Читаем без скачивания Большой шмон - Олег Алякринский

«Ничего не изменилось в этой несчастной стране», — подумал мужчина в длинном коричневом пальто, медленно двигаясь вдоль бесконечного мраморного прилавка и оглаживая взглядом бесстыже раздвинутые упитанные бедра месячных цыплят, выставивших напоказ свое срамное нутро. Уж то, что на Ленинградском рынке почти ничего не изменилось, — это точно! Разве что изобилия прибавилось. Так же лежали и эти куры, и виноград, и бараньи ноги, и банки с черной икрой и при Борисе Николаиче, и при Михал Сергеиче, и при Юрии Владимировиче, и при Леониде Ильиче… Кому это мешало? Зачем понадобилось порушить, безжалостно покорежить, выкорчевать тщательно выстроенную и устоявшуюся державу, чей механизм был заведен Иосифом Виссарионычем и работал как часы. Пусть не идеально, пусть не для всех. Но с этой державой считались и боялись ее и там и здесь. Мужчина тяжко вздохнул: «Нет, надо все исправлять, пока не поздно. Надо все вернуть на круги своя… Правильно говорит Разин, правильно…»

— Сергей Гурьевич! — услышал он тихий голос и медленно обернулся.

— А, Максим Петрович! — Внимательный взгляд Тялина скользнул по бледному лицу вора в законе Кайзера и прополз по лицам двух крепких ребят с короткой стрижкой, которые маячили за спиной своего пахана. — Давайте отойдем к цветочкам — там нам будет поспокойнее… И попросите своих вассалов… где-нибудь погулять. Зачем привлекать лишнее внимание, — добавил Тялин с усмешечкой.

Кайзер сделал рукой едва заметный знак, и его телохранители молча растворились среди редких покупателей Ленинградского рынка. Тялин решительно двинулся к цветочному ряду, от которого волнами исходили пьянящие благоухания всепогодных роз, астр и хризантем. Торговки засуетились было при виде двух потенциальных клиентов, но одного недовольного взмаха руки важного господина в коричневом пальто оказалось достаточно, чтобы они перестали кудахтать и снова расселись по своим местам.

— Ну так что вы хотите мне сообщить такого безотлагательного, Максим Петрович? — спросил Тялин как бы между прочим.

Кайзер кашлянул. Его вдруг обуяла непонятная робость — как сопливого салажонка, которому предстоит нешуточное толковище со старшими друганами по поводу допущенной им провинности.

— Чудные до меня дошли известия, Сергей Гурьевич, что будто бы в Поволжье объявился смотрящий по России Варяг. И ведет он там себя весьма странно.

— Варяг? — оживился Сергей Гурьевич, вспоминая вчерашнюю телефонную беседу с генералом Урусовым как раз о Варяге — о трупе Варяга, найденном три недели назад на Сколковском шоссе. — Он же вроде как погиб? И труп его обнаружен и вроде как опознан?..

Максим Кайзер неопределенно качнул головой:

— Я и говорю: чудные известия. Если бы не от верных людей, я бы не поверил.

— Значит, источник этих известий надежен?

— Да. Последнюю весточку мне прислали из Тольятти. Один мой старый знакомый. Весьма уважаемый там человек. Кличут Нестор… Ну да не важно. В общем, старик со мной связался вчера и сообщил, что на днях с ним искал встречи Варяг. Но почему-то не встретился. Мало того, развел какого-то местного лоха, выманил у него крупную сумму денег и спешно покинул Тольятти… Убив при этом женщину… Проститутку.

Тялин смотрел на Кайзера молча, переваривая услышанное.

— Странно. Неужели убийство — это на него похоже? Убийство женщины…

Максим оглянулся, точно боялся, что его сейчас могут подслушивать. Он снова вспомнил о том, о чем беспрерывно думал все последние дни, что мучило его, от чего он пытался отмахнуться, как от мучительного наваждения, но все бесполезно… Он думал о звонке Виноградова, напомнившем ему о почти уже забытых делах давно минувших дней и заставившем его самого метаться, точно раненому зверю по клетке…

— Знаете, Сергей Гурьевич, в жизни каждого из нас бывают такие мгновения, — начал он хрипловатым голосом, понимая, что сейчас фактически исповедуется этому кремлевскому гэбэшнику, — когда теряешь над собой контроль… Он загнан в угол. Ему некуда податься. Он же в розыске, его фотографии на каждом посту ДПС, на всех пунктах паспортного контроля… У него обрублены все или почти все связи… Он без гроша сидит. Бабки… да, думаю, он вполне мог развести лоха, тем более у того чуть не сто тысяч набралось… Я думаю, он вполне мог позариться на эти деньги. А девка… Черт его знает, что это была за баба… Может быть, случайно ее грохнул, а может, и неспроста… Может быть, он что заподозрил… Словом, вот такая информация.

— Ну а я-то тут при чем? — играя под простачка, спросил Тялин.

Он пытался максимально потянуть время, чтобы осмыслить эту и впрямь для него неожиданную новость. Труп на Сколковском шоссе и похождения Варяга в Тольятти… Тут была какая-то нестыковочка, но он пока не понимал какая.

— Кстати, а ваш источник, этот Нестор… не уточнил, когда точно в городе видели Варяга?

— Вроде бы дня четыре тому. Но тут еще вот какая странность… — Максим вытащил из копны белых ромашек один цветочек и стал вертеть его в пальцах, не обращая внимания на тревожный взгляд хозяйки, обеспокоенной судьбой своего товара. — Варяга видели три недели назад и в других городах. В Самаре, в Астрахани.

Тялин с недоумением взглянул на собеседника. И замотал головой:

— В Самаре, говорите, в Астрахани? Три недели назад? А как же покушение на Варяга, а как же его пребывание в химкинском госпитале? Тоже ведь три недели назад. Что ж он, метеор?

Максим сунул наконец ромашку обратно в ведро и выдохнул хрипло:

— Так и я о том же… Если это не Варяг в Тольятти объявился, а кто-то другой, кто косит под Варяга, то… Знаете, Сергей Гурьич, в наших кругах такие шуточки не проходят.

У нас подобный юмор не понимают — за эти спектакли можно и перо под ребро схлопотать!

— Отлично! — просиял Тялин от внезапно пришедшей ему в голову блестящей задумки. — Если это действует самозванец… То его надо примерно наказать — что называется, замочить в сортире, как в том американском фильме, помните? А иначе он может спутать нам все карты и испортить игру… Если настоящий Варяг убит и найден его обгоревший труп, в чем меня уверяют компетентные органы, то живой самозванец нам совсем ни к чему! Но если окажется, что это не самозванец, а каким-то невероятным, волшебным… я не знаю… образом и впрямь объявившийся Варяг, то его беспредельное поведение — прекрасный повод, чтобы его ликвидировать! А по своим малинам распустите весть, что убрали самозванца, наглеца, посягнувшего на славное имя… и тэ дэ… Ну, вы сами знаете, как все это лучше обставить!.. — усмехнулся Сергей Гурьевич. — Вот это нам было бы очень на руку. Избавимся от неуправляемого смотрящего — поставим вас на его место… И будем дружно работать. — При этих словах Тялин по-отечески похлопал Кайзера по плечу, снова добавив: — Будем работать дружно…

Последние слова весьма согрели душу Максима Кайзера. Заручиться поддержкой человека, стоящего практически у вершины пирамиды, — это нехило!

Попрощавшись со своим кремлевским куратором, Кайзер покинул здание Ленинградского рынка. Пройдя к кинотеатру «Баку», он присел на скамейку, отправив обоих своих парней-телохранителей к стоящему неподалеку вороному джипу «тойота-лендкрузер». Проскользнувшая в самом конце разговора с Тялиным мысль крепко засела ему в голову и требовала немедленного осмысления и обдумывания. Варяг и в самом деле убит, но существует некий его двойник, то этого двойника, наоборот, не нужно убивать, как предлагает Тялин, его нужно использовать как марионетку. Этого самозванца необходимо заставить работать на себя. Так можно убить сразу двух зайцев — корону Варяга взять без шума, без риска нарваться на бузу в стане его сторонников. С помощью самозванца, прикрываясь авторитетом Варяга, можно занять место смотрящего на большом сходе прямо по его рекомендации.

Оставалась, правда, нерешенной еще одна важнейшая задача — надо незамедлительно разобраться с Виноградовым. Это задачка будет посложнее первой. Учитывая, что с налетом на дом в Кусково получился полный облом, документы исчезли и этот говнодав Сашка Сухарь сбежал, сука такая, и в случае чего продаст его, Максима Кайзера, за понюх табаку. А это сейчас, когда нужно собирать большой сходняк, совсем некстати. Если люди Варяга прознают про то, что Максим Кайзер пошел на святотатство — учинил большой шмон с мочиловом в особняке Медведя, то ему не сдобровать. Ему не то что претендовать на звание смотрящего по России глупо, а самое время будет свою жопу беречь от позора… Воры такого ему не простят ни за что.

А тут еще этот хрен знает откуда взявшийся Виноградов объявился не запылился. И надо же — в какой момент! Откуда он взялся — и почему? Максим вытащил мобильник и, войдя в список входящих звонков за последний месяц, отыскал нужный, виноградовский. В тот раз он сказал старому гэбэшнику, что не понимает, о чем тот ведет речь, и отключился. А сам так мандражнул, что на следующий же день послал Сухаря с двумя козлами в Кусково с наказом перерыть весь дом, переломать пальцы и зубы старику сторожу, но найти архив Медведя… Нет, блин, оставлять дело так нельзя. Сухарь в Кусково прокололся, сука, но ему за это еще воздастся в полной мере, но ведь чемодан, который он добыл, оказался в чужих руках… В чьих? Тоже загадка. Кто мог налететь на Сухаря с его лохами и устроить бойню?.. А вдруг в этом сраном чемодане ничего нет? Тогда и не хрена ему мандражировать по этому поводу. Но вот с Виноградовым в любом случае надо что-то решать… Этот хитрован крепко взял его за жабры, крепко… Он, сволочь, намекнул, будто у него кое-что есть в загашничке интересное. А что? Та бумаженция, которую Максим когда-то, в восемьдесят третьем, со страху или сдуру подписал в «Матросской тишине» и которая сейчас могла сильно подпортить ему репутацию среди законных воров. А вдруг в виноградовском загашничке не только эта бумаженция, но и его рапорты?.. Ой, бля… Правда, ни один из тех рапортов не был подписан, но попади эти бумаги в руки того же Варяга, а он не дурак, можно ведь сравнить, сопоставить кое-какие детали, места, имена, события, фигурирующие в тех рапортах, и сразу станет ясно, откуда ветер дует, кто мог знать обо всем том, о чем там написано… Может, отзвонить Александру Иванычу? Может, наладить с ним контакт? Договориться?