории, которые тоже важны. Я ж не мог запомнить каждое слово, которое мне довелось там услышать, я-то не магнитофон! — Увидев озадаченные лица неблагодарных слушателей, Кейс вздохнул. — Это такой прибор… Им пользуются у нас дома… Ладно, забудьте об этом.
— Это не имеет значения. — Луп ухмыльнулся и поднял ожерелье. — Наша старушка, возможно, тоже кое-что интересное знает. Придется у нее поинтересоваться, со всей возможной вежливостью, разумеется.
— Куда двинемся завтра? — спросил Шарфи, когда народный маг накрыл пламя одеялом.
— Постараемся держаться как можно дальше от дороги, — отозвался Анфен. — Мы отправимся к дому Фауль, побудем там, пока здесь все не утихомирятся. Тут происходит что-то очень странное, и нам известна лишь малая часть. В этом я уверен.
— Мы же не пойдем через эти леса? — не веря собственным ушам, уточнил Шарфи.
Анфен улыбнулся:
— Это самый безопасный путь для нас. Ты и сам знаешь, кого благодарить за то, что на дорогах теперь появляться нельзя.
— В чем дело? — шепнул Эрик Шарфи, удивленный редким проявлением страха с его стороны.
— Эти леса прокляты, — отозвался воин. — Войдя под сень, уже не выбраться оттуда, если только ты не умеешь говорить с мертвыми.
— Луп умеет, — сонно пробормотал Анфен. — Так что можешь расслабиться.
Глава 25
Эрик то засыпал, то просыпался, видя во сне то ли Сиель, то ли женщину, очень на нее похожую, бегущую прочь от него, бесплотную как призрак. Ее веселый, задорный смех звенел в ушах. Она смеялась над какой-то глупостью, которую он совершил, а затем мчалась прочь огромной тенью, простираясь впереди, а старый, но в то же время молодой Владетель возвышался сзади.
Дважды той ночью путешественники просыпались, услышав приглушенный звук бряцающих цепей и тяжелых ботинок, марширующих мимо. И каждый раз Эрик спросонья гадал, где он находится. Присутствие товарищей успокаивало, и не имело особого значения, давно они знакомы или нет. Он вспомнил, как в детстве ходил в походы вместе со скаутами, учился вязать разные узлы, драться на кулаках — то были видения из другого мира, бывшие давным-давно, и внезапно они показались Эрику придуманными. На протяжении всей его жизни, оказывается, существовал этот мир, со своими бедами и проблемами, не менее серьезными, чем таковые в соседнем. Ни в одном воспоминании, которое приходило на ум, он не проводил ночь под совершенно другим небом.
Кейс спал рядом, но Эрик даже не пошевелился, когда старик поднялся, чтобы сходить в кустики. Еще было темно, хотя время близилось к рассвету. Неподалеку от лагеря ближе к дороге Кейс увидел силуэт человека, стоящего на страже, — вроде бы одна из женщин. Стараясь не наступать на ветки, которые чертовски громко трещали в неестественной ночной тишине, старик отошел от лагеря так далеко, как только осмелился. Затем его внимание привлек мелькнувший между ближайшими деревьями зеленый силуэт. Она.
Сердце бешено забилось, но вовсе не от страха.
— Мисс? — прошептал пьяница. — Незнакомка?
Ответа не было, и он, напрягая зрение, вгляделся в темноту. Она была неподалеку. Затем что-то просвистело в воздухе поблизости и вонзилось в ствол дерева. Сиель была прямо за ним с луком в руках, снова натягивая потрескивающую тетиву.
— Возвращайся, — бросила она.
— Ты в нее выстрелила?! — прошептал разгневанный Кейс. — Ты выстрелила в мою подругу?!
— Твоя подруга должна подойти и представиться. В дневное время.
— Она уже представилась — мне!
Сиель, открыв рот, уставилась на Кейса, удивившись тому, что отчитывает престарелого человека.
— Ты же здесь не почетный гость! А фактически новорожденный в этом мире. Тебе многому предстоит научиться! Возвращайся к костру и ложись спать. Не разбуди остальных.
Кейс с не меньшим изумлением обнаружил, что его отчитывает девчонка, которой он годится в дедушки, да еще с такой яростью. Потеряв дар речи, он сердито попыхтел еще пару минут и сделал так, как она велела.
* * *
Они зарыли остатки костра еще до рассвета. Только, разумеется, здесь солнце не всходило. Небо само по себе постепенно светлело и разгоралось, восточная часть его была ничуть не ярче остальных.
Теперь они вошли глубоко в лес, где земля поросла колючей травой, а дневного света, рассеиваемого кронами, хватало лишь на то, чтобы видеть в нескольких метрах перед собой. Молодые побеги и старые ветки хрустели под ногами.
Настроение Анфена заметно улучшилось, и уже на первом привале стало ясно почему — он собирался расстаться с Киоуном и частью банды. Созвав всех, предводитель объявил:
— Отсюда мы пойдем разными путями. Шарфи, Луп, Сиель, пилигримы и я — в одной команде. Остальные, держитесь ближе к нашим связным у Моря Божьих Слез, пока за вами не придет кто-то из своих. Наслаждайтесь рыбкой, но старайтесь, чтобы вас по возможности не заметили. Дун, мы навестим твою тетю, я передам ей привет. Но ты должен остаться с этой группой, чтобы защищать всех. Киоун лучше других знает все дороги, поэтому он поведет вас — надеюсь, разумно. Берегите себя.
Вторая группа послушно тронулась в путь, хотя было ясно, что большинству из них приказы предводителя пришлись не по вкусу.
— Берегитесь сорок, — напоследок бросил Киоун, обращаясь к Анфену. — В следующий раз меня там не будет, чтобы спасать твою шкуру.
Предводитель сделал вид, что ничего не слышал. Тогда Киоун повернулся к Эрику:
— Эй, ты! Я бы многое сделал для тебя ради той черной чешуйки! Ни в коем случае не превращай ее в порошок для видений. И остерегайся Шарфи. В его коллекции тайн хватает темных секретов, и среди них есть… скажем так, привязанность к видениям. Он просто не может удержаться, подожди и увидишь. — Склонившись ближе к иномирцу, рыжий понизил голос: — Я вижу, как ты смотришь на нее. И знаю, как ты смотришь на меня. Ты не одобряешь того, как вчера мы все устроились на ночлег. Возможно, я тебе вообще не нравлюсь. Я это понимаю! Но дело не пошло дальше совместного сна под одним одеялом. Я никогда не спал с ней в полном смысле этого слова и не сделаю этого впредь. Будь осторожен, влюбленный бедняга. Она — убийца. Пусть ее возраст тебя не обманывает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
