— Плывем, — поправил меня граф с легкой улыбкой. — Надеюсь, вы любите морские прогулки.
ГЛАВА 20
— Поворачиваем!
Легкая парусная яхта накренилась, почти зачерпнув боком воду, и ухнула вниз, а потом взмыла на волне, едва не перевернувшись. Сердце замерло, желудок подкатил к горлу. Сжав зубы и зажмурившись от летящих в лицо соленых капель, я крепко вцепилась в борт, молясь всем богам, чтобы корабль выдержал и мы не потерпели крушение посреди очередной из безымянных бухт, в изобилии изрезавших восточный берег Дворцового острова.
С графом опасениями делиться не стала — ещё перед отплытием он пообещал «легкую качку» и «небольшой шторм». И тут же предложил остаться, если я не чувствую в себе сил противостоять стихии. Конечно же, я отказалась, заверив лорда Хенсли, что со мной все будет в порядке.
За спиной хлопнул парус, заскрипели в крепких и сильных руках канаты. Лорд Коул Χенсли — без сомнения, человек многих талантов — управлялся с кораблем так, словно он был продолжением его тела. Без привычного черного камзола в одной только полурасстегнутой рубашке с растрепанными ветром длинными темными волосами граф казался совсем другим — простым, понятным, близким. И даже чуточку более счастливым, как будто море и физический труд позволили ему ненадолго сбросить с плеч тяжелый груз ответственности и давление тесных дворцовых стен.
Я не могла не любоваться им… первые несколько десятков минут, пока яхта не вышла в открытое море. А после… стало не до романтических мечтаний.
Встречная волна разбилась об острый нос яхты, обдав меня тучей брызг. Я мучительно сглотнула тяжелый ком и заставила себя смотреть вперед, туда, где высились темные скалы и срывался с уступа очередной водопад — кажется, пятый по счету. И очень хотелось верить, что последний.
— Плывем дальше? — перекрикивая шум волн, спросил граф.
Не оборачиваясь, я кивнула.
Да, одно я теперь могла сказать точно. Морские прогулки… это, очевидно, не мое.
Я думала, найти нужную бухту будет легко. Скалы, водопад, разбившаяся лодка — казалось бы, что может быть приметнее. Но Дворцовый остров умел удивлять.
Широкий полукруглый залив в западной части, куда причаливали корабли с большой земли, плавно переходил в зеленые холмы, забиравшиеся все выше и выше на равнину, где раскинулась величественная резиденция Солнцеликого. Дворец окружал Дневной сад, прячущий за беседками и лабиринтами кустарников многочисленные хозяйственные постройки, по площади не уступавшие небольшому городу. По обеим сторонам пролегли охотничьи угодья, поля и каскад озер. А в глубине к восточной границе дворцовой равнины примыкала иллюзорная изгородь Ночного сада, сердце острова и жуткое прибежище лорда Голдена. Что было дальше, я не знала. В памяти остались лишь смазанные образы — переплетение корней, низкие кроны деревьев, пещеры, скалы и смутное ощущение чего-то мистического и древнего, как сама Айона. Нет, намного, намного старше — старше самого первого Императора и легенды о семи стихиях, когда-то создавших Дворцовый остров.
Сейчас, с воды, я словно видела его таким, каким он был изначально. Диким, нетронутым, опасным.
Высокие скалы тянулись вверх, будто мечтая достать острыми пиками до самого неба. Волны рассыпались белой пеной, ударяясь о низкие своды гротов. Каменные обломки, торчавшие из воды, точно остовы древних кораблей, преграждали вход в крохотные песчаные бухты. Редкие плато заканчивались отвесными обрывами, вдалеке едва заметно темнела волнистая кромка леса. Водопады били повсюду — казалось, сами горы источали живительную влагу, питая дворец и округу.
С восточной стороны сам Дворцовый остров казался дворцом. Нет, не дворцом, а скорее неприступной крепостью, прячущей сердце за частоколом зубцов и высоких башен.
Поистине удивительное зрелище, способное наполнить душу трепетом… но вместо трепета я испытывала лишь головокружение и приступы дурноты, изредка сменявшиеся благословенными минутами покоя, когда яхта ненадолго заходила в очередную бухту, которую я принимала за последнее пристанище Мэрион. Лорд Хенсли бесстрашно направлял лодку между скал, и сердце замирало от предвкушения… чтобы несколькими секундами позже разочарованно забиться вновь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Не то.
Граф терпеливо брался за снасти, разворачивал парус, выводя яхту в открытое море — и все повторялось снова.
К тому моменту, как за волнами показалось ущелье и пятый водопад, я была на грани отчаяния. Мы плыли, плыли и плыли — казалось, целую вечность — а бухты, где я отыскала сестру и разбитую лодку, все не было. Уже не верилось, что той ночью я смогла забраться так далеко от дворца — а главное, найти дорогу обратно. И в Мэрион, привидевшуюся мне, тоже верилось все меньше и меньше.
Я закрыла глаза, казалось, лишь на мгновение, потянувшись за ускользающим образом сестры — и вдруг очнулась oт легкого прикосновения ладоней к щекам. Алеющее вечернее небо заслоняло встревоженное лицо лорда Хенсли. Моя голова покоилась на его коленях, плечи укрывал плащ.
Удивленная внезапными переменами, я моргнула — раз, другой — тщетно пытаясь сфокусировать зрение. Граф укоризненно покачал головой.
— Вам плохо. Надо возвращаться.
— Нет, — я вяло оттолкнула его руку. — Нет. Проверим дo темноты ещё одну бухту. Пожалуйста. Я в порядке.
Он не поверил, конечно же. Но прежде чем решился возразить, я заметила за его плечом черный клык скалы с торчавшим позади обломком мачты. На волнах колыхалось намокшее полотнище паруса.
Сердце взволнованно ударилось о ребра.
Неужели?
Да.
Чем ближе мы подплывали к берегу, лавируя меж острых скал, тем сильнее крепла внутри уверенность, что это тo самое место. Та самая бухта. Крошечный пляж, почти до половины поглощенный приливом, торчащий из воды полукруглый бок лодки. Парус, некогда зацепившийся за край скалы, а сейчас почти смытый в море. Все это было, было на самом деле. А значит…
Я тяжело сглотнула.
Значит, Мэр тоже была здесь.
Тел я не увидела — то ли их переместил прилив, то ли лорд Хенсли, щадя мои чувства, провел нас кружным путем. Закрепив яхту у берега, граф ловко спрыгнул в воду и скрылся за каменной грядой валунов.
Моего терпения хватило ненадолго — слишком тяжело было сидеть, до рези в глазах вглядываясь в сгущающиеся сумерки, и нервно кусать соленые губы. Слишком мучительно было ждать — покорно, безответно — не имея возможности сделать хоть что-то, чтобы приблизить возвращение Лорри.
Нет, ни секундой больше.
Перевалившись через высокий борт, я неуклюже соскользнула вниз — и сразу же провалилась по колени, угодив ногой в расщелину между камней. Обувь и чулки мгновенно намокли, широкая юбка вздулась, словно парус. Каблуки туфелек, идеально подходящих к платью, но совершенно не приспособленных для путешествий, заскользили по каменистому дну.
Но я не собиралась останавливаться.
Спотыкаясь и балансируя на скользких камнях, я решительно направилась к лорду Хенсли. Граф, закончивший беглый осмотр Дика-конюха, склонился над неподвижным телом Мэр. Брови безопасника были нахмурены, губы сжаты. Взгляд, пристальный и цепкий, скользил по бледной фигуре, но прикоснуться к погруженной в воду мертвой герцогине Голден лорд Хенсли не решался, словно опасаясь неосторожно разрушить тонкую корочку льда, сохранявшую тело нетронутым.
— Я и забыл, как вы нетерпеливы, — проговорил граф, не оборачиваясь. — Вам лучше было остаться на яхте. Вечереет. Вода холодная.
— Нет, — подобрав потяжелевшие от воды юбки, я встала рядом с графом, не в силах отвести взгляд от бледного лица Мэр, отстраненного, пустого, но все еще прекрасного. — Мэрион…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Эверли, соболезную вашей утрате.
Я сглотнула подступивший к горлу горький ком.
— Милорд, есть кое-что, что я должна показать вам. Видение. Когда я коснулась камня силы Мэр, она явилась мне в образе водного духа. Знаю, это звучит как бред, но…
— Последнее послание мага, — лорд Χенсли кивнул, ничуть не удивившись. — Опытные мастера способны на такое.
