какая договоренность может быть возможной, и он поднял свою кожаную говорящую трубу.
— Эй, там! — проревел он через бурлящую водную пустошь. — Мы готовы принять лодку!
III
Княжеский дворец, город Мэнчир, Лига Корисанды
Лампы в малом зале совета горели, когда поздним вечером князь Гектор вошел в дверь в сопровождении двух своих телохранителей. Как обычно, Гектор был безупречно одет, но что-то в его внешности подсказывало, что на этот раз он оделся несколько быстрее, чем обычно. Или, возможно, это было просто потому, что люди, ожидавшие его, уже знали, что он это сделал.
Быстрым, решительным шагом он подошел к концу стола для совещаний и уселся в ожидавшее его там кресло. Затем он обвел стол жестким, мрачным взглядом.
Граф Энвил-Рок, адмирал Тартариэн, граф Корис и отец Марак Халмин, один из старших помощников епископа-исполнителя Томиса, уже сидели там, ожидая его. Глаза князя, возможно, на мгновение ожесточились, когда они скользнули по Халмину, но если это и произошло, он быстро прогнал жесткость и почтительно кивнул верховному священнику.
— Мне жаль, что я вызвал вас так поспешно, отец, — сказал он.
— Не беспокойтесь об этом, ваше высочество, — ответил Халмин с серьезным выражением лица и тоном. — Махинации Шан-вей никого не оставляют равнодушным, и в Писании говорится, что новости о них имеют обыкновение приходить в неподходящие моменты. Я сожалею только о том, что епископ-исполнитель и отец Эйдрин сегодня вечером уехали из города. Я, конечно, сообщил им о вашем сообщении через посыльную виверну. И епископ-исполнитель попросил меня со встречной виверной передать вам, что он и отец Эйдрин отправятся в обратный путь на рассвете. Тем временем мне поручено предложить любую помощь, которую Мать-Церковь может оказать в это время.
— Спасибо, отец. — Гектор коротко улыбнулся ему, затем глубоко вздохнул. — Первое, что, я полагаю, Мать-Церковь могла бы сделать для нас этим вечером, это попросить вас о вмешательстве Бога и архангелов от нашего имени.
— Конечно, ваше высочество. — Халмин сотворил знак скипетра Лэнгхорна, затем склонил голову. — О Боже, мы умоляем Тебя во имя Твоих святых архангелов даровать нам Твою силу и истинное знание Твоей воли в этот час испытания. Как учил нас святой Лэнгхорн, Ты и только Ты — истинное прибежище праведников. Защити нас от злобы и яда Шан-вей и укрепи нас, когда мы наденем на себя доспехи Твоих воинов против тех, кто осквернит и бросит вызов Твоей Святой Церкви во имя темного имени Лукавого. Нет такого темного дня, который не смог бы заполнить Твой свет, нет такого могущественного врага, которого Твоя сила не смогла бы одолеть. Веди нас, веди нас и сделай нас своим мечом против сил Ада. Во святое имя Лэнгхорна, аминь.
— Спасибо, отец, — снова сказал Гектор, его голос был немного мягче, когда он снова поднял голову. Его глаза снова обвели стол, затем остановились на графе Корисе.
— Я так понимаю, ты уже видел депешу Тарила, Филип?
— Да, видел, мой князь. — Выражение лица Кориса было мрачным.
— И что ты думаешь по этому поводу?
— Мой князь, уверен, что в таком вопросе суждение адмирала Тартариэна было бы гораздо более надежным, чем мое.
— Вероятно, это правда. Тем не менее, я хотел бы услышать твои мысли, прежде чем мы услышим его. Я с величайшим уважением отношусь к суждениям адмирала и Райсела, но они оба профессиональные военные. Думаю, что, по крайней мере, возможно, что тебе придет в голову что-то, что может не прийти им в голову именно потому, что они профессиональные военные. Если это произойдет, я бы хотел услышать это, прежде чем что-то, что они скажут, направит все наши мысли в другом направлении.
— Конечно, мой князь. — Корис на мгновение поджал губы, очевидно, собираясь с мыслями, затем слегка наклонился вперед.
— Первое, что приходит мне в голову, мой князь, это то, что наблюдатели заметили чарисийцев у мыса Тарган, а не у острова Тир. Судя по сообщению, они направлялись либо к Трэлмирскому проходу, либо к проливу Корис. — Граф поморщился при мысли о том, как близко к его собственному графству должен был пройти флот Чариса. — Вряд ли это самый прямой путь из Чариса, но, полагаю, было бы разумно, если бы Кэйлеб прибыл через Порт-Ройял, чтобы встретиться с Шарпфилдом и тем, что осталось от чисхолмского флота. Однако, почему-то я не думаю, что ответ настолько прост… или приемлем.
— Почему нет? — Судя по тону Гектора, он уже знал, куда клонит его начальник шпионажа.
— Потому что сэр Фарак Хиллэйр — шурин великого герцога Зибедии, мой князь, — сказал Корис ровным голосом, и Гектор поморщился. Сэр Фарак Хиллэйр был бароном Дейруин, и временами князь сожалел о браке, который он убедил Дейруина устроить с великим герцогом Зибедией. В то время, как и многое другое, казалось хорошей идеей связать Зибедию с одним из его наиболее доверенных баронов. И тем, чье относительно малонаселенное баронство нуждалось во всем княжеском покровительстве, которое оно могло получить.
— Тот факт, что Кэйлеб решил обогнуть море Чисхолма, чтобы напасть на нас с севера, а не с юга, конечно, может означать несколько вещей, — продолжил Корис. — Хотя, боюсь, наиболее вероятно, что по пути он остановился в Кармине.
— Вы действительно думаете, что Дейруин предаст вас, ваше высочество? — тихо спросил Энвил-Рок.
— Откровенно? Не знаю. — Гектор пожал плечами. — Обычно я бы сказал «нет». По нескольким причинам. Но это не совсем обычные условия, не так ли? Как бы мне ни было неприятно это признавать, почти каждый в данный момент должен оглядываться через плечо, задаваясь вопросом, что с ним будет, если мы проиграем Кэйлебу. И, как только что отметил Филип, Дейруин — шурин Зибедии.
— У нас не было никаких признаков того, что сэр Фарак мог даже подумать о чем-то подобном, — сказал Корис. — Чего я боюсь, так это того, что Зибедия вывернул свое пальто. Если да,
