— Звучит как какая-то ахинея «учёного» прочитавшего пару народных эпосов. Я не верю в это.
— Ты можешь мне не верить, но цифра три всегда была основоположной. Во времена Эры Первых существовало три народа: Голдеры — изобретатели магии и основоположники духа, Лодеры — первые отринувшие богов и возвысившие собственные разумы, и первая Орда, силой крушившая горы.
— В то время существовало больше народов, следы остались только от самых великих.
— Скепсиса тебе не занимать. — Устало ухмыльнулся Трифаукс. — Тройственности Мира не нужно твое признание, оно будет существовать даже после смерти жизни и рожденья смерти. Ему не нужно поклонения или ненависть, ему безразлична материя и эфир. Но, а я, не её слуга, я лишь видящий её, и я могу помочь тебе. — Федликс зевнул, желая показать Трифауксу, что он тоже может претворяться.
— Улетай отсюда, места твоему образу мыслей здесь нет, ты сможешь явиться Вайкриту только, когда перекуешь собственную наивность.
Федликс опешил, его прогоняют. Опять.
«А разве я это и не хотел?»
— Прости, но это твой единственный выход. Ты ищешь запрещённую литературу, она есть у некоторых людей, но тебе ни за что её покажут пока ты архонт. Тебе остается улетать. Уходи если хочешь свободы.
— Но я дал клятву, я обещал Мирареду.
— Обещания отринь — личность с желаниями превыше. Мираред поймет тебя, может даже исправит. Как меня когда-то исправила тройственность. Перестань задумываться — отдайся духу целиком, желаешь свободы так грызи клетку клыками, царапай стены когтями.
— Да… ты прав. Я здесь чужой, мне не понять их. — Не желая больше задерживаться, ответил золотой дракон.
С самого начала он хотел только нормального тела, служить жестоким животным в его планы не входило. Здесь он не сможет воплотить свою мечту.
— Я уже отдал им свой Фед Драки, они справятся с остальным: наберут Труфикаторов, обучат их, поставят охранять углы своей тирании.
Ноги Федликса сомкнулись в длинный витиеватый хвост, за спиной выросли жёлтые крылья порвавшие одежду. Он пролетел через купол, не желая тратить ни секунды на эту страну. Стекло разбилось, встретившись с телом Федликса, разлетелось на тысячи осколков, они вонзались в дерево шкафов, в щели каменного пола, звенели тонким смехом. Федликс не обращал внимания на порезы на локтях и на лице. Трифаукс вытянул руку над головой, кости ладони расширяясь, округлились в костяной зонт. Осколки отскакивали от защиты Трифаукса.
— Лети на юго-восток, там есть разрушенная пустая крепость Смиткрит! — Прокричал он на прощанье, Федликс уловил последние слова странного архонта, он решил последовать им. Ему не оставалось ничего другого. Федликс улетел, не услышав последние слова Трифаукса, он додумал, чтобы мог сказать странный архонт.
— Зачем охранять разрушенную крепость? В том месте, скорее всего не будет солдат, а учитывая воинственность Империи… да, армия будет в остальных местах. — Он взлетел над дворцом, холодное монолитное здание уставилось на него своими мушиными глазами-окнами, и ощетинилась иглами-шпилями как дикобраз. Город провожал его запахом выпечки, цветов и свежесрубленной древесины. Люди махали заметному золотистому силуэту новоизбранного архонта, он не замечал их жесты прощания.
— Этот расплывчатый образ разрушенной крепости мой лучший вариант.
Он спокойно оглядел город. Внизу продолжалась жизнь, людская и другая. В Краснолистном лесу жила крохотная община зверолюдов, по ночам ворующих из людских домов еду и одежду. Орочья банда, обосновавшаяся еще дальше в лесу, где вокруг их лагеря сводится кольцо молодых гвардейцев, для которых они станут первым заданием. Может в этом лесу есть племя эльфов Фойдеров выживающих только благодаря скрытности и скорости. В подземной канализации, питаясь помоями, не видя солнечного света, выживала стая ратлаков — прямоходящих зловонных крыс способных выжить где угодно. С ними соседствовали самые нищие отбросы города. Над ними пустовали трёхэтажные дома — стоящие на Площади Огня, где по зимам жили дворяне. Сейчас же аристократы отдыхали в прохладных загородных поместьях. Существуют слухи о том, что в Вайкрите медленно разрастается клан «деликатных» вампиров, но, разумеется, это всего лишь слухи от тех же людей верящих в говорящих животных и разумных деревьев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Выше всего этого: людей, домов, дворца — парили драконы, они были свободны от всех сует, они летали, едва не задевая городские шпили, и кричали разными голосами. Вайкрит был разнообразным городом, великим в своей красоте и истории, в нём имелись представители многих рас, он стал домом для многих разумных существ. Но являлся ли он истинным домом для драконов?
— Нам здесь нет места, среди этих голокожих дикарей терзающих трупы, вырезающих собственное племя ради собственных границ. Мираред, одумайся, кому ты доверил свою жизнь, кого ты защищаешь. Они не стоят твоих страданий.
Федликс со слезами на глазах всматривался в окна уплывающего вдаль здания, надеясь в одном из них увидеть его. Его сердце обливалось горечью при виде драконов беззаботно снующих по воздуху, не знающих что они теряют самих себя. Слезы сползали с его щек, падая, и через многие мили разбивались на земле, а растениям казалось, что шёл крохотный дождь, пожалевший их одних в такой жаркий летний день.
Справедливый Огонь. Часть Третья
Мираред держал Трифаукса за воротник, немного приподнимая его над собой. Эйрекнонар стоял вблизи с пустой кружкой в руках, разглядывая свои потрепанные башмаки. Трифаукс не сопротивлялся, полностью отдаваясь ярости Красного Архонта. Мираред приподнял его у натюрморта, изображавшего голубовато — белые Ледниковые Горы, что на самом севере отделяют Вайкрит от Племенных Земель. Трифаукс глядел на покрытые толстой ледяной коркой величественные вершины. Они находились в Храме Тройственности — части Дворца отведенной Тройственным Змеям. Здесь постоянно пахло сладким неясным дурманом, иногда из-за стен были слышны стоны, которые Мираред старался игнорировать. Скульптуры изображали интимные сцены людей. Хидринар ненавидел эту часть дворца больше всех других.
Мираред отвлекся на похабную скульптуру на углу, где был изображен мужчина с разветвляющимся тройным языком, целующийся с тремя безликими женскими бюстами. Скульптура была красива, тем больше привлекала и отталкивала. Мираред смутился заметив как какой-то шутник покрасил волосы мужчины с тройным языком в красный цвет, похожий на его цвет.
— Зачем ты ему это сказал?! Трифаукс, твоя беспечность выводит меня из себя даже больше сарказма Акремакса. — Едва ли не кричал ему в лицо Мираред, стараясь прогнать мысли о пошлой скульптуре.
«Я с этим художником ещё разберусь».
— Это было неизбежно, я лишь ускорил его побег. — Мираред успокоившись, выпустил Трифаукса из хватки.
— И где мне его искать?
— Юго-восток, он недалеко оттуда. Федликс быстрее тебя но не выносливее, лети за ним следом пока не найдешь его логово.
— Легко сказать, искать по всему юго-востоку дракона не самых внушительных размеров. Та ещё задачка. — Прохрипел Эйрекнонар, после вчерашней ночки он посадил голос, пытаясь перекричать Мирареда и Хидринара в ходе пьяного соревнования. Несколько окон пришлось заменять после очереди Синего Архонта.
— Я не говорил что это будет просто. Он полетит туда, ведь на всей остальной границе патрулируют Корпуса Когтей.
— Тогда отправим почтового дрейка, чтобы на крепость Смиткрит отправили патруль. — Энергично, но, все ещё надрываясь, предложил Эйрекнонар.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Нельзя. Федликс точно полетит через открытую крепость. Если мы ее закроем, то он может отправиться буквально куда угодно…
— И тогда ищи свищи его по всему Имиру! — Закончил мысль Мирареда задумавшийся Эйрекнонар. Его развевающиеся серые волосы ползли во все стороны. Трифаукс зевнул, ожидая решения Красного Архонта. Он почувствовал у себя во рту волос.
— Эйрекнонар, держи свои кудри при себе. — Процедил он с заметным недовольством.
