Артура был первым, что Гвен услышала, войдя в зал. Принц стоял напротив брата, скрестив руки на груди. На вошедшую царевну никто не обратил внимания, а Артур продолжал: — Сокровище переходит к старшему сыну. Отец грозился лишить тебя всех привилегий, когда узнал, что ты самовольно забрал предмет и остался с ним в царстве. Мне едва удалось успокоить его и убедить, что я верну артефакт, потому отдай его мне прямо сейчас.
— Не могу, — мотнул головой Каин абсолютно не впечатленный речью брата. По крайней мере его вид был расслабленным и скучающим. Гвен замерла в нескольких шагах от закрывшейся за ее спиной двери. Сначала она присмотрелась к принцам и лишь потом ее взгляд упал на двух юношей стоявших на коленях у тронов. Грудь наполнило радостное тепло. Братья были живы и внешне даже невредимы, хоть и связаны, а за их спинами стояли внимательные стражи.
— Что значит «не можешь»? — тон Артура стал угрожающим. Каин пояснял медленно, будто имел дело со слабоумным:
— Отец хотел доверить мне царство в будущем, потому я взял на себя ответственность и начал защищать мои земли уже сейчас. Без сокровища наши воины не справились бы, и могут не справиться снова. Ты видел, что за этими людьми во дворец пытались пробиться драконы?! Я первый раз видел этих ящеров, они огромны и опасны, Артур. Я не отдам вам сокровище, пока не буду полностью уверен в успехе нашего дела.
Старший принц несколько минут молча смотрел в глаза брату, тот с достоинством выдержал этот взгляд. Артур тихо выругался и обернулся к новоприбывшей. Замер на секунду, рассматривая белые волосы, сплетенные в сложные косы. Вынужден был признать, что царевна действительно хороша собой и очень необычна. Стало даже немного жаль, что придётся жениться на наследнице Гриуса, но царевна будет нужна рядом с Каином, чтоб родить истинного наследника рода.
— Леди Гвендолин, — Каин лучезарно улыбнулся, сделав вид будто только сейчас заметил присутствие девушки. Он бодрым шагом подошел к сжавшейся царевне, приобнял ее за талию и повел к тронам. — Стоило поговорить с вами сразу же, но появилось так много дел. Государственные перевороты очень энергозатратное занятие, вы не находите?
Гвен много чего не находила и с принцем в целом была не согласна, но сейчас она лишь молча напряженно смотрела на Каина, пытаясь понять, что ему ответить. Его рука на талии жгла, будто ее обнимал куст крапивы, хотелось дернуться и одним рывком освободиться, стряхнув с себя эти замаскированные кандалы, но в этом случае царевна рисковала оказаться связанной веревками, потому она терпела и ждала.
Каин не успел развить свою мысль, потому что в зале появились новые действующие лица. Оглянувшись через плечо Гвен заметила как в помещение ввели Лоркана. На мужчине не было привычного дорогого костюма, украшений и частичного грима, маскирующего темные круги под глазами и морщины. В обычной одежде царь выглядел не так величественно, и от обычного крестьянина его отличала лишь идеально ровная осанка и уверенная поступь человека, привыкшего вершить чужие судьбы.
— Всемилостивейший Государь, — говорить с заточенным в кандалы царем начал Артур. — Рад приветствовать и сообщить новость: у тебя есть ровно два выхода из этого зала. Ты можешь признать Каина своим преемником и остаться в живых, или же ты воспротивишься и погибнешь.
Лоркан окинул принцев задумчивым взглядом, в котором не было ни капли страха, лишь непонятная Гвендолин вселенская усталость и легкое раздражение. Так мог смотреть родитель изнуренный за день тяжелой работой на балующегося ребёнка. Улыбка медленно сошла с лица Артура, он нахмурился. Лоркан выдержал паузу, после которой все же заговорил:
— Мы, царь Лоркан, не пойдём на соглашение с предателями, ибо осознали, что ваше слово ничего не стоит. Вы не окажетесь с нами за столом переговоров, — правитель все так же обращался к себе во множественном числе. Гвендолин так и не поняла, был ли это плевок в лица принцев, подчеркивающий, что Лоркан не собирается сдаваться, или же государь просто настолько долго обращался к себе подобным образом, что это стало неотъемлемой частью его личности. Как бы то ни было царь повернулся к младшему принцу и спокойно поставил того перед фактом: — Так же как и не достанется тебе, Каин, ни трон, ни сокровище царства. Мы уже избрали себе преемника и менять решение не будем, тем более подобный тебе подлый лицемер оказался бы последним кандидатом на престол.
Гвендолин перехватила взгляд Каина, брошенный в сторону ее брата, и обеспокоенно закусила губу. Ничего хорошего в серых глазах не отразилось. Принц стиснул челюсть и нахмурился, а потом резко оттолкнул Гвен, которую все время держал рядом с собой. Царевна по инерции сделала три шага в сторону, пошатнулась и едва устояла на ногах, оказавшись рядом с братьями. Она улыбнулась Стефану и почти пропустила момент, когда Каин молниеносно подскочил к Лоркану и вонзил стилет царю в шею. Девушка обернулась только после выкрика Артура, который не успел остановить брата.
Гвендолин увидела как царь вскинул руки к горлу в тщетной попытке зажать рану; по светлой сорочке вниз заструились три багровых ручейка, расцветая на грубой ткани причудливыми узорами; ноги монарха подогнулись, одномоментно утратив силу. В глазах Лоркана мелькнул страх, а потом они угасли. Из горла мужчины вырвались последние хрипы, а через минуту все было кончено.
— Что ты наделал? — накинулся на брата Артур.
Стефан схватил Гвендолин за плечо и развернул к себе. Наёмник, дежуривший за его спиной даже не стал останавливать юношу, только сменил положение, став совсем близко к нему.
— Гвени, смотри на меня. Все будет хорошо. Стой здесь и не перечь принцам, — Стефан выпалил это скороговоркой, убедился, что сестра неуверенно кивнула и вновь опустился на пол. Наемник вновь переместился к нему за спину и вернул короткий меч в ножны.
— Все равно от него не было бы никакого толку, — гневно отвечал Каин, рассматривая тело царя, лежащее посреди тронного зала.
— Каин! — не сдавался наследник престола Ласнии. — В политике нельзя все решать силой, в большей степени нужно уметь договариваться! Ты и так испортил продуманный отцом план, а теперь ещё и убил царя! Он ведь не просто занимал трон и подписывал бумаги, у него было влияние на всех князей, договоренности с торговцами, уважение от волостных. Он был кладезем полезной информации, которую ты мог бы тянут годами в обмен на его жизнь, а что теперь? Как ты собираешься править царством?
— Теперь? — Каин не собирался раскаиваться за содеянное. Он твердо встретил взгляд брата: — Если
