Она влюбилась в него не из-за поворота судьбы, а из-за увиденного той ночью. Человека, преданного своему королевству, как и она.
Он помогал фермеру или рыбаку так же легко, как потягивал прекрасное вино из золотой чаши. Рангар любил свою родину и свою семью. Кто ради нее пожертвовал своим телом и лицом, и вместо того, чтобы ненавидеть, добивался ее снова и снова. И, конечно же, их страстные объятия…
Тем не менее, Священные узы все еще ее беспокоили. Хотя Рангар ясно дал понять, что она вольна делать что захочет и жить своей жизнью, он все еще считал, что ее душа принадлежит ему. Это не давало ей покоя, как заноза в голове.
Если бы не эта мелочь, которая вовсе не была мелочью, она бы с радостью упала в его объятия до конца своих дней. Брин легко могла представить себе будущее, в котором их поцелуи станут еще более страстными. Где он лишит ее девственности. Как они строят совместную жизнь, даже стареют вместе.
Она прислонилась спиной к нагретому солнцем камню и вздохнула. «Мне нужно перестать думать о Рангаре Барендуре». Такие мысли приведут ее с помощью заклинания поиска прямо к нему, а не к тому, ради чего она уже несколько дней бродит по холмам.
Она закрыла глаза и как можно лучше представила себе ягненка. Однако на этот раз Брин решила сначала проветрить голову. Каждую мысль, она представляла как мыльный пузырь, лопающийся в ничто. Через некоторое время в ее голове не осталось ничего. Бессмыслие. В этом спокойном пространстве она представила себе ягненка. Представила, как расчесывает его шерсть. Чувствует его запах. Слушает тихое блеяние.
Но, видимо, упражнение по очистке сознания сработало слишком хорошо, потому что не успела она опомниться, как заснула. Когда проснулась и, моргая, медленно посмотрела на небо, то обнаружила, что солнце уже почти село. Все еще полусонная, ей почудилось, что слышит блеяние ягненка, и подумала, не приснилось ли ей это.
Затем мокрый нос уткнулся ей в щеку. Она вскрикнула.
Она села так быстро, что чуть не упала с камня на грубую траву холма. Ягненок попятился назад, испуганный ее криками.
Брин смотрела на существо, пытаясь успокоить дыхание и проверяя, что он реальный, а не оживший сон. Бедняга был грязным. Когда-то белый мех, теперь сильно спутался и приобрел различные оттенки коричневого, делая его похожим скорее на бездомную собаку, чем на ягненка. Но глаза были ясными и черными, нос и язык — розовыми. Он так похудел.
— Ах ты, нарушитель спокойствия! — Брин подхватила ягненка на руки и расплакалась. Испуганное существо попыталось выбраться из ее объятий, но потом расслабилось и начало обнюхивать ее карман. Она вытащила остатки яблочного пирога, и ягненок с удовольствием проглотил его, пока она накидывала ему на шею веревку, чтобы он не смог снова улизнуть.
Она в шоке смотрела, как он ест. «У нее получилось». Наконец-то заклинание поиска сработало.
Однако ее радость быстро пропала, когда она поняла, что солнце почти село. Скоро наступит ночь. Она по глупости заснула на камне и теперь не сможет найти дорогу в темноте, чтобы спуститься с горы с ягненком. Путь предстоял долгий, а узкие тропинки, по которым она шла, ночью были почти незаметны.
Она притянула дрожащего, измученного ягненка поближе и укрыла их обоих плащом.
«Слава святым за теплую одежду Бера». Ночь будет холодной и суровой, но, по крайней мере, они не замерзнут. Брин легла, свернувшись калачиком рядом с ягненком. Животное уснуло в считанные секунды, и Брин не отставала от него, мечтая о мягком мехе, похожем на облака.
* * *
Когда Брин проснулась утром, в воздухе витал восхитительный аромат. Неужели ей все еще снится сон? Пахло беконом и сладким сидром.
«Сон, — подумала она. — В горах нет бекона!»
Она зевнула и потянулась, сразу же нащупав веревку, которую обвязала вокруг запястья и прикрепила к ягненку. Брин прощупала веревку до конца, но начала паниковать, когда конец оказался у нее в руке, а ягненка не было.
Она вскочила на ноги и осмотрелась.
— Нет, нет, нет! — этот хлопотливый ягненок снова сбежал!
— Не волнуйся, — раздался глубокий голос рядом. — Маленький дьявол в безопасности.
Она обернулась и увидела Рангара в нескольких шагах от себя, сидящего на ровной плоскости скалы, склонившись над костром, на котором на палочке жарился бекон.
Ее глаза расширились.
— Что, черт возьми, ты здесь делаешь?
Рангар указал в сторону холма.
— Я привязал ягненка там, где больше корма. Он блеял от голода, а там, где он был, были в основном одни камни.
Брин поднялась на ноги и, спотыкаясь на неровной местности, подошла к небольшой поляне, где Рангар привязал ягненка; конечно, животное с удовольствием поедало горные травы. Она прижала руку к голове, глядя на шипящий на палочке бекон. Ее желудок заурчал.
— Ты следил за мной? — спросила она, не зная, как ей к этому относиться. Он пренебрежительно поднял плечо. Брин подошла к нему, крепко обняв себя руками и глядя на него. — Ты следил за мной каждый раз, когда я поднималась в горы?
— Не каждый раз. — Когда она продолжала смотреть на него, он пошевелил бревна палкой, а затем признался: — Иногда, когда мне нужно было быть в другом месте, я посылал деревенского мальчика. Однажды Вал пошел за тобой, хотя я пригрозил отрубить ему руку, если он хоть пальцем тебя тронет.
Она нахмурилась. Да, Вал ходил за ней в горы, хотя Брин и не знала, что за этим стоял Рангар. Еще один пример навязчивой потребности Рангара ее защищать. Точно так же он следил за ней, когда она сбежала из их лагеря и пошла подслушивать солдат Мира.
Но она также обнаружила, что не хотела злиться на него. Рангар никогда не изменится. Он был таким, каким был… одержимым принцем, который не позволит ей попасть в неприятности. Кроме того, она была измотана, промерзла до костей, а его бекон пах божественно.
Она опустилась на бревно напротив костра, протянув руки к пламени.
«Огонь такой теплый».
Рангар ухмыльнулся ей через пламя, когда ее желудок громко заурчал.
— Ты нашла своего ягненка. Молодец.
Она гордо улыбнулась, а затем рассмеялась:
— Я справилась с тем, с чем справлялся любой шестилетний ребенок в королевстве.
Рангар усмехнулся.
— Вообще-то, мы учим это заклинание в пять лет. — Она закатила глаза. Он проверил котелок с горячим сидром и протянул ей оловянную кружку. — Я горжусь тобой. Мирская принцесса использует магию.
Она с благодарностью отпила сидр.
— Знаешь, со мной бы ничего не случилось, если бы ты не последовал за мной. Я осталась здесь на всю ночь, одна.
— Так и есть, — указал он. — Я не подходил к тебе.
— Но ты приготовил мне завтрак.
Он взял горячий кусок бекона и съел его за один укус, затем вытер рот.
— Этот? Боюсь, ты ошибаешься. Это для меня, принцесса, а не для тебя. Хотя я готов поделиться. — Он бросил на нее еще один дразнящий взгляд. — За определенную цену.
Ее желудок снова заурчал.
— О? — спросила она подозрительно. — И какова цена?
Он поднял бровь и придвинулся ближе.
— Не думаю, что ты будешь возражать.
Глава 34
ВАЖНЫЙ ВОПРОС… ОЧЕНЬ ХОРОШИЙ СПОСОБ НАЧАТЬ ДЕНЬ… БЕКОН И СИДР… ПУГОВИЦЫ
Рангар взял ее за подбородок и наклонился.
Сердце Брин подпрыгнуло. «Он собирается меня поцеловать». Неважно, сколько раз они обнимались, она была уверена, что всегда будет испытывать этот головокружительный прилив. Как только губы Рангара коснулись ее, она застонала. На вкус он напоминал бекон и сладкий сидр. Желание смешалось с голодом, и она так сильно погрузилась в поцелуй, что едва не рухнула ему на грудь.
Он хрипло рассмеялся и поднял ее, усадив к себе на колени. Его руки запутались в ее волосах. Брин ожидала, что он снова поцелует ее, но вместо этого передал ей ломтик бекона, и она набросилась на него, горячее масло чуть обожгло ей пальцы. Съела его за один мах, позволяя соку стекать по подбородку, и тут же потянулась за добавкой.
