— Ах этот. Да он обещал мистеру Солье на выборах пост мэра, — сообщила Колетт.
— Мэра?! — искренне удивилась Лайла.
— Да, мэм, а вы разве об этом не знали?
— Дрю разговаривал о политике со своим отцом на званом ужине, но мне и в голову не могло прийти, что он хочет принять участие в предстоящих выборах…
— Он планирует выставить свою кандидатуру сразу же после суда, мэм.
Лайла нахмурилась. Подозрения закрались к ней в душу.
— Я сейчас вернусь и помогу вам раздеться и лечь в постель, — пообещала Колетт, после чего скрылась в конце коридора со стопкой белья.
Лайла спустилась вниз по лестнице, обдумывая то, что стало ей известно. Здесь была какая-то тревожная тайна.
Подойдя к дверям библиотеки, она услышала незнакомый ей голос.
— Этот процесс сделает вас самым известным человеком в Новом Орлеане.
— Да, лучшей рекламы себе я и представить не мог, — ответил Дрю. — Мне просто повезло, что мисс Дю Шамп понадобился адвокат и она была не в состоянии заплатить мне и цента.
— Так вы что, совсем денег с нее не взяли?!
— Для меня главное известность, она стоит дороже всяких денег. Прежде чем я выставлю свою кандидатуру, мое имя будет напечатано во всех газетах.
— А если вы выиграете этот процесс, ни один из кандидатов не сможет вас победить, и, безусловно, вы станете новым мэром Нового Орлеана. Особенно, если вспомнить, кем был наш предыдущий мэр.
Лайла услышала смех Дрю.
— Да, я хочу, чтобы в газетах напечатали, как я из кожи вон лезу, чтобы спасти мисс Дю Шамп.
— Так вы считаете, что она виновна? Последовала пауза.
— Она моя подзащитная и потому не может быть виновной.
Лайле вполне хватило услышанного. Она взбежала вверх по ступенькам, ее сердце выскакивало из груди. Руки непроизвольно сжались в кулаки. За последние несколько недель Дрю стал ей очень близок. С ним она испытывала то, чего еще никогда не испытывала прежде. А вот теперь она узнала горькую правду.
И с чего это ей вздумалось, что Дрю Солье, обманувший ее отца, искренне о ней заботится? Она ему небезразлична и нужна лишь потому, что процесс принесет ему столь необходимую накануне выборов популярность. А лично сама Лайла ничего не значит для талантливого адвоката.
Она не спала и читала книгу, когда услыхала, как Дрю закрыл за гостем входную дверь. Страдая бессонницей, она лежала с открытыми глазами и мысленно проклинала Дрю Солье самыми последними словами.
После того как его политический союзник ушел, Лайла встала и надела халат. Снова открыв дверь своей спальни, она торопливо спустилась вниз в библиотеку. Распахнув дверь, она ворвалась в комнату, намереваясь окончательно выяснить отношения с Дрю.
Сидевший в кресле адвокат поднял на нее глаза. В руке он держал стакан с бренди.
— О, милая мисс Дю Шамп решила присоединиться ко мне, чтобы выпить стопочку на сон грядущий. И судя по выражению ее лица, она, похоже, очень сердита.
— Нет, спасибо, — сухо ответила Лайла, не желая никакого спиртного.
— Судя по всему, ты на меня за что-то разозлилась, — улыбнулся Дрю.
Она сухо улыбнулась в ответ.
— С чего бы это? Ведь ты уже сказал мне, что берешься за мое дело, чтобы привлечь дополнительное внимание к своей адвокатской конторе.
— Это правда, — спокойно ответил он.
— Само собой, я никогда не верила в то, что ты берешься за это дело, потому что считаешь меня невиновной и искренне за меня переживаешь.
Он ничего не ответил, а лишь нахмурился, не понимая, куда она клонит.
— Тогда чем ты недовольна?
— Ты защищаешь меня лишь потому, что хочешь известности. А сегодня я узнала, для чего тебе такая популярность.
Лайла подошла к нему, халат скрывал ее тело, и, тем не менее, она почувствовала его заинтересованный взгляд. Это только подлило масла в огонь.
— Должна отдать тебе должное, ты превратил бесплатную юридическую помощь в предпосылку своей будущей победы. В бесплатную агитацию своей предвыборной кампании.
Лайла сделала паузу.
— Так как мне тебе помочь, Дрю? Может, повесить на спину плакат «Голосуйте за Дрю Солье, самого шикарного адвоката в Новом Орлеане»? Или лучше «Блестяще обделывающий свои делишки Дрю, ваш следующий мэр»?
— Не думаю, — спокойно ответил Солье.
Каждый раз, когда я начинаю тебе доверять, что-нибудь обязательно случается. Я случайно узнала, что ты так озабочен моим делом лишь потому, что оно помогает тебе стать мэром!
Он молча смотрел на Лайлу, но его темные глаза были бесстрастны.
— Тебе наплевать, останусь ли я жива или меня повесят, главное, чтобы ты стал следующим мэром!
При этих словах Дрю вскочил, и его зеленые глаза блеснули гневом. Лайле все-таки удалось вывести его из себя.
— Если бы я заботился только о предвыборном марафоне, с чего бы мне обнимать тебя всю ночь напролет, ожидая пока из тебя окончательно не выйдет вся эта отрава?! Почему я сам поехал за тобой в Батон-Руж, а не поручил твой розыск полиции?! И почему я слова тебе не говорю, когда ты продолжаешь нести всю эту чушь по поводу того, что я обвел твоего отца вокруг пальца?!
— Да все потому, что ты мой адвокат, — отрезала Лайла.
Они стояли всего лишь в нескольких дюймах друг от друга.
— Тебе на меня наплевать! Ты даже не веришь в мою невиновность, — прошипела она.
Он схватил ее за руки и прижал к себе.
— Проклятье, Лайла, я так старался не влюбиться в тебя, но видит Бог, у меня ничего не получилось!
Он крепко обнял ее и сквозь тонкий халат она почувствовала его плоть. Приступ внезапного волнения охватил Лайлу. Но ведь она не хотела испытывать по отношению к Дрю ничего, кроме ненависти.
— Ты мне не пара, но какое это имеет значение. Я тебя так хочу, я с трудом себя сейчас сдерживаю…
Его губы сомкнулись на ее устах. У Лайлы перехватило дыхание и не стало сил сопротивляться. Она чувствовала, как его нежные горячие губы избавляют ее от ненависти, заставляя дрожать от желания. Ну почему именно этот мужчина нашел в ее сердце пустое место и заполнил его жаждой жизни? Почему именно он дал ей больше того, о чем она могла мечтать? Почему он, которому она до сих пор не доверяла, стал ей так жизненно необходим?
Его пальцы запутались в ее распущенных волосах, и она уже не могла вырваться из его объятий. Язык Дрю неторопливо ласкал ее губы, разжигая в ней пламя желания. Ей вновь захотелось отдаться ему, но инстинктивно Лайла понимала, что это неправильно. Ей не хотелось, чтобы мужчины и впредь ее использовали.
Она уперлась ладонью в грудь Солье и оттолкнула его, разом разрывая пелену забвения. Тяжело дыша Лайла попыталась обрушить на него весь свой гнев.
— Ты мой адвокат, — произнесла она. — Я не могу запретить тебе использовать этот процесс в своих интересах, но я не позволю тебе пользоваться моим телом.
