попытался прибавить шаг, но едва удержался на ногах. Болело все: и продырявленное плечо, и простреленная нога, и руки — он так боялся выронить Вивиану, что теперь едва мог разогнуть сведенные судорогой пальцы. В узком коридоре Драхаса его крыльям не развернуться, и Элай, опираясь на Вив, медленно волочился вперед, оставляя за собой кровавый след.
— Два дурня! — разорялся Туч. — И ладно этот, на всю голову отмороженный, но ты, Рональд Торсон, наследник древнего рода, чем думал? Ты иллюзионист! Тебя вообще не должно быть в Драхасе!
Вив выдохнула и, виновато улыбнувшись, скользнула под другое плечо Элая.
— Еще чуть-чуть, — сказала она, подбадривая то ли себя, то ли его. — Почти дошли. Как думаешь, что натворили Рони с Инеем?
— Главное, оба живы, — философски ответил Элай, стараясь не слишком на нее опираться, но нога, в которой так и торчала стрела, предательски подкосилась.
— Не-е-ет, так легко вы у меня не отделаетесь, — протянул Туч в ответ на неразборчивый бубнеж Инея. — Элай и сам все узнает, хотя ему я, конечно же, все расскажу: и как вы сели на его Дымка, без спроса, и как едва не грохнулись с высоты.
— Дымок — очень умный дракон, — послышались характерные интонации Рони. — Полагаю, его интеллект значительно превышает средний уровень зубохвоста.
— Зато ваш интеллект мощно отстает! — рявкнул Туч. — Полезли на дракона и даже не взяли седло!
— Так некогда было! — встрял Иней. — А когда мы свалились, Дымок нас поймал. В следующий раз и правда надо седло прихватить, а то он чуть не проткнул меня своими когтями.
— В следующий раз? — задохнулся от возмущения Туч, но Элай уже доковылял до двери.
На одной кушетке сидел Иней, с перемотанной до кончиков пальцев ногой, на другой — Рони, вскинувший в приветственном жесте забинтованную руку. Лекарь как раз закончил и отступил на шаг, словно любуясь произведением искусства.
— Элай! — радостно воскликнул Рони. — Твой Дымок просто умница! И так чутко реагирует на команды!
— Ты же не против, что мы на нем покатались? — подхватил Иней его добродушный тон.
— А с вами-то что? — ахнул лекарь и небрежно спихнул Рони с кушетки.
Значит, с наследником Торсонов ничего серьезного. Элай едва не упал на кушетку, подтянул простыню, прикрыв голые бедра.
— Сначала Вив осмотрите, — сказал он.
— Со мной все хорошо, — заявила она, уперев руки в бока. — А вот тебя продырявили красноперые и сразу в нескольких местах. А все почему? Потому что ты отправился к ним один и даже не сказал, зачем! Элай, как ты мог⁈
В чем ей не откажешь — когда надо собраться, она берет и делает, а теперь, доставив его в безопасное место, Вив позволила себе расслабиться, и сердце сжалось при виде ее заблестевших глаз.
— Элай! — восторженно завопил Рони. — У тебя аркан сердце! О боги, легендарный аркан! Иней! Ты видишь⁈
— А еще проникающее ранение в плечо, стрела в бедре, рваная рана на правом боку и многочисленные ушибы, — перечислил лекарь, бегло окинув Элая взглядом. — Так, здесь становится тесно. Вив, учитывая особенность твоего аркана, я полагаю, у тебя жалоб нет.
— Только на самодурство моего мужа, — буркнула она.
— Тут драконья мазь не поможет, — вздохнул лекарь. — Но Сильва вернулась в драконятник с копьем в крыле и никого к себе не подпускает. Я слышал, вы с ней подружились?
Вив тут же умчалась прочь, только взметнулись рыжие кудри.
— Осторожнее там! — крикнул Элай.
Он дернулся за ней вслед, но поморщился от боли, осев на кушетке и сжимая раненое бедро.
— Эти два придурка оседлали Дымка и полетели в гущу битвы, — сходу наябедничал Туч.
— И правильно сделали, между прочим, — нахально заявил Иней. — Вы бы без нас продули! Элай, ты многое пропустил! Сначала Вив грохнула огненного мага, потом я заморозил двоих, а иллюзия Рони нанесла это… как его…
— Психологическую травму? — предположил лекарь, обрабатывая раны Элая влажным бинтом.
— Это мне нанесли психологическую травму, — вздохнул Туч. — Сначала Вив на Сильве, потом эти два… — он ткнул пальцем сперва в Инея, потом в Рони. — Не думайте, вам это с рук не сойдет. Я пожалуюсь бабушке!
— А пока присмотри за Вив, — попросил Элай.
— И освободи уже помещение, — сварливо добавил лекарь. — Развернуться негде!
Кивнув, Туч ушел, пригрозив парням кулаком, а Рони с Инеем уселись на кушетке напротив. Такие разные, сейчас они казались похожими точно братья: все в бинтах и драконьем дерьме, и скалятся во весь рот не пойми отчего. Может, рады, что живы. После боя такое бывает.
— Истинная любовь, значит, — снисходительно покивал Иней. — Так себе арканчик. Одна женщина на всю жизнь. Хотя ты-то ничего не теряешь. У тебя все равно выбора нет.
— У тебя тоже, — в тон ему ответил Элай. — За то, что самовольно взял моего дракона, завтра вычистишь весь драконятник, ясно?
Иней насупился, но потом снова широко улыбнулся.
— Оно того стоило, — заявил он, закинув руки за голову. — Я заморозил двоих на лету. Повезло — рядом облако было. Рони направил Дымка выше, я ударил морозом. Хлынул дождь, потом удар холодом, и лед сковал крылья. Ба-бах! Прямо в скалы!
— А часть вражеского отряда отвлеклась на мою иллюзию, — торопливо добавил Рони, ревниво покосившись на друга. — Что позволило нашим дозорным нанести удар.
Лекарь тем временем надел жарозащитные перчатки, промыл рану в плече.
— Если хочешь знать мое мнение, Элай, — бормотал он, орудуя иголкой. — Этот выпуск — самый сильный за все время, что ты работаешь в Драхасе. Да, парни взяли твоего дракона, но без них нам пришлось бы туго. В подвале три тела нападающих. Формы нет, но это не красноперые, точно. У всех боевые знаки, шрамы как у бывалых вояк, фенотип северный. Это королевская армия.
— Они атаковали под иллюзией, — добавил Рони. — Но моя иллюзия была круче. Я сделал дубль нас с Инеем на Дымке, добавил доспехи, оружие… Элай, а твой новый аркан как ощущается?
Элай прикрыл глаза, пытаясь понять. Что-то в нем изменилось.
Несмотря на боль от полученных ран, на душе было спокойно, будто что-то внутри
