Не сердитесь за обилие подробностей, достоуважаемые господа. Я так широко размахнулся для того, чтобы дать понятие об удивительных поворотах судьбы в тропических горизонтах. Хочу объяснить мотивы тяжких преступлений, само перечисление коих уничтожительно для меня: если я смогу убедительно описать страну и неслыханные обстоятельства, каждый возгласит: иди с миром! Не из сердца вырастают грехи — индийская земля рождает их, словно гремучую змею или анчара.
Надобно отметить, что провинция Сердана раз в десять больше трирского герцогства и доходы с нее несравнимы с доходами архиепископа. Сказочная, благословенная страна, богатая злаками, хлопком, табаком. Рядом со своей столицей Зоммер возвел крепость. Его армия держала соседей в почтительном страхе. Он пробился сквозь девственные леса Мевы, недоступные до сих пор иноземным завоевателям: здесь остановилось победное шествие Александра Великого, здесь постыдно отступили орды Чингиз-хана. Жители этой дикой чащи выходили только для того, чтобы грабить и облагать данью окрестное население. Зоммер проник в буйные тропические дебри, покорил туземцев, обратил их вождей в рабов императора. После того внезапно атаковал жестоких баллуков, что поливают алтари своих идолов кровью молодых девушек, и за неделю прогнал их из горных пещер. Схватился напоследок с мятежным Пертауб Сингхом — раджой из Джонагуры: хоть и не смог одолеть его силой, зато уговорил смириться льстивыми речами и обещаниями.
Властитель решил достойно вознаградить Зоммера. Он предложил полководцу в жены девушку несравненной красоты и знатного происхождения. Звали ее Сейб-Алниффа — на индусском языке «прекраснейшая из женщин». И тут Зоммер объявил, что возьмет в жены Сейб-Алниффу, только если она примет христианство. Властитель весьма удивился: неужто ему не подходит девушка из касты браминов?
— Очень подходит, — ответил Зоммер. — Потому и хочу, чтобы она приняла католическую веру. Я уже в летах, сын мой ни к черту не годен, и я его прогнал. Когда я умру, вдову, по обычаю браминов, сожгут вместе со мной. Будучи христианкой, она не поднимется на погребальный костер, а унаследует трон и станет бегумой, правительницей, и страна не попадет в дрожащие руки пьяницы сынка.
— Правильно, — согласился властитель и ради Зоммера разрешил миссионеру обратить в католичество молодую принцессу. Такой великой милости еще не удостаивался в Индии ни один европеец.
Прекрасная Сейб-Алниффа боготворила своего мужа, сопровождала во всех походах, всячески заботилась о нем и особенно охраняла от злейшей напасти — предательства, что опутывает индийских владык наподобие лиан тропического леса. Удачливый полководец, естественно, имел многочисленных завистников и конкурентов: англичане также не переставали наблюдать за действиями старого врага. Часто Зоммер избавлялся от смертельной опасности только чудом — чудом проницательных глаз Сейб-Алниффы. И все-таки удалось его отравить — герой скончался на руках верной красавицы супруги.
Тут-то и объявился в Сердане я — Зоммер пригласил меня командовать артиллерией. После смерти короля трон унаследовала его вдова под именем бегумы Сумро, оставив ни с чем королевского сына — субъекта беспутного и коварного.
После того как новая правительница назначила меня оберкомандиром крепостной артиллерии, я повидал сего сынка: он прежде всего захотел меня подкупить, дабы я предал бегуму, и, услышав холодный отказ, пообещал со мной расправиться, как только станет королем.
— Если ты станешь королем, — усмехнулся я, — придется мне заделаться цареубийцей.
Пророчество оказалось роковым. Долгое время потом я не видел этого парня.
Бегума Сумро энергично взялась за дело: приумножила военную мощь своей армии, довела число орудий до сорока. Командовала войсками сама, восседая на резвом скакуне или боевом слоне; скоро научились соседи должному респекту перед ее вооруженной дланью. Властелин ей полностью доверял, влияние бегумы выросло настолько, что ее советы решали исход дворцовых дел. На Востоке совещания и советы носят удивительный характер. Любимец властелина Голан Кадир, чей авторитет явно ослабел по милости бегумы Сумро, бросил на столицу отряды подчиненных ему воинов рохилла и обстрелял из пушек императорский дворец. Бегума услышала канонаду, поспешно собрала войска, соединилась с принцем Джеван Буком, внезапно ударила по отрядам Голан Кадира и освободила осажденных. После чего посовещались враждующие партии и заключили мир. Незамедлительно и конкретно решались государственные дела — прямо как в польском сейме.
Освобожденный от внутренних распрей властелин нашел время для врага внешнего. Пользуясь смутой и неурядицей. Кули-хан занял крепость Гокул Гур. Крепость надлежало немедля освободить.
Императорские войска были многочисленны, однако не хватало способных военачальников. Сказывалось отсутствие Зоммера, хотя его вдова — бегума Сумро — стоила остальных предводителей вместе взятых. Три недели продолжалась осада крепости Гокул Гур, и отчаявшийся комендант решил сдать крепость. При таком известии императорская армия предалась беззаботному веселью, и ночью, выждав удобный час, Кули-хан обрушил свою монгольскую конницу на ничего не подозревающий лагерь и принялся кромсать и рубить бесшабашных, застигнутых врасплох героев. Пламя горящих палаток увидела крепостная стража: пушки повернули соответственно, осажденные рванулись на вылазку. Ужас и смятение туда-сюда швыряли растерянную толпу императорских солдат. Шатер императора пробили ядра, двое из носителей его паланкина лежали убитыми, сам властелин не знал куда бежать. Он наверняка бы погиб меж двух огней в ту жуткую ночь, если бы не помощь бегумы Сумро: ее небольшое войско, хорошо организованное европейскими офицерами, подоспело к месту сражения.
Узнав о тяжелом положении шаха Аллума, отважная бегума поднялась в свой паланкин и, сопровождаемая личной охраной не более сотни человек да моей батареей, поспешила в самый центр битвы. Когда мы приблизились к солдатам из крепости, царственная амазонка сказала мне коротко:
— Действуй, как я!
Вышла из паланкина, вскочила на коня и ринулась на отряд крепостной стражи. Я понял свою задачу и установил орудия так, чтобы картечь сметала противников бегумы, а прицельные ядра разбивали пушки осажденных. Через несколько минут ошеломленные солдаты побежали обратно к воротам: бегума Сумро сумела их обогнать, у моста взяла в плен предводителя и ворвалась в крепость. Ко мне она вернулась в сопровождении десяти человек — прочие остались в отбитой крепости.
