в ближайшее время, а также не сотворить ничего глупого под действием аромата лепестков.
— Всегда такая гордая, несмотря на происхождение. Или, может быть, все-таки ты все это время знала про мать, — добавил мужчина, смотря на меня с какой-то непонятной жадностью. То и дело он проводил рукой по своему подбородку. — Неудивительно, что герцог не смог устоять. Я думаю, что ты была счастлива, когда он сообщил всему свету, что ты его невеста.
Я покачала головой.
— Издеваетесь⁈ Этот человек разрушил мою жизнь, — тихо выдала я, смотря на него из полуприкрытых век. Увы, врать, глядя прямо в глаза, крайне сложно. — Из-за него я лишилась жениха. Под угрозами он заставил меня помогать ему. Боги, да он даже не позволяет мне далеко уйти…
Я закатила целую тираду. С каждым моим словом улыбка, появившаяся на лице Анхароса, становилась шире.
— Если его не станет, то я хоть зажить спокойно могу. Он то и дело угрожал мне разорвать ее по какому-то скандальному поводу.
Если задуматься, большая часть сказанного мною была правдой. У меня было много поводов ненавидеть Антуана. Но вместо этого я полюбила его. Наверное, я бы не смогла не полюбить. Вопреки здравому смыслу.
Но, должна заметить, на декана я произвела впечатление. Тот смотрел на меня удивленными глазами.
— У него-то будет новая невеста, а на меня после такого никто и не посмотрит, — тихо выдала я. — За это я бы и сама его прибила. Так что спасибо за хорошие новости.
— Неожиданно, — тихо проронил мой преподаватель.
— Так что надеюсь хотя бы плюнуть на его хладный труп, — выдала я для пущей убедительности.
— Скоро будет. Оказывается, я тебе оказал услугу, девочка.
Это декан забыл о том, что он меня в эту ситуацию и втянул.
Я заметила, как у Анхароса расширились глаза, и он облизнул губы.
Кажется, я даже догадываюсь, о чем он подумал. И пусть мысли об этом вызывают тошноту, я готова сейчас на все.
— И я вам безумно благодарна, — выдала я.
— Что ж, милая, у меня есть идея, как тебе лучше меня поблагодарить, — произнес декан.
Что ж, остался самый опасный момент плана.
28.3
И, если быть честной с собой, самый мерзкий. Но это стоит того, чтобы спасти жизнь человека, которого я люблю.
И безмерно уважаю.
— Какая? Я на все согласна.
Произнесла это, и захотелось откусить себе язык. Было противно изображать благодарность человеку, который так легко прошелся по головам и из-за кого я столько натерпелась.
Увы, запах цветов делал так, что очень сложно было сдерживать свои настоящие эмоции.
К счастью, декану было сложно их считывать, сейчас он видел что хотел.
— Вы мне всегда нравились, — тихо выдала я, думая о совсем другом человеке. Человеке, который изменил мою жизнь.
И ради которого я сейчас была готова на многое.
В том числе — поторопить Анхароса с действиями. В конце концов, вряд ли у Антуана много времени, перед тем как его захотят устранить.
— Как и ты мне.
— Но я не смела никогда надеяться на взаимность, — тихо выдала я. — Столько других красивых девушек вокруг вас.
— Ох, Амелия, зря. В этом случае я бы облегчил твою жизнь в Академии.
Очень хотелось прикрыть глаза ладонью, но руки были связаны.
— Впрочем, я это сделаю, — тихо произнес декан, а затем опустился надо мной и поцеловал в губы. Жадно, властно и невзирая на мои собственные желания.
Я едва сдерживала отвращение, но надо было закончить эту игру. К счастью, осталось немного. Потом уже прополощу рот с мылом.
Кто мог знать, что поцелуи могут быть такими. С Антуаном было иначе. Неожиданно, но нежно, аккуратно, даже заботливо. И безумно приятно.
Наконец декан оторвался от меня.
— Может быть, развяжете? Неудобно, и руки затекли.
— Да, конечно.
Анхарос, правда, почему-то начал с ног, но я ничего против этого не сказала. Хоть и прикосновения этого человека были мне неприятны. Сейчас самый главный момент. Если все получится, декан заплатит сполна.
«Если, конечно, у него нет в кармане артефакта истины», — пробежала паническая мысль. Тогда бы он понял, что я лгу.
Наконец ноги были свободны, я старалась не шевелиться, затаив дыхание, пока декан освобождал руки. Оказывается, он еще и веревку на руках заколдовал для пущей надежности.
— Кто ж знал, что тебе так претит общество герцога. Было бы это более очевидно, вообще связывать не пришлось бы, — прокомментировал он свой поступок. — Все-таки я так рад, что в библиотеку проникла ты, а не твоя избалованная безмозглая подруга.
От последних слов в душе полыхнула ярость. Никто не мог так называть Ташири. Рад он… Рад, потому что она бы не произнесла тех слов, что сегодня сказала я.
С другой стороны, мне бы не хотелось, чтобы подруга пережила этот страх.
— Та самая, что жениха у тебя отбила, — усмехнулся декан.
— Все к лучшему, — проронила я.
Каждый из нас думал о своем.
Я радовалась, что подруга не испытает весь тот ужас, что испытала я.
Наконец веревки спали с моих рук, я разминала затекшие запястья, на которых еще красовались красные следы от магических пут.
А декан наклонился за еще одним поцелуем. Вот только я тоже не бездействовала. Со всех сил я врезала ему между ног. Анхарос повалился со стоном с кровати на пол. Похоже, ему было больно.
Маги обычно более подготовлены к отражению боевых заклинаний, а не физических ударов. Это выше достоинства некоторых.
Не теряя времени, я запустила в него первое пришедшее на ум заклинание. Оглушение. Хорошо хоть не превращение в пепел. Сейчас я могла сотворить что угодно, просто из-за паники и бешено бьющегося сердца.
Декан впечатался в стену, затем упал на пол. Кажется, без сознания. Но в моем случае лучше было проверить.
Он опытный маг, в этот раз меня спасла неожиданность, второго раза не будет.
Я бросила взгляд на дверь. Дико хотелось побыстрее покинуть это ужасное место. Но я вспомнила старую добрую истину. Ту самую, которой учил нас Анхарос. Если вы вырубили монстра, это не значит, что можно расслабляться. Убедитесь, что он не нанесет удар, когда вы меньше всего ждете.
Что ж, люди недалеко ушли от монстров.
Я взяла веревки и связала его по рукам и ногам.
