Читаем без скачивания Большой шмон - Олег Алякринский

А с последефолтной осени звезда «Коммерцбанка» стала закатываться, он потерял огромные деньги, вошел в противоречие с банковскими кругами в Москве и потихоньку стал терять своих бывших влиятельных друзей среди клиентов банка. А на поиски новых у него как-то не хватало ни сил, ни времени, ни желания: куда-то подевался былой запал банкира. Именно в это время Владимир Сергеевич поближе познакомился с директором местной типографии, познакомился с новым для себя делом и вложил кое-какие припасенные на черный день денежки в типографский бизнес. Смычка финансового, пусть даже хиреющего, и типографского капиталов пошла обоим партнерам на пользу — во всяком случае, в унисон с ростом отгружаемых со склада типографии тиражей книжной продукции стали расти и личные активы хозяина «Коммерцбанка». А в прошлом году Владимир Сергеевич после долгого перерыва обновил свой автомобильный парк, приобретя, новенький с иголочки темно-синий «мерседес» с дымчатыми стеклами, в котором теперь каждое утро подруливал на Монетную улицу со своей дата в ближнем тульском пригороде.

Этот темно-синий «мерседес» и увидел Витя Карпов, когда после спешного бегства из Тольятти, по пути трижды сменив поезда, отрастив по дороге для конспирации щетину, прибыл в родную Тулу калужской электричкой. Проводив роскошный «мерс» взглядом, Витек прямиком направился на улицу Льва Толстого, в охранное агентство «Броня», номинальным директором которого он до сих пор числился. Пару лет назад «Броню» ему передал под контроль покойный вор в законе Витя Туляков, пошутив, что, мол, пока еще быть смотрящим города и области Витька не дорос — так пускай на первых порах поохраняет тульский частный бизнес.

И Витька начал охранять. Его сотрудники, Глеб Чижов, по кличке Чиж, и Володька Бутров, по кличке Багор, оба крепкие, высокие, добры молодцы, как говорится, косая сажень в плечах, оба отслужившие в ВДВ, знавшие толк в искусстве рукопашного боя и умевшие обращаться с огнест-' рельным оружием, колесили по городу и области в поисках потенциальных клиентов «Брони»: с согласными заключали договора «на охрану», сомневающихся убеждали лаской и таской, строптивых же наказывали материальным ущербом. В общем, за пару лет практически пол-Тулы и Тульской области оказались под Витькиной «Броней» в прямом и переносном смысле. Хотя афишировать это никто из бизнесменов не решался да и не желал. Все взаимоотношения были покрыты завесой тайны и страха. А боялись все.

Исключение составляли только кое-какие мелкие, но принципиально ершистые частные фирмочки, не попавшие в алчные щупальца крутых Витькиных «охранников», да вот эти самые «Тулакоммерцбанк» и дружественная ему типография. Но с этой самодеятельностью Витька давно уж задумал кончать. Покрутившись в городе пару дней и разведав обстановку, он решил, как в прежние времена, в наглую наведаться в банк и напрямую предложить хозяину свои охранные услуги. Для начала он направился на Монетную улицу в сопровождении Чижа и Багра.

В дверях служебного входа в банк путь им преградил пожилой дядька в черной куртке с яркой пластиковой бляхой на груди — по виду отставной прапорщик Тульской дивизии, — и, поинтересовавшись о цели визита, наотрез отказался проводить их к директору. Тогда Витька рассвирепел и, оттолкнув хлипкого прапора, двинулся по коридору в глубь здания, ища глазами дверь с нужной табличкой. За ним по пятам неотступно следовали мрачные Чиж и Багор.

Наконец дверь нашлась. Витька решительно нажал на бронзовую ручку и оказался в просторном светлом кабинете, посреди которого стоял гигантский письменный стол с компьютерным монитором посередине. На длинном кожаном диване в рядок чинно сидели какие-то унылые хари — в одном из сидящих Витька признал начальника местного мясоперерабатывающего комбината Толика Клишко, низенького толстячка с вечно перепуганными белесыми глазками, который одним из первых покорно лег под «Броню». Едва виднеющаяся из-за огромного монитора дебелая тетка с копной крашенных под платину волос недовольно уставилась на незваных посетителей:

— Вы записаны?

— Я вне очереди! — осклабился Витька, мазнув взглядом по ожидающим в приемной. — Владимсергеич у себя?

— Он разговаривает по телефону, — поджав губки, сухо объяснила секретарша.

— А, ну это не страшно, еще наговорится… — И Витька двинулся к обитой кожей двери, а его спутники молча замерли посреди приемной в ожидании дальнейших указаний.

Рванув на себя тяжелую дверь, Витька по-хозяйски вошел в кабинет президента «Тулакоммерцбанка». Токарев как раз собирался положить телефонную трубку на рычаг. Он взглянул на вошедшего поверх узких очков без оправы.

— Вам что угодно? — надменно проговорил Владимир Сергеевич. — Вы кто такой? Почему Марьфедрна не доложила о вас?

Витька чуть было не ляпнул по-привычному: «Владислав Геннадьевич Игнатов», да вовремя осекся и представился как полагается.

— Карпов Виктор Степанович.

— Карпов? Не имею чести, Виктор Степаныч… — скривил губы Токарев. — Вы по какому вопросу?

— Я по вопросу безопасности… Хочу предложить вашему банку услуги моей охранной фирмы, — не моргнув глазом, заявил Витька и без приглашения уселся на кожаный стул напротив директора.

Токарев мрачно откинулся на высокую спинку вертящегося кресла и собрался уже что-то произнести, как Витька замахал руками и примирительно заметил:

— Владимир Сергеич, не надо только возражать сразу. Я думаю, мы договоримся. Я генеральный директор охранной фирмы «Броня». Вы, конечно же, слыхали о ней. У нас многие предприятия города стоят на… абонентском обслуживании…

Токарев только теперь, похоже, понял, что происходит. Он даже повеселел.

— Ах, «Броня»… Слыхал, как не слыхать… А вы, значит, тот самый Виктор Степаныч… Ну это и не важно. Молодой человек, — заговорил он ехидным тоном, в котором угадывались покровительственные нотки, — я полагаю, вы ошиблись эпохой. На дворе не девяносто первый и не девяносто четвертый, а две тысячи второй год! Это десять лет назад можно было вот так заявиться в банк и предложить свои, с позволения сказать, охранные услуги. Нынче-тο все полутому. Все, что можно было сломать, сломали. Все, что можно было построить, построили. Вам ли не знать, мой дорогой, что у всякого солидного бизнеса в нашем городе давно есть солидный фундамент, стены и крыша… Так что вы немного запоздали… А теперь прошу вас покинуть кабинет! — Голос Токарева окреп. — Мне нужно работать.

Витька опешил. Он поднялся в нерешительности, не зная, что сделать — то ли вспылить и вмазать этому очкарику промеж рогов, то ли пообещать ему кровавую разборку сегодня же вечером, благо адресок его пригородной дачи у него имеется… Но этот вариант был ни к черту не годен: после тольяттинских дел Витьке было сейчас без мазы поднимать в городском банке хипиш, светиться в ментуре…

С этим сытым чмырем он разберется по-тихому… Только не сейчас. Попозжей. Витька развернулся на каблуках и молча вышел. Внутри клокотала немая ярость. Он мигнул Чижу и Багру: мол, отваливаем.

Всю дорогу он думал о своем мудацком визите в «Коммерцбанк». И что он как лох попер к этому Токареву напролом? Дураком себя только выставил… А директор банка конечно же вел себя так уверенно потому, что действительно у него имеется про запас взвод крепких омоновцев, которые по долгу службы готовы выполнить свою задачу и защитить банк, и тут сомневаться не приходится. Банк они, конечно, защитят. А вот самого банкира? Тут большой вопрос. Нужно будет как следует изучить вопрос. Благо, у Витьки все тульское УВД во главе с самим товарищем генерал-майором Судариковым прикормлена… Ладно, этот очкастый еще у них попляшет…

На другой день Витька отправил бригаду Чижа проследить маршруты поездок Токарева. Через неделю тот доложил, что, оказывается, путь директора банка пролегает довольно удачно: мимо каких-то новостроек, по пустырям на окраине, а потом километра два лежит через рощицу по пустынному отрезку шоссе. Машины сопровождения у Токарева не было, и в салоне синего «мерседеса», кроме шофера, с ним никто больше не ездит.

В пятницу вечерком, прихватив три новеньких «калаша» из той самой раздербаненной на Горьковском шоссе фуры, он с Чижом и Багром залег в рощице за городом, в том месте, где «мерс» Токарева ежевечерне проезжал часов в семь — начале восьмого. Карпов решил действовать примерно так же, как на Горьковском шоссе, — облачившись в ментовской маскарад. Загодя были приготовлены два комплекта формы, раздобыли даже гаишные нагрудные жетоны. Минут за пятнадцать до появления «мерса» двое Витькиных подельников, переодевшись и повесив «калаши» на живот, встали в ожидании на трассе. Сам Витька, вооружившись автоматом, залег в рощице у дороги: он планировал взять Токарева в «коробочку».