не коснулось самых глубоких и темных трещин, которые я не осмеливалась проверять, боясь обнаружить там зло. Но такое создание не могло пострадать от моей тьмы, его свет был слишком ярким.
Оно отодвинулось, уже не смотрело в меня, а глядело на меня, склонило голову. Хоть эмоций не было видно, как у человека, оно казалось… любопытным. И довольным.
Оно вытянуло руку. Длинный пылающий палец выпрямился. Я смотрела, как он приближался, целясь в мое лицо. Наконец, я закрыла глаза. Огненный палец опалил мой лоб между моими бровями.
Что-то открылось. Будто третий глаз, давно закрытая печать.
Я ощутила снова кровь саламандры в своих венах. Но в этот раз глубже, ощущение было на глубоком уровне моего естества. Этот огонь, этот свет, это жжение… я была создана из него. Только не знала об этом. Кровь саламандры на миг показала мне правду о том, что всегда было моим.
Магия бежала по мне. По телу, разуму и душе.
«Давай, смертная. Делай то, для чего пришла».
Приказ был в моей голове без слов или мыслей, был в моей крови, двигался с магией.
Я закричала и упала на колени, на ладони, на лицо, лежала там, сжавшись, у ног пылающего существа, пока мои ощущения были переполнены. Страх и восторг смешались, и я не могла назвать ощущение. Это временно лишило меня других ощущений.
А потом я открыла глаза.
Мир вокруг меня ощущался… плотным. Даже тяжелым, а не как раньше. Я не могла это объяснить. Мое тело затекло, ступни болели, плечи свело. Я поднялась на колени и огляделась.
— Ох.
Только это вырвалось из моего рта вместе с воздухом.
Адский пейзаж Друиндара лежал передо мной. Я видела выпирающие камни и трещины. Видела огненные реки с их медленным течением. Но все это было вдали.
Я стояла на утесе, близко к облакам. И за моей спиной возвышалась стена почерневшего от пепла камня.
23
Выступ, на котором я сидела, был едва ли в четыре фута шириной. Я прижалась спиной к стене, ноги покачивались над пропастью. Я не могла представить, как забралась сюда. Это было невозможно… но…
Я посмотрела на свое тело. Я была не в накидке из ветра. Нет, она пострадала, да? Когда я летела над долиной? Огненная ткань все еще обвивала мое тело, пылала, неприятно теплая.
Я дрожащими руками сняла огонь, осторожно сложила его и вернула в медальон. Я смотрела на выжженную землю с высокого утеса. Я не прилетела сюда. Я не могла забраться. Значит…
«Урим».
Я закрыла глаза. Во тьме разума я почти видела, почти представила огромную сияющую фигуру, но нет! Это было слишком. Невообразимое. Я прошла по тропе между Солнцем и Луной, видела, как надо мной прошел великан. Но это? Это было не сравнить. Разум пытался, но мог понять лишь моменты, превратить их в нечто понятное, что подходило под рамки моего мышления.
Но видение нельзя было так объяснить. Если бы я попробовала, сошла бы с ума.
«Урим».
Я поежилась. Слова Ларуны появились в голове:
«Чтобы умилостивить Урима, бога огня и лорда долины Друиндар, Бледная королева должна отдавать кровь своего мужа каждые сто лет».
Почему такой бог — такое жуткое создание из разрушения и чистого света — показался мне?
И он раскрыл больше.
Я коснулась нежно пальцем между бровей, где ощутила открытие сознание. Если сосредоточиться, я все еще ощущала, как это бежало по венам. Словно на другом слое реальности, в паре градусов от этого, моя кровь была чистой магией.
Это не было правдой. Не могло быть.
Но если в этом была хоть капля правды…
Я повернулась и посмотрела на стену. Я чуть прищурилась, прикусила губы. А потом быстро, пока не отговорила себя, открыла медальон и вытащила накидку из ветра.
Ущерб был хуже, чем я думала. Одна складка крыла была разорвана почти до плеча. Накидка вяло трепетала в моих руках, еще пыталась сбежать. Я быстро встряхнула ее, и она тут же успокоилась.
— Что ж, — пробормотала я, расправила рукав, чтобы осмотреть дыру. Я не видела дыру. Но это не было важно. Я всегда могла воспринимать ее без зрения. Я погладила ветер, мои обожженные пальцы гладили нежное плетение, проверяли оборванные края. — Почему не попробовать?
Я вытащила сумочку, вставила в иглу хлопковую нить, сделала узелок на конце. Осторожно соединив два края ткани из ветра, я стала сшивать их быстрыми и аккуратными стежками. Я склонилась над работой, сосредоточилась на деле, и странность ситуации растаяла. Я уже не сидела на утесе над долиной с саламандрами в мире на краю Ада. Я вернулась в комнату у госпожи Петрен. Или в свою спальню в доме отца. Или даже в своей красивой комнате в Орикане, в удобном кресле с булавками, вонзенными в подлокотник. Не важно. Я была во всех этих местах и ни в одном из них, сосредоточилась на точности стежков, на выполнении задания.
Я почти бессознательно ощущала, как время движется вокруг меня. Мерцает. Собирается, как смятая ткань. Чтобы зашить такую дыру быстрыми стежками, требовалось не меньше получаса. Если тщательно, нужно было хотя бы два часа. Но сейчас…
Я моргнула три раза. Выпрямилась.
Дыра была починена.
Я подняла рукав и посмотрела на свои стежки. Крохотные, но они выделялись на невидимой ткани из ветра. Моя работа была достаточно аккуратной, чтобы госпожа Петрен одобрила.
И ушли на это мгновения. Даже меньше.
«Они были правы».
Эролас.
Матушка Улла.
Бабуля Доррел.
Даже маг Ларуна.
Они все говорили, что у меня была магия. И теперь я ощущала ее жжение в крови, в пальцах.
Прикосновение бога огня открыло мой третий глаз, открыло правду обо мне.
— Кровь ведьмы, — прошептала я и мрачно улыбнулась.
Но я не могла отвлекаться на триумф. Время оказалось на моей стороне только что, но оно все еще ускользало слишком быстро. Я убрала инструменты и, все еще сидя, просунула руки в накидку из ветра.
Я встала и посмотрела на пропасть, голова закружилась. Но я быстро перевела взгляд на стену. За пеплом белый камень сиял — белый камень Орикана еще не был полностью захвачен замком Бледной королевы. Эролас был за этой стеной. Ждал меня.
Если боги были на моей стороне, может… может…
Я раскрыла руки, и ветер
