Или в побеге нет никакого смысла?
– Катя? Ну наконец-то! – слышу знакомый голос… оборачиваюсь и едва не выпускаю сумку из рук. Ну только этого не хватало! Весь мир против меня. Сначала мама, теперь «свекровь». И если она начнет читать мораль, то я точно не выдержу.
– Алиса Петровна… вы чего тут делаете? – решаю пойти «в наступление» первой.
– И тебе привет.
– Ой, да, конечно… здравствуйте, – краснею. На нервной почве забываю про элементарную вежливость.
– Я приехала за тобой.
– А зачем я вам?
– Очень нужна. Я знаю правду и у меня к тебе важное дело.
Ну вот. Еще одна «правда». На этот раз с точки зрения «свекрови». И что же у нее за дело ко мне? Наверняка хочет высказать все, что думает про наш обман.
Чувствую себя расчетливой врушкой. Эта женщина очень мила и мне вовсе не хочется оставлять о себе неприятное впечатление.
16
Даниил
То самое кафе, где мы с Кэтрин встретились в первый раз. Она снова и снова напоминает об этом и делает все, чтобы вызвать во мне хотя бы малую долю эмоций. Но я окончательно убеждаюсь, что она вовсе не та женщина, которую я хочу видеть рядом с собой в ближайшее время. Что уж говорить о том, что я совершенно не желаю связываться с ней узами брака. Уж лучше принять обет безбрачия. К тому же я на полном серьезе начинаю переживать, что Катерина увидит ее видеоролики про подготовку к свадьбе в социальных сетях. Девушка постоянно разговаривает с камерой, старается выставить наши отношения напоказ. Она не понимает, что я не люблю ее, и продолжает тешить себя мыслью, что что-то изменится.
И мне все больше хочется встать и уйти прямо сейчас. Но приходится сохранять спокойствие и терпеть.
– А теперь мы поедем пробовать торт… – расплывается в улыбке и переводит объектив на меня.
– Кэтти, хватит! – вырываю у нее из рук смартфон. – Нам некогда тратить на это время. Ты не забыла, что нужно заехать за документами?
– Помню, – надувает пухлые губы и с недовольным видом садится в автомобиль.
Едем в молчании, пока телефонный звонок не рушит тишину. Вова. Не хочу разговаривать при Кэтрин, но придется взять.
– Да?
– Не очень хорошие новости. Катерина Васильевна опять ускользнула у меня из-под носа, – заявляет. Но в голосе не слышу вину. Похоже, Вова получает удовольствие от игры в кошки-мышки. А я, в отличие от него, жутко недоволен.
– Твою мать! Как ты мог ее упустить?! Ты же профи, черт возьми! – не выдерживаю и бью кулаком по переднему сидению, заставляя водителя вздрогнуть и обернуться.
– Я не могу «тягаться» с вашей матерью.
– При чем тут моя мама?!
– У меня есть подозрение, что они с Катериной Васильевной в сговоре. Потому что именно Алиса Петровна организовала ей пропуск на вашу свадьбу.
Хватаюсь за голову. Вот так новости! Две женщины, небезразличные мне, ведут за моей спиной свою игру. Злость сменяется на растерянность и разочарование. Я не понимаю, как действовать дальше. Мама не должна была узнать про мой фиктивный брак. А этот брак не должен был так заканчиваться. Превратившись из шоу в реальность, свадьба с Катей разбудила во мне способность чувствовать. Похоже, что я здорово влип, впервые в жизни влюбившись… в собственную жену!
– Мы подъехали, – сухо бросает Кэтрин и демонстративно хлопает дверцей авто, не дожидаясь, что ей помогут выйти. Похоже, она догадывается, о чем речь. Но я рассчитываю, что она слишком глупа, чтобы понять мои настоящие чувства.
– Вов, я перезвоню, – выскакиваю из машины и иду в сторону КПП. Но Кэтрин внезапно меняет свое решение.
– Ты подождешь меня здесь.
– В смысле? – непонимающе смотрю на девушку.
– В прямом. Стой и жди. Нечего тебе там делать. Я сама в состоянии взять эту бумажку, – проявляет упрямство. – Мистер Иоффе погуляет здесь.
– Ок, – кивает охранник, закрывая ворота у меня перед носом.
Пинаю камень. Все, ради чего я терпел ее общество целое утро, идет псу под хвост! В здание не попасть. Кругом камеры и заборы. Резко разворачиваюсь и возвращаюсь в машину. Мне нужно придумать план Б.
Катя
Впервые лечу на самолете. Из окна иллюминатора открывается завораживающе красивое зрелище. Удивительно, как тесен наш большой мир. Какие маленькие дома, машины… А люди! Будто бы муравьи, заполонившие Землю. Они явно переоценивают свою значимость и масштаб проблем. Их вообще не видно на фоне бесконечно большого неба. Просто пылинки.
Алиса Петровна дремлет в своем кресле. Сама не знаю, почему согласилась на ее просьбу. Наверное, потому что не вижу для себя другого выхода из данной ситуации. И хорошо, что эта женщина понимает меня лучше, чем родная мать и не хочет получить личную выгоду, как мой дядя.
Не замечаю, как проваливаюсь в сон. И только голос Алисы будит меня после посадки.
– Катюша, просыпайся. Мы прилетели.
Открываю глаза и ощущаю небольшое головокружение и слабость.
– Ты бледна. Хорошо себя чувствуешь?
Не слишком-то хорошо. Но я не хочу ее волновать и киваю.
Честно говоря, очень волнуюсь и откровенно боюсь встречи с Даниилом и Кэтрин. Мне кажется, что они раздавят меня как букашку и спляшут на костях моей неудавшейся карьеры, а кроме того, разобьют мне сердце, ведя себя как влюбленная пара. Самое страшное – увидеть в глазах Дани любовь. Любовь, которую он испытывает к Кэтрин. Кто знает, вдруг у них все действительно серьезно, и он врал мне для того, чтобы поразвлечься.
– Тогда идем, нас ждут. А еще нужно успеть подкрепиться. Знаю неподалеку хороший ресторан. Там подают очень вкусную рыбу.
При мысли о еде желудок сводит, к горлу подкатывает тошнота.
– Простите… – срываюсь с места и бегу в ближайший туалет. К счастью, в аэропорту этих заведений достаточно много.
Алиса Петровна хмурится и торопится за мной.
– Катя? Ты как? – стучится в кабинку.
– Отравилась, – тихонько отвечаю. Мне так стыдно, просто невероятно! Чертовы нервы! Или это просроченные эклеры?! Видимо, Даниил решил избавиться от меня таким изощренным способом. – Мне прислали подарок… пирожные. И я съела одно. Видимо, зря.
– Кто прислал их тебе?!
– Я думала, что вы или ваш сын. Больше никто не знал, что я люблю именно эти эклеры.
– Срочно едем в больницу! – встревоженно восклицает Алиса Петровна. – Я не отправляла тебе никаких посылок. А Данечка не мог так поступить с тобой. К тому же я видела, как он на тебя смотрит. – Она делает паузу, а потом добавляет: – вдруг это Кэтрин из ревности подсунула тебе отраву?!
– О Боже! Только
