незнакомый голос.
Как удобно, нас даже предупредить решили. Случайно, конечно, но это весьма неплохо.
Жаль, что это все-таки не помощь. Я бы не отказалась сейчас увидеть королевских магов. Но глупо было надеяться, что все закончится так скоро и легко.
Дверь отворилась, и в проеме оказалось несколько человек в черных мантиях. Они озадаченно взирали на нас.
Вот только мы с Антуаном не собирались стоять как истуканы. Несколько заклятий, и незнакомцы повалились на пол. Даже то, что колдовать пришлось одной рукой, не оказалось помехой, и я поразила одного. Герцог же вырубил двоих.
Затем он поспешил к ним, таща меня за собой.
Что, Шакар, было ужасно непривычно. Впрочем, не одной мне. Антуан попытался обыскать сообщников декана, что крайне было неудобно делать одной рукой, я решила помочь.
Но, боги, как же странно использовать одну руку. Я аж невольно рассмеялась. Мы оба маги, но сейчас удивительно беспомощные из-за этого проклятия.
Мужчина удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Может, понял, что все из-за стресса.
Я предложила поменять хватку, чтобы мы держали друг друга под локоток. Сейчас мне было страшно хоть на секунду выпустить мужчину из своих рук, я дико боялась, что больше его не увижу.
Наконец Антуан прекратил поиски и достал из кармана одного из незнакомцев стеклянный полупрозрачный шар, от которого фонило магией.
— А вот и портал, — тихо сказал он.
А через миг все передо мной потемнело, последовала светлая вспышка, а затем вновь темнота. Ноги подкосились, я едва не упала, только чужие руки, крепко державшие меня, не дали этому случиться.
Только через секунду я поняла, что мы переместились во дворец. Магическое освещение после полутемной комнаты показалось слишком ярким
— Как я понимаю, тебя похитили с помощью этого портала, — тихо прошептал Антуан, аккуратно стянув мантию и накинув на меня сверху.
Только сейчас я поняла, что дико дрожу.
— Пойдем к его величеству, — сказал Антуан, и мы поспешили.
Сейчас, после пережитого, у меня не было никакого трепета перед королем, мысли, что я могу предстать перед ним в неподобающем виде, тоже ни капли не беспокоили.
Казалось, все эмоции остались в той страшной полутемной каморке. Я даже не пыталась вникнуть, что успел сказать Антуан нескольким подошедшим людям.
Только что-то о срочности.
Сама же я просто крепко прижималась к нему, будто бы это было жизненной необходимостью.
Наконец мы оказались в приемной его величества. Даже не верилось, что совсем недавно, сегодня, я была здесь.
Антуан в этот раз не утруждал себя ожиданием, просто ворвался в кабинет короля, который беседовал с каким-то чиновником.
— Меня только что пытались убить, — произнес мужчина, не утруждая себя следованием этикету.
— Радзинс, покиньте мой кабинет, — сказал король своему собеседнику. — И вы, юная леди.
— Леди Гарен отсюда никуда не уйдет. Ее похитили, и мне только что удалось ее вернуть.
В этот момент Радзинс закрыл за собой дверь.
И Антуан добавил:
— А еще она спасла мне жизнь, ваше величество.
— Что ж, пусть остается. И кто же хотел вас убить, ваша светлость?
— Люди моей мачехи. Она, видите ли, хочет сделать своего сына вашим наследником, даже план весьма изощренный разработали, — сказал Антуан, усадив меня в кресло. Он все еще держал мою руку и гладил ее.
А затем герцог стал рассказывать все. Что ж, Антуана можно понять, преступники и так все скоро выложат, так скрывать уже нечего.
Антуан поведал все без утайки. Почти все. За исключением одного: что я вроде как вызывала «демона». Мужчина предпочел сообщить, что это был призыв фамильяра, и даже сказал, что я была крайне удивлена полученным результатом.
Король хмурился, кажется, он понял, что наследник лжет ему прямо в лицо, чтобы избежать наказания, но не стал это комментировать.
— Полагаю, мой брат мог не знать о происходящем, но его мать впала в магическую кому, чтобы я ничего не смог узнать. Прошу меня простить за это. О дальнейшем мы сможем узнать только от самих виновников, — закончил мой спутник. — Надеюсь, их скоро задержат.
— Хорошо. Похоже, кто-то очень хотел избавиться от правдовидца при моем правлении, — произнес король, а затем бросил взгляд на меня.
— Есть ли у вас предположения, леди, почему вас пощадили? — спросил правитель. — Вряд ли им нужны были свидетели.
От такого вопроса внутри все похолодело. Его величество что, сейчас скажет, что я еще и сообщница? Определенно, глава нашего государства не испытывает ко мне симпатии, я бы даже сказала, наоборот, я ему чем-то сильно не нравлюсь.
— Они решили, что, если вдруг я очнусь, попросту сотрут память. Как я поняла, возможно, это связано с моим наследием.
— Ах да, способностью создавать редкие растения, — произнес правитель так, будто бы это было ругательством. — Я знаком с вашим наследием, а также в курсе всеобщего ажиотажа в отношении вашей персоны. Поэтому, леди Гарен, я настоятельно рекомендую вам связать себя узами брака, дабы интерес к вашей персоне немного поутих.
Я вздрогнула. Когда король говорит «настоятельно рекомендую», это означает приказ, который необходимо исполнить.
— Естественно с гражданином нашей страны, но, думаю, вам и так это понятно. Вам пришлют рекомендательный список. Ваша мачеха говорила, что вы довольно умны. Но если все же не сможете определиться, то мои советники вам помогут.
29.3
Я приоткрыла рот. Конечно, все в курсе, что с правителями не спорят, но крайне не хотелось, чтобы кто-то так легко решал мою судьбу. Не говоря о том, что был только один человек, за которого я хотела замуж, правда, я не знала, хотел ли он на мне жениться.
Не успела ничего сказать, как его величество обратился к Антуану:
— А насчет вас, ваша светлость, у меня схожие рекомендации. Теперь нет никаких причин откладывать вашу женитьбу.
Бросила взгляд на герцога.
Мой спутник приоткрыл рот, желая что-то сказать, но не успел, король взмахнул рукой, показывая, что сейчас его не стоит отвлекать.
На пергаменте на его столе возникли строчки, написанные черными чернилами. Увы, с расстояния, на котором я сидела, нельзя было ничего прочесть, оставалось надеяться, что правитель сам поделится с нами.
— Виновные пойманы. Совсем скоро они будут допрошены, а опасный артефакт найден и уничтожен. Надеюсь, подобное больше не повторится.
— Ваше величество, я хочу лично участвовать в нахождении и уничтожении, — твердо
