— Джей, — восторженно выдохнула она, еще больше распаляя появившегося во мне балагура. — Откуда у тебя…впрочем, неважно. Я спускаюсь.
— Уж поторопись, — проворчал я, ни на секунду не спуская взгляда с входной двери. — Вселенская тоска — смертельный недуг.
— Бегу, — выкрикнула Астрид и, судя по характерным хрюкающим звукам, впрямь понеслась со всех ног. Запомнить на будущее: эта малышка воспринимает все чересчур серьезно.
Не прошло и десяти секунд, как за калиткой невысокого деревянного забора, выкрашенного жизнеутверждающей желтой краской, показалась распорядительница моих мыслей, а по совместительству еще и самое милое создание, с которым мне когда-либо доводилось сводить знакомство. Нервно оглядываясь по сторонам, она даже не обратила внимания на моего нового железного друга и уже потянулась рукой к карману, когда была остановлена коротким и звучным 'биканьем' клаксона. Подозрительно покосившись на Кадиллак, девушка все же решила подойти ближе и восторженно закатила глаза, увидев мое лицо, появляющееся вслед за опущенным тонированным стеклом пассажирского места.
— У меня просто нет слов, — заранее отказалась она от красноречивости, плюхаясь на переднее сиденье.
- 'Безумно рада видеть тебя, Джей' вполне сгодилось бы, — слегка пожурил я девочку, по достоинству оценивая ее титанические усилия по сведению моей персоны с ума.
Мне всегда казалось, будто черный очень мрачный цвет, подчеркивающий бледность кожи, выпячивающий недостатки так же, как и достоинства. Но я и предположить не мог, насколько он идет Астрид. Широкие брюки свободного покроя из тонкой 'дышащей' ткани, расклешенные от бедра, настолько идеально выводили каждый изгиб молоденького тела, что воображение на долгих две минуты задохнулось от восторга.
Чепуха все эти слухи о том, что надев юбку покороче, вполне можно охмурить любого мужчину в течение пятнадцати минут. Чем меньше места для фантазии, тем мизернее шанс заинтересовать представителя сильного пола. А вот длинное платье, достигающее щиколоток, в разрезе которого изредка мелькает стройная ножка, с красующимися на ней кружевными подвязками чулка…Тут без вариантов, дорогие дамы, успех гарантирован. Надо только понять различие между эротичностью и вульгарностью. Первое — искусство, второе — показатель невоспитанности и доступности.
В то время как голову захламляли неуместные размышления, взгляд плавно скользил выше, неприлично долго задерживаясь на соблазнительных округлостях. Черная приталенная блуза с короткими рукавами, узорной вышивкой по краям обрамляющего тонкую шейку воротничка и двумя верхними расстегнутыми пуговицами-жемчужинами. Крепче сжав в руках руль, я проигнорировал ее пересохшие губы, лишь в самой незначительной степени тронутые розовым блеском с манящим запахом клубники, отметил наливающиеся румянцем щеки и на долгих две минуты потонул в огромных глазах цвета шкурки созревшего лайма. Чудовищное сравнение, понимаю, но ничего лучше мне в голову просто не пришло.
Единственное, что я захотел исправить в безупречной внешности, — волосы. Это преступление прятать такие шелковистые, густые и необыкновенно красивые локоны в виде неаккуратного пучка, стянутого на затылке двумя пластмассовыми палками. Что за дикость, черт возьми! Искусственные иглы дикобраза?
Нагло выдернув сущее безобразие, я под встревоженные возгласы выбросил их в окно и придвинулся ближе, чтобы лично распустить шишку и навести свой собственный порядок.
— Никогда не прячь волосы, — завел я поучительную пластинку, взбивая 'прилизанные' пряди подушечками пальцев. Астрид мгновенно прекратила протестовать и подалась чуть вперед, позволяя мне упиваться своей безграничной властью над ней. — Они очень красивые, как и ты сама. Что сказала родителям?
— Почти правду, — расслабленно промурлыкала она, ласково потершись носом о мою щеку. — Сказала, что мы встречаемся, и ты пригласил меня на небольшую экскурсию по местным достопримечательностям. Спросила, во сколько могу вернуться, и получила все тот же ответ: не позже полуночи. Так что у нас половина суток в запасе, поэтому я бы хотела после работы поехать к тебе…Если можно, конечно.
— Нет, нельзя, — необдуманно резко ответил я, быстро возвращаясь в пределы своего личного пространства, не нарушаемого щекочущим дыханием.
— Хорошо, прости, — поспешно извинилась малышка, сдуваясь прямо у меня на глазах, точно развязавшийся воздушный шарик. — Я забегаю вперед, все понятно. Ты прав, нельзя.
Черт, я ведь не это имел в виду. Покуда по моей квартире разгуливает сумасшедшая истеричка, и речи быть не может о гостях, тем более столь важных для меня. Я не хочу, чтобы Астрид знакомилась с моим альтер эго, этим циничным ублюдком, в облике которого я вынужден существовать большую часть времени. Ее разочарует этот приспособленец, избалованный бессмертный, знающий лишь слово 'хочу', тот, для кого нет и не было моральных границ и препятствий. Представляю, как в одночасье рухнут ее стереотипы о понимании, когда изрезанная мною кошечка протянет девочке когтистую лапку…Бр-р, мне придется вспомнить о наличии стыда.
— Я неправильно выразился, — запоздало принялся я оправдываться, медленно выезжая на трассу. — Холостяцкая берлога и все такое…там не слишком-то прибрано, поэтому мне нужно некоторое время. Скажем, неделька-другая тебя устроит?
О, да, восхитительная отмазка, особенно учитывая мою патологическую чистоплотность. Но ведь девочка о ней не знает, значит, смело пользуемся.
Она расслабилась, улыбкой ответив на мой последний вопрос, и как бы невзначай положила ладонь тыльной стороной вверх на самый край подлокотника. Однако я сегодня ужасен! Умудрился напугать малышку до смерти чертовой строгостью, теперь она даже прикоснуться ко мне боится.
Решив исправиться в самом ближайшем будущем, я пощекотал выпирающий бугорок возле большого пальца, а затем потянул изящную кисть на себя и прижался губами к бархатной коже с тонким, едва уловимым ароматом сандала.
— А как восприняла твой побег из дома Рейчел? — в последний момент вспомнив о заключении пакта о ненападении, я заменил именем привычное 'взбалмошная блондинка'.
- 'Отвянь, Рид, у меня череп лопается', - насупившись, очень похоже спародировала она чуть хрипловатый голос алкоголички. — Чейз сказала, что раньше обеда из кровати не вылезет, а потом у нее планы. Правда, я не разобрала какие. Сначала она беседовала с сантехникой, ну а уж затем позвонил ты. Сегодня мне можно спрашивать? — после недолгих колебаний полюбопытствовала девочка, начиная возрождать во мне комплекс вины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
